В чем суть вопроса
Шрифт:
Полотняное производство в России до Петра находилось в первобытном состоянии, хотя пеньки и льна было достаточно. Первую полотняную фабрику по поручению царя основал Тиммерман в 1714 году, а затем было построено еще несколько фабрик для изготовления холста и парусины. Владельцы фабрик получили из казны кредиты, и тогда же был запрещен ввоз в Россию тех сортов полона, какие изготовляли на вновь построенных мануфактурах. Прошло несколько лет и, по отзывам иностранных купцов, торговавших этим товаром, изготовляемое в России полотно не уступало по качеству голландскому, которое считалось в то время лучшим в Европе. Россия не только вывозила полотно в европейские страны, но до начала XIX века снабжала им Америку.
В 1717 году Петр поручил подканцлеру Шафирову и тайному советнику Толстому основать в России фабрику по изготовлению шелка и парчи.
Царь стремился привлечь в Россию как можно больше иностранных мастеров, знатоков своих профессий. Из первой поездки за границу он возвратился с множеством ремесленников, инженеров и художников. В одном Амстердаме он нанял около тысячи человек. Одной из главных обязанностей русских резидентов при иностранных дворах был набор специалистов на русскую службу. В 1702 году в Германии опубликовали манифест, приглашавший в Россию фабрикантов и ремесленников на выгодных условиях. С тех пор оттуда полился целый поток фабричного и заводского люда. Иностранцев привлекали в России предлагаемые им выгодные условия и точное исполнение обещаний со стороны правительства. По приезду в страну мастерам устраивали экзамен на знание профессии, и если оказывалось, что они дела не знают, по распоряжению Петра их отпускали домой, не допуская оскорблений. А если оказывались, что люди пригодны к работе, их предписывалось содержать в довольстве. Мастерам предоставляли право беспошлинной торговли своими изделиями и свободу от разных поборов, служб и прочих повинностей. Петр строго запретил препятствовать отъезду мастеров из страны в случае их желания, а если мастер уезжал до окончания контрактного срока, проводилось расследование причины. Если оказывалось, что мастер уезжал по своему желанию, дело закрывали, а если выяснялось, что мастер жалуется на причиненные ему притеснения, виновных строго наказывали.
Особенно Петр дорожил французскими мастерами и ремесленниками, имевшими громкую славу в Европе со времен Кольбера. Осматривая фабрику в Париже, он был восхищен производством гобеленов и решил основать такую же фабрику в Петербурге. Работать туда пригласили французских мастеров. Но все привилегии иностранцам давали лишь при условии, что они будут учить своему искусству русских людей. Однако вскоре выяснилось, что иностранцы делали это неохотно и часто, отжив свой контрактный срок, уезжали домой, никого ничему не научив. Поэтому Петр сам стал посылать за рубеж молодых людей для учебы. Он давал им казенное содержание за границей и денежную помощь семьям на родине, а по возвращении предоставлял различные привилегии. При царствовании Петра по всем главным промышленным городам Европы были рассеяны десятки русских учеников, обучение которых государство щедро оплачивало. Русские люди обучались буквально всему, начиная с философских наук и кончая искусством делать дверные замки, обивать комнаты и убирать кровати. Много молодых людей было отправлено в Голландию, чтобы там их научили быть матросами, а оттуда они ходили в плавание в Турцию, Америку, Индию и другие страны. При Петре русских моряков можно было увидеть во всех уголках Земного шара.
И армии, и промышленности, и государственному аппарату требовались грамотные, широко образованные люди. Поэтому Петр взялся за создание системы образования. А поскольку образованные люди ему нужны были сразу, немедленно, то вопреки обычной практике он сделал скачек прямо к высшему образованию, не дожидаясь появления элементарных школ. Так он основал в Петербурге морскую Академию, а в Москве военно-хирургическую школу, где немецкие и английские профессора занимали щедро оплачиваемые кафедры. Но в распоряжении Петра были только сыновья дьяков и попов, часто не знавших грамоты, поэтому приходилось вначале учить их чтению и письму, и только потом преподавать им основы высшей математики.
В Москве Петр открыл математическую
и навигаторскую школы. В первой готовили молодых людей для военной и морской службы, и ней ежегодно получали образование 700 юношей, а во второй преподавали науки, относящиеся только к мореплаванию. Петр также положил начало русской медицине, когда открыл в 1707 году медицинскую школу при московском военном госпитале. До той поры все врачи в России были иностранцами, причем не всегда знавшие дело, поскольку по приезде их некому было оценивать. Поэтому Петр создал специальное учреждение, надзиравшее за врачами и аптеками по всей стране. Первые восемь аптек были открыты в 1700 году в Москве. Царь также обрушился на варварский обычай уничтожения внебрачных и уродливых детей, который издавна существовал в России. Во всех больших городах он основал приюты для подкидышей.Бичом для России, как и для остального мира, были эпидемии. Они опустошали целые области. Для противодействия им Петр приказал организовать карантин. Были устроены заставы, где приезжавших из зараженных мест задерживали на шесть недель, не разрешая им ни с кем общаться. Письма, посылаемые из охваченных эпидемией мест, на заставах переписывали, копию отправляли по адресу, а оригинал оставляли на заставе. Дома, где появлялись больные, сжигали, а их обитателей вывозили со всем скарбом.
Первую типографию, ставшую впервые печатать книги светского содержания на славянском языке, открыли при содействии Петра в 1700 году в Амстердаме. Спустя семь лет ее филиал появился в Москве. В типографиях печатали книги по самым разным предметам – истории, географии, лингвистики, арифметики, военному искусству и мореплаванию. Там же печатали географические карты, чертежи и портреты. В основном издавали переводные книги, но были книги и русских авторов.
Петр открыл первый в России публичный театр. Причем он это сделал в 1702 году, в самый тревожный и опасный период войны со Швецией. Сам царь был равнодушен к театральному искусству, но для публики выписал странствующую немецкую труппу актеров, построив для нее специальное здание на Красной площади. Труппа давала представления дважды в неделю, а чтобы публике было понятно, о чем идет речь, реплики актеров переводили переводчики. К труппе приставили русских учеников, чтобы и они научились этому лицедейству.
В следующем году в Москве появилась первая русская газета. До того времени только царь и его советники знали, что происходило за границей, поскольку выдержки из иностранных газет, что составляли в «Приказе Внешних сношений», предназначались исключительно для государя и его окружения. А новости внутренней жизни передавались из уст в уста, часто искаженными, что сея в людях заблуждения. В первом номере газеты «Ведомости» напечатали сообщение о качестве пушек, только что отлитых в Москве, и о числе учеников, посещающих основанные недавно школы.
Петр был основателем первого в России музея. Он сразу отверг предложение своих советников установить хотя бы небольшую плату за вход, чтобы ею можно было покрывать текущие расходы и пополнять музейную коллекцию. Напротив, по его приказу посетителям музея бесплатно раздавали прохладительные напитки, дабы поощрить их любознательность. По распоряжению Петра во всех епархиях из монастырей и церквей стали собирать старинные грамоты, исторические рукописи и старопечатные книги, а губернаторы и провинциальные власти должны были их осматривать, разбирать и делать копии. Тем самым Петр положил начало русской исторической науке. В самом конце своего правления он по примеру знаменитых парижской и лондонской Академий наук основал свою собственную в Санкт-Петербурге.
Петр хотел превратить Россию из отсталой страны в великую передовую державу, и был беззаветно захвачен этой идеей. Это отложило отпечаток на весь его образ жизни. Его отец Алексей Михайлович жил в роскоши, как всегда жили цари. На его конюшнях стояли 40 000 упряжных лошадей и 3000 выездных. При них состояло более 600 человек обслуживающего персонала – конюхов стремянных, задворных, стадных и стряпчих. И это были не простые люди, а пожалованные, помимо денежного оклада, поместьями и вотчинами. Любимой забавой государя была соколиная охота, и ради нее содержали три тысячи соколов, кречетов и других охотничьих птиц, а для их ловли и прокорма более ста тысяч голубиных гнезд. В специально созданном для этого ведомстве служило двести человек. Триста поваров и их помощников каждый день готовили на кухне блюда для царя, его дворовых и свиты. А когда Петр стал царем, он первым делом все это упразднил.