Великий Кузнец
Шрифт:
– Впервые видишь портал?
– спросил Игнат, подойдя сбоку.
Я кивнул, не в силах оторвать взгляда.
– Привыкнешь.
– Он хмыкнул.
– Главное: не смотри на него слишком долго, голова начинает кружиться.
Борис махнул рукой:
– Все в повозки! Проходим быстро, не зеваем!
Василий подогнал первую повозку к самой арке. Я видел, как лошади беспокойно фыркают, явно прибывая не в сильном в восторге от близости к порталу. Они были объезженными и уже привычными, но это не значило, что им нравилось происходящие.
Первая повозка въехала
– Не бойся, просто ныряй и не думай.
Её повозка тоже исчезла. И вот моя очередь. Возница (пожилой помощник Василия) цокнул языком и лошади двинулись вперёд.
Водоворот рос, заполняя весь обзор. Холод и странное ощущение невесомости.
…
И мы оказались по ту сторону. Первое что я почувствовал - тошноту. Желудок будто вывернуло наизнанку, в голове закружилось, перед глазами поплыли цветные пятна. Я схватился за борт повозки, пытаясь не упасть.
– Нормально, - донёсся голос Игната откуда-то сбоку.
– У всех так в первый раз. Через пару минут отпустит.
Я зажмурился, глубоко дыша. Постепенно мир перестал вращаться. Я открыл глаза, всё вокруг изменилось. Позади нас стояла такая же арка портала: мерцающая и будто живая. За ней, полукругом, та же дуга каменных монолитов. Но дальше...
Леса почти не было. Вместо густых зарослей сосен и елей - редкие, чахлые деревца, цепляющиеся корнями за каменистую почву. Зато повсюду камень: огромные валуны, целые скальные образования, выступающие из земли словно кости древнего великана: серый, бурый камень, местами с белыми прожилками. Земля тоже была другой: не чернозём, а каменистая, твёрдая, с редкими кустами сухой травы.
Небо осталось таким же: жёлтый кристалл где-то в центре осколка освещал мир тем же рассеянным светом. Но здесь он отражался от скал, делая всё вокруг каким-то более резким и угловатым.
– Добро пожаловать в окрестности Глыбограда, - Василий придержал лошадей, оглядываясь.
– Тут почти весь камень для королевства добывают. Видишь?
– Он указал на дальние скалы, где виднелись тёмные провалы. – Каменоломни: известняк, кварц, мрамор, гранит... Хорошие деньги в целом.
Борис подъехал ближе, сканируя горизонт взглядом профессионала:
– Осколок небольшой. До поселения часа три неспешным ходом из-за извилистой дороги между всеми этими скалами. Ночевать будем там.
– Посмотрел на команду.
– Днём тут относительно безопасно. Тролли пещерные имеются, но они на свет не лезут. Медлительные твари, к тому же. Если увидите - сразу говорите.
– А ночью?
– не удержался я.
– Ночью они выходят кормиться, - ответил Лев, не отрывая взгляда от скал.
– Но мы до темноты в Глыбоград доберёмся. За стенами будем.
Караван тронулся. Дорога здесь была не грунтовой, как в Зорени, а мощёной. Плоские камни, уложенные плотно друг к другу - работа поколений каменотёсов. Повозки грохотали на камнях громче, но ехать было ровнее.
Я смотрел по сторонам, жадно впитывая новизну:
скалы возвышались справа и слева: странные, точно выдолбленные ветром формы. В одной я разглядел вход в пещеру - тёмный зев, откуда тянуло холодом. Лев заметил мой взгляд:– Не смотри туда долго. Тролли чуют взгляды.
– Усмехнулся.
– Шучу. Но правда, лучше сильно не высовываться.
Катерина ехала чуть впереди, и я видел, как её рука постоянно лежит на рукояти кинжала. Игнат выглядел спокойнее: покачивался в ритм движению повозки, насвистывая, но щит у него был наготове, прислонённый к борту.
Вскоре мы обогнали и проехали мимо телеги груженной огромными глыбами светло-серого камня. Возница - мужик с лицом цвета пыли и руками в мозолях кивнул нам, не останавливаясь.
– Известняк везут, - прокомментировал Василий.
– Видишь белые прожилки? Хороший камень: в столице из такого храмы строят.
Через час пути я увидел ещё одну пещеру. Эта была больше и у входа лежали странные белёсые кристаллы, словно осколки льда.
– Кварц!
– Василий оживился.
– Вот это уже ценная штука. Магам нужен для всяких их дел: посохи делают, скипетры волшебные... Один хороший кристалл может стоить как мой дом в Зорени.
– Так почему их просто так бросают?
– спросил я.
– Это брак, - усмехнулся Игнат.
– Трещины внутри, или цвет не тот. Для серьезной магии годится только идеальный кварц: прозрачный, без изъянов. Его в глубоких шахтах ищут, где жилы богатые, а эти на расходники разные и безделушки пойдут.
…
Городской кристалл вдали начинал окрашивать небо в янтарный цвет, когда впереди показались стены.
Глыбоград - название было абсолютно точным. Город будто вырос из самой скалы: серые каменные стены, местами даже не построенные, а выдолбленные в природном образовании. Правда невысокие: этажа в два, не больше, но толстые и основательные.
У ворот стояли двое стражников в кожаных доспехах с копьями. Увидев караван, один из них лениво махнул рукой:
– Василий? Опять со своими табуретками?
– С табуретками и не только, - отозвался купец.
– Пропустишь?
– Пошлину плати. Пять медяков с повозки.
Василий, не торгуясь, отсчитал двадцать пять медяков. Стражник пересчитал, кивнул. Ворота открылись.
Город внутри был... утилитарным: никаких украшений, никакой красоты. Дома из серого камня, приземистые, с маленькими окнами. Улицы узкие, мощёные тем же камнем. Люди одеты просто: рабочая одежда, покрытая пылью. У многих руки в мозолях, лица слегка загорелые и ветреные.
Но в центре города возвышался монолит, как и в Зорени. Огромный, с желтым кристаллом на вершине, уже начинающим сильно тускнеть и менять окрас с приближением позднего вечера.
– Постоялый двор «Каменная кружка», - объявил Василий, сворачивая в переулок.
– Хозяина знаю, остановимся здесь на ночь.
Двор оказался небольшим: конюшня, сам постоялый дом в два этажа, во дворе несколько скамеек и костровище. Пахло камнем, пылью и дымом.
Борис спрыгнул с повозки и потянулся: