Чтение онлайн

Собравшись с силами, он проморгал, невзирая на дополнительную порцию боли - второй тоже дёргался - рабочий глаз и... увидел, что на него никто не смотрит. Но тут, слава Единому, отступил и шум в ушах, сопровождавший всегда вспышки гнева, и он услышал голоса. Вовремя. Так как речь шла о нём.

– ... этот молодой человек, пострадавший во имя справедливости, а точнее, в час прихода новой церкви, очень нуждается в услугах целителя... Было бы просто прекрасно, если бы вы помогли ему... Так сказать, жест доброй союзнической воли. А заодно показали свою силу, как человека с Даром...

– Не сомневайтесь, ибо вся моя сила от Него, - пророкотал усталый уверенный голос.

– Я и не думал подвергать

сомнению очевидное, - с тонкой иронией ответил Бешенный.
– Тем не менее, сделайте доброе дело, и, поверьте, это облегчит наши переговоры. А Зерги пусть останется с вами - он нуждается не только в физическом, но и душевном исцелении...

– Вы уверены?
– скепсис был подобен яду.

– Ну, кто сейчас в чём-то или ком-то может быть уверен? Зато в случае необходимости он сможет вам помочь в неких деликатных вопросах. Либо послужит посланником - в самом крайнем случае - к нам. Ведь он жил в семье священника, и пребывание у вас не будет для него ново, нежели для кого-нибудь другого из братства...

Зерги чувствовал, как от ненависти крошатся зубы, и в голове наконец-то взорвалась яркая испепеляющая звезда...

– Ты зачем устроила это представление?
– угрюмо спросил сидящий в кресле мужчина в низко надвинутом капюшоне.

– Ну, он был такой смешной, этот твой... человек, - раздался капризный голос, и в свете свечи появилась женщина около тридцати лет, привлекательная, но с таким властным взглядом, что её холодная красота становилась какой-то далёкой и неприступной. Подобные лица часто встречаются у высокорождённых эльфиек. Возможно поэтому она такая - из-за толики крови первородной расы - но такой, выковавшей черты женщины, отчасти характер, но не давшей долгожительства.

– Смешной?
– озадаченно переспросил мужчина. Описать только что ушедшего подобным эпитетом было бы действительно... смешно. Профессионального военного и убийцу, очень хитрого и лицемерного, занявшего нынешний пост не только благодаря его, хозяина протекции, но и вопреки всем опасностям, что встают на пути к власти.

– Да!
– женщина демонстративно топнула ножкой. При этом взгляд серо-голубых глаз остался прежним - она неотрывно следила за сидящим за столом мужчиной.
– А где головы принцесс? Ты мне обещал их! Хотя бы старшей для начала.

– Обещал - будут. Сенешаль вон в твоей коллекции уже есть, - кажущаяся его бесстрастность не могла обмануть женщину, и она мысленно усмехнулась: мужчины так предсказуемы! Всего лишь незначительное тонкое воздействие на кнопочки из сочетания алчности, властолюбия и гордыни, и они падают к ногам, будто перезревшие плоды. А параллельно покажи себя ранимой, беззащитной, покорной плюс несколько слов восхищения и любования - и они становятся комнатными плюшевыми существами, которые - уже!
– можно иногда гладить против шерсти, показывая характер, или становить в тёмный угол, лишая волшебного света нагого тела. И процесс воспитания практически завершён.

С Элием всё было так чудесно, пока в игру не вступила старая соперница Делайла. Баронесса свела практически на нет успехи в обкручивании короля, он всё ещё держался, послушный её ниточкам, но прочной связи не получилось - подруга - стерва, когда-то бывшая в её лагере, а затем внезапно испугавшаяся усиления соперницы, и двинувшая необъятную грудь и пышный зад на крепостные, но абсолютно беззащитные королевские стены, ослепила

Его Величество, хотя и не полонила его разум, как это могла сделать её конкурентка. Она уже собиралась выложить свой козырь баронессе - бутылочку превосходного яду с южного материка, от которого жертва, прежде чем отбросить юбку, удивительным образом преображается и хорошеет. О, как бы она - Единый свидетель - безутешно рыдала над могилой так ужасно быстро ушедшей от них подругой, с каким бы удобством устраивала голову короля на своей такой мягкой и уютной груди, подсовывая горошины возбужденных от близости власти сосков в рот, прикармливая Его Величество!

Но всё в один момент, совершенно по глупой случайности пошло наперекосяк. Старшая дочь Элия, эта... эта драконья подружка, воспитанница безумной и мужеподобной Брады посмела пожурить отца о... неприличном оживлении вокруг его персоны. Какое она имела право влезать во взрослые игры, эта девчонка с саблей в заднице вместо более достойного даме предмета?!

И Элий, на вполне резонное её замечание, что нечего всяким молокососкам указывать взрослым, что и как делать, вместо доброго отеческого нагоняя, вызверился на неё за "непристойные отзывы" о его ненаглядной дочери. Побагровел, будто варёный рак, замахал клешнями, и если бы не её отменная реакция, быть бы ей битой...

Столько трудов дракону под хвост - королевский гнев - штука затяжная, тяжёлая и нервная, пережить его не всякий может, но ей ли бояться какого-то мужчину, пусть и с рогатой шляпой на голове. Так что, можно сказать, благодаря бескостному язычку старшей дочери Элий подписал себе досрочное покидание мира живых и благополучных. Во всём она виновата - Лидия, фурия с яйцами дракона между ног. Вела бы себя прилично, глядишь, в конце концов отделалась монастырём и годичным заточением в одиночной келье.

Вон, младшая ведёт себя примерно: портит глаза над книгами, а на мальчиков и носа не кажет. Хотя милашка ещё та... М-да, можно было б с ней пообщаться - она бы пожалуй, не отказалась от парочки мастер - классов со сладкой девчонкой... Но всё это в прошлом, к сожалению... Или нет?

– Отдай мне младшую элийскую дочь.

– Младшую?
– удивился мужчина.
– Руфию?
– лёд невозмутимости покрылся сеточкой мелких морщин озадаченности.

– Ну а кого же ещё?
– немного раздражённо произнесла женщина, всё ещё увлечённая открывшейся перспективой.

– Это зачем?

Она наконец обратила внимание на подозрительность, мелькнувшую в голосе собеседника, и поняла, что немного увлеклась и ослабила контроль над беседой.

– Хочу, - обезоруживающе улыбнулась.
– Она такая умная. Отдай её мне в монастырь, я выращу из неё достойную замену себе.

– Но... Она ведь принцесса...
– удивлению его не было предела.

– Ну и что?
– беззаботно хмыкнула та, садясь на стол и забрасывая ногу на ногу, отчего оголились полукружия аппетитных бёдер, взяла из вазы яблоко и укусила его; сок заблестел на вызывающе алых губах, она слизнула его неторопливым языком.
– У меня есть свои методы воздействия. Я могу убедить молодую девушку, что дело служения Единому важнее, нежели какой-то трон в каком-то королевстве.

– Это точно, - саркастически отреагировал мужчина, яду в его голосе было столько, что только глухой бы не услышал его, а сообразительный бы понял: сама недавно прорывалась в первые леди этого "какого-то" королевства, а сейчас изображает вселенские масштабы. Непостоянная, капризная стерва. Но о-очень соблазнительная!

– Почему ты сомневаешься?
– надула губки, изображая маленькую девочку, обиженную недостаточным размером конфеты.

– Что ты, в тебе я не сомневаюсь, - терпеливым вздохом пробормотал тот, скрывая иные чувства, осторожность среди которых была не на последнем месте.