Вирус зла
Шрифт:
– А ты уверен, что в тех инвариантах, где сверхразум образовался, это произошло по вине подобных нам, а не в результате эволюции?
Громов почесал затылок, недовольно крякнул.
– Не уверен. Но в любом случае, у нас нет другого варианта противостоять Вирусу, кроме как создать Сверхсистему, причем состоящую не только из одной Земли, но и из всех мало-мальски развитых цивилизаций.
– Но если Новая Земля выйдет из-под контроля? Что тогда?
– Тогда нам придется вмешаться. В любом случае, наш уровень выше.
Виктор не был в этом настолько уверен, но иного варианта остановить
– Скажи, Сверхсистема на уровне целого Домена... каково это?
Стрелу Хурлах ощутимо качнуло, но практически сразу инерционные поглотители погасили все негативные ощущения. Подземоход как раз преодолел одну из горячих глобул, и вышел в более разряженный мантийный слой, действующий подобно зыбучим пескам.
– Ты хочешь спросить меня, не видал ли я подобного? Скажу сразу, что не видал. Мы с тобой будем первопроходцами в этом деле.
– Иными словами, ты не берешься предсказать, что у нас получится и на что будет способна эта Система?
– Мне самое главное, чтобы она была способна противостоять Вирусу, а все остальное не так уж и важно.
– И ты не задумывался над тем, что подобный ... эм... разумный Домен сможет навредить соседним клеткам Универсума.
– Это вряд ли.
– С чего ты так уверен?
– С того, что есть незыблемые принципы, которые не сможем нарушить даже мы. Есть иерархия законов, которая четко регламентирует подобные ситуации. Ничто, выведенное в пределах Домена, не сможет влиять на жизнь других клеток и на весь Универсум.
– Даже если это выведено нами, Творящими Монадами - материализованному закону Творца?
– Даже если нами, - успокоил Гагарина Странник.
Внезапно Стрела аквидов сбросила скорость, практически остановилась. Из клубящегося со всех сторон огня вдруг вынырнули два ярко-алых шара, медленно приблизились к телу подземохода, облетели его сначала вдоль, потом покрутились вокруг носа стрелы и замерли напротив метрах в трех.
– Нас встречают, - ухмыльнулся Громов.
– Только оркестра не хватает.
– Это они нас остановили?
– Ага.
– Чем? Я не чувствую никаких полей? Хотя...
Едва Виктор пропустил сквозь себя окружающее пространство, как вдруг сразу все понял. Логично было предположить, что если аквиды обитали под водой, то и знали о ней гораздо больше, чем те же люди. Нечто подобное наблюдалось и здесь, только вместо воды использовались расплавленные недра Земли.
– Уникальная технология, прошу заметить,- восторженно произнес Максим, - структурирование самого природного слоя. Файрусы настоящие профессионалы в области кристаллизации и хорошо разбираются во всем, что связано с землей, а также с огнем.
– И долго они нас изучать будут?
– Зависит от того, насколько мы будем благодушны. Излучай терпение и никаких агрессивных мыслей.
Виктор со всем старанием превратил в себя в ретранслятор всего чистого и светлого, на что был способен. В ответ он практически сразу ощутил касание чужеродной энергетики, очень необычной и специфической, но не озлобленной. Она была гораздо целостней и однородней чем энергетическая сфера человека или паранорма, а психика файрусов и вовсе казалось
тайной за семью печатями. И все же, если на них действовали стандартные приемы с доброжелательным приветствием, может быть, был шанс понять и этих странных существ?Подземоход плавно тронулся с места, накренился слегка вперед и, постепенно набирая обороты, устремился вслед за двумя шарами, которые на самом деле представляли собой более холодные участки раскаленных мантийных пород, внутри которых и находились таинственные обитатели огненного мира.
Оказалось, что своим ходом Громов с Гагариным добрались практически до самого сердца колонии файрусов, поскольку путь под конвоем был довольно коротким. Огненная купель закончилась как-то сразу, и на месте казавшегося уже бесконечным ада предстало удивительное зрелище.
Больше всего увиденное напоминало Виктору огромную, колоссальных размеров ни то шишку, ни то плод каштана, только более вытянутый в длину и ярко-желтый, светящийся изнутри. Температура поверхности этого объекта была порядка тысячи двухсот градусов, а уж как жарко было внутри, можно было только представить. Колония файрусов, а это была именно она, медленно вращалась вокруг своей оси, распустив во все стороны длинные порядка семи - десяти метров иголки. По ним то и дело прокатывались россыпи голубовато-фиолетовых искорок электрических разрядов, образовывая собой настоящие волны, которые охватывали всю колонию целиком.
Навстречу стреле Хурлах вылетели еще три бордовых шара побольше, поравнялись с первыми двумя, выстроив в пространстве что-то, отдаленно напоминавшее полумесяц. Над верхушкой шишки-колонии вспыхнуло салатовое свечение, ярко-фиолетовая молния вдруг сорвалась с одной из игл, унеслась куда-то в пространство огненного ада.
– Ну, и что нам теперь делать?– внезапно напомнила о себе Влада, опять испугав своим появлением Виктора. После процедуры самокопирования персинк стал молчаливым и незаметным, стараясь вести себя тише воды ниже травы.
– Тебя стучаться учили?– проворчал Виктор, вопросительно разглядывая фигуру Странника.
– Учили, но если бы я постучалась, это ничего бы не изменило.
– Пошли, - коротко бросил в это время Громов.
– Куда?
– в унисон спросили Влада и Виктор.
– За борт, - указал пальцем на шишку колонию Странник.
– Да, советника придется оставить здесь.
– Это почему это?
– Потому что две тысячи градусов для тебя вредны, но еще больший вред окажут пси-потенциалы наших собеседников. Ты не выдержишь.
– Вот еще. Все интересное как всегда без меня.
– Не надо ныть. Посидишь здесь, постережешь ладью. Точка.
Влада замолкла, эмоционально изображая из себя разобидевшуюся на весь мир девушку.
– Это, конечно, все хорошо, - сказал Виктор,- но меня что-то не обнадеживает перспектива находиться неопределенный срок в столь горячем месте в таком виде.
– А в таком виде и не придется. Скидывай свою материальную оболочку и существуй, как энергетическая форма жизни. И не жарко, и не холодно и безопасно.