Чтение онлайн

Он приподнял одну бровь и его серые глаза стали ещё темнее.

— А тебе кто-то нужен? — его голос был ниже, чем обычно. Бархатный, обволакивающий.

Я повернулась к нему, встретив его взгляд. Он был спокоен, но за этой маской что-то тлело. Что-то опасное. И манящее.

— Нет, — призналась я. — Просто странно... ведь сюда так непросто попасть.

— Я не люблю есть на публике, — его тон был окончательным. — Поэтому мы здесь одни. Сегодня забронировал весь ресторан.

Слово сегодня он произнёс, с особой интонацией.

— Только сегодня? —

— Да, — его голос был ровным, но с явной усмешкой.

Столик был в самом центре, идеально накрытый: закуски, дорогие соусы, деликатесы. Я сразу заметила изысканные тарелки, тончайшие приборы и бокалы, словно хрусталь.

Мы сели.

Точнее, он подъехал к моему стулу, вплотную.

Официанты двигались точно вальсируя — один ставил приборы, второй наполнял графины, третий приносил свежеиспечённый хлеб с маслом трюфеля. Всё тихо, быстро и без малейшей суеты.

— Тебе нравится здесь? — спросил Александр спокойно, но я уловила в его голосе интерес.

— Здесь прекрасно, — призналась я, снова чувствуя на себе его пристальный взгляд.

Перед нами вскоре оказался целый оркестр вкусов: тартары из тунца, карпаччо из говядины с трюфельным маслом, миниатюрные тарталетки с лососем и кремом из авокадо. Блюдо выглядело, как произведение искусства, и пахло божественно.

Когда подошёл официант с вином, Александр остановил его.

— Я сам, — твёрдо сказал он, забирая бутылку и два бокала.

Его пальцы уверенно держали стекло, когда он наливал вино в мой бокал, затем в свой.

Подал мне хрустальный бокал, не сводя глаз с моего лица.

— За мокрые штаны, — произнёс он, и уголки его губ едва заметно приподнялись.

Я не сдержалась — рассмеялась, пряча лицо ладонями. Смех освободил меня, прогнал внутреннее напряжение.

А Александр... он смотрел на меня так, как будто этот смех был самым красивым, что он когда-либо слышал. Улыбнулся уголками губ, и его глаза впервые за вечер стали по-настоящему тёплыми.

Ужин пошёл как по маслу.

Мы говорили обо всём и ни о чём. Он слушал, внимательно, не перебивая, только изредка кивая или подбадривая взглядом.

Я рассказывала про последнее дело с Джейкобом, а он, кажется, даже запомнил детали, которые и сама бы забыла.

Но взгляд... его взгляд не отпускал.

Он скользил по мне, по глазам, лицу, губам. И я чувствовала его тепло даже на расстоянии.

Потом нам подали чай и десерты.

Я подняла кружку и тут же зашипела, — тонкий фарфор оказался слишком горячим. — Ааашш… как горячо... — я резко отдёрнула руку.

Александр среагировал мгновенно.

Он поймал мою ладонь своими прохладными пальцами. — Обожглась? — спросил он, нахмурившись, осматривая мои пальцы.

Потом слегка подул на них.

Его дыхание обожгло сильнее, чем чай.

А после... он поднёс мои пальцы к губам и стал целовать каждый из них.

Медленно. Смакуя.

И мир, кажется, исчез.

Я сидела, потеряв дар речи. Мой мозг отключился. Сердце билось как бешеное.

— Ещё болит? — его голос стал

— Не... нет, — прошептала я.

Он опустил мою руку к себе на колени, не отпуская.

А другой рукой взял мою кружку и стал аккуратно дуть на чай.

В этот момент он выглядел так... заботливо, почти нежно. Но внутри я чувствовала — этот человек как океан: снаружи гладь и спокойствие, а под ней — шторм, который может затянуть тебя в свои глубины. И самое страшное — я уже начинала хотеть этого шторма.

Всё так просто.

Но именно это заставляло моё сердце колотиться сильнее.

Я поняла, что ухожу с головой в эту игру. Или в эту жизнь. Пока не ясно. Но что-то начинается. Что-то, к чему я точно не была готова.

После ужина Александр настоял на том, чтобы отвезти меня домой.

Хотя сердце бешено колотилось, а ладони стали холодными и влажными. Я сидела в его машине, которая напоминала мне скорее передвижной бронепоезд, чем транспортное средство.

Стёкла — словно непробиваемая стена, снаружи ничего не видно, а внутри — этот приглушённый свет, тёплый, интимный, будто мы не в машине, а где-то в другом мире, где никого нет.

Александр молчал.

Всё время дороги он просто смотрел на меня в отражении бокового зеркала. Его взгляд обжигал сильнее, чем кружка с горячим чаем в ресторане.

Сложно объяснить, что он делал этими глазами, но мне было трудно дышать.

Я сидела прямо, как на экзамене, скрестив руки на коленях, и делала вид, что всё под контролем. Хотя контроль я потеряла, как только он взял меня за руку за тем столиком.

Когда мы подъехали к моему дому, я почти вздохнула с облегчением. Но, конечно, рано.

Я потянулась к дверце, но вдруг поняла:

— Вот чёрт…

— Что? — его голос был спокойным, но насторожённым.

— Ключи от дома… Они в моей сумке… А сумка… — я медленно повернула голову к нему, понимая, насколько я сейчас нелепо выгляжу. — В моей машине. Которая…

Я даже не успела договорить.

Александр чуть ухмыльнулся.

— Отдай ключи Дэвиду. Он пригонит тебе машину.

Как по команде, Дэвид уже разворачивался к нам, будто знал заранее и согласно кивнул. Я почувствовала себя школьницей, которую папа пришёл забирать с дискотеки.

— Ты живёшь с родителями? — вдруг спросил Александр, его взгляд стал изучающим.

— Да… А что? — я нахмурилась, почувствовав в голосе подвох.

Он склонил голову на бок.

— Тебе не кажется, что ты уже большая девочка, чтобы жить с мамой и папой?

Я медленно вдохнула, на ходу обдумывая, насколько вежливо можно послать миллиардера куда подальше.

— Нет, не кажется. У нас в семье свои понятия. Это корейский менталитет — семья и традиции на первом месте, знаешь ли, несмотря на то, что мы живём здесь. Так что, — я сделала кружок пальцем в воздухе вокруг его лица, — не надо смотреть на меня вот ТАК.