Ты моя Война
Шрифт:
— Систр, к тебе пришли, — раздаётся голос брата. Иль-Хун даже не заходит, просто открывает на пару сантиметров.
— Наверное, Дэвид, — говорю я и прохожу мимо брата.
— Кто ещё такой Дэвид? — нахмурился он. — И почему он приходит к тебе в это время?
Вздыхаю.
— Дэвид работает на Александра. Он должен привезти ключи от машины. Моей машины.
— Чего? — хмурится Иль-Хун, как будто я сейчас на корейском сказала что-то совершенно невозможное. — Какие ещё ключи? И с каких пор Уинтерс...?
— Потом расскажу! — перехватываю его вопросы и быстрее спускаюсь вниз.
—
Он медленно отпускает мою руку, но хмурится так, что мне хочется сбежать. Я с трудом сдерживаюсь и иду к двери.
Молюсь, чтобы мама не вынырнула откуда-нибудь из кухни.
Открываю дверь. На крыльце — Дэвид, строгий, как всегда.
— Мисс Чон, ваши ключи, — сухо произносит он и протягивает связку. Я торопливо забираю.
— Спасибо, Дэвид.
— Машина припаркована у дома. Доброй ночи. — Он разворачивается, не теряя ни секунды.
Закрываю дверь и оборачиваюсь.
Брат стоит рядом, скрестив руки на груди, смотрит на меня из-под нахмуренных бровей.
— Объяснишь?
— Объясню, но не сейчас. — Я стараюсь не встретиться с ним взглядом. — Давай завтра? Или... на следующих выходных?
— Сестрёнка... — он цокает языком мне вслед, но я уже бегу к себе. Мне нужно уйти, спрятаться, обдумать всё, что случилось за этот вечер.
Захлопнув дверь комнаты, падаю лицом в подушку. Хочу провалиться в неё с головой и исчезнуть хотя бы до утра.
Но телефон светится. Сообщения Александра ждут ответа.
Сердце стучит так, что я думаю — сейчас точно сорвётся с места.
Печатаю:
«Дэвид привёз ключи. Спасибо.»
? прочитано.
«Спасибо за ужин.»
? прочитано.
«Пальчики в полном порядке.»
? прочитано.
Он не отвечает.
Он просто читает.
Ждёт.
Я не выдерживаю. Пальцы набирают вопрос, от которого у меня внутри всё скручивает.
«Зачем вы меня поцеловали?»
Отправляю. Молча втыкаюсь в экран. Пять секунд — и ответ.
«Захотел.»
Я замираю. Это всё? Захотел? Он так просто о таких вещах говорит?
Откладываю телефон на тумбочку, прижимаю ладони к щекам, чувствуя жар под кожей.
В голове вспыхивает мысль о забытых в машине цветах. Чёрт. Я схватила со стола ключи, накинула на плечи тёплую кофту — мягкую, уютную, с запахом дома — и, стараясь не издать ни звука, выскользнула на первый этаж. Дом погружён в полумрак и сонную тишину. Шаги едва касаются пола, сердце бьётся чуть быстрее от этого маленького ночного приключения.
На лёгком бегу я добралась до своей машины, где под мягким светом уличного фонаря ждал меня тот самый букет — огромный, роскошный, белоснежный. Орхидеи пахли так, словно только что сорваны в саду, где вечная весна. Я осторожно открыла заднюю дверь, и аромат тут же окутал меня, будто мягкое облако, словно целый рай в моих руках.
Так же бесшумно пробравшись обратно, я направилась на кухню. Взяла вазу — хрустальную, прозрачную, словно созданную именно для этих цветов — наполнила её прохладной
водой, наблюдая, как тонкие пузырьки поднимаются к поверхности. Орхидеи аккуратно опустились в неё, их лепестки дрогнули от касания воды.Я бережно обняла вазу обеими руками, словно боялась расплескать эту красоту, и поднялась наверх, стараясь не выдать себя ни единым звуком.
На цыпочках вошла в свою комнату. Там пахло свежим бельём и ночной прохладой. Я поставила цветы на стол напротив кровати, чтобы просыпаясь, первым делом видеть эту утонченную белоснежную роскошь. Лепестки отбрасывали лёгкие тени на стену, а комната наполнилась тонким, изысканным ароматом, от которого внутри стало чуть теплее.
На мгновение я замерла, разглядывая этот небольшой оазис посреди ночи. И только тогда позволила себе тихо выдохнуть.
— Ах ты... Уинтерс... — выдыхаю я в темноту комнаты, откидываясь на кровать.
Но заснуть теперь будет непросто..
Глава 10. "Тонкая грань"
– – - ~ Александр Уинтерс ~ —-
Дэвид осторожно закатывает кресло по холлу, словно очередную фамильную ценность Уинтерсов. Колёса гулко катятся по мрамору, отражая раздражение, что клокочет у меня внутри. Он снова тащит меня, как хрупкий фарфор. Будто вот-вот уронит, разобьёт. Порой я сам себя так чувствую. Осколком. Будто я не мужчина. А то, что осталось после взрыва.
Твою мать, как я ненавижу эти взгляды.
Дэвид молчит, как обычно.
Он знает, что лучше меня не трогать, когда я такой. Я не отвечаю ни на одно его слово, просто позволяю закатить кресло в гостиную.
Дом встречает тишиной.
Лишь глухой звук шин по мрамору. Я почти не слышу его из-за пульса в висках.
Срываю пиджак, бросаю на подлокотник кресла, прокатываюсь к бару, достаю бутылку виски. Наливаю почти полный стакан и подношу ко рту.
Обжигающе.
Точно так же жжёт внутри.
Знаю, о чём думают люди, когда смотрят на меня. Жалость. Страх. Вина.
И даже те, кто считает, что скрывают свои мысли, не понимают, насколько я читаю их насквозь. Я прожил в этой броне слишком долго, чтобы верить в искренность.
И если бы не она...
Если бы не её глаза, чёрные, как ночь без звёзд, я давно бы окончательно смирился. Жил бы как привык. Разбирал бы дела, разбивал компании, рубил сделки, сидя в этом треклятом кресле. Привычно. Холодно. Цинично.
Но она… Тесса Чон с её ровной спиной и упрямыми бровями, с кофейными глазами, от которых становится тесно в груди.
Неотвратимо.
Её взгляд не жалел меня.
Никогда.
И не восхищался тем, что я Уинтерс.
Смотрела просто.
Видела меня, а не мой паралич.
Не фамилию.
Не деньги.
Меня.
Её глаза — глубокие, тёмные, в них нет ни капли жалости.
Там — интерес. Там — что-то ещё. Что-то, от чего я давно отучил себя мечтать.
И это выбивает почву из-под ног сильнее, чем любая болезнь.
Сегодня я не выдержал.
Пригласил её на ужин.
Да, как будто всё случайно, по-дружески, по-деловому. Ха. Смешно самому от этой наивной игры.