Чтение онлайн

По нестройным рядам собравшихся загулял возбуждённый ропот. Получить возможность без страха поклоняться своей богине для какой-нибудь нищей наглис[4] уже хорошее поощрение, а уж стать мирзой — где-то за гранью реальности. Но как минимум половина из присутствующих отнеслась к призыву Мустафы очень критически. Кто-то громко переспрашивал, будто не веря своим ушам, а кто-то, как например дерзкая вампирша, откровенно насмехались, с издёвкой говоря соседям:

— Верный раб мёртвого царя… он так одержим своей идеей, что обезумел!

— Жалкий фанатик… — вторя ей, неслось из задних рядов. —

Хафаши лгут как дышат. Он зовёт нас именем Саракаша, но его нет уже почти полтысячи лет!

Хулительные слова долетали до балкона, достигая ушей самого Гюлима, воспринимавшего их со снисходительной улыбкой. Не вступая с крикунами в перебранку, он дал им немного поорать, после чего повернулся к Дарику.

— Достань «Пиалу». — Приказал он. — Настало время показать нашу Силу!

Извлечённая из чрева мешка чаша матово блеснула в лунном свете. Бережно сжимая её в ладонях, он шагнул к бортику, поднимая «Пиалу Жизни» высоко над головой, хотя и близко не представлял какой эффект это должно возыметь. Там же в толпе не исариане и даже не бохмичи — им плевать на Иссы и Амаэля с высокой горы. С удивлением он ощутил, как по его пальцам медленно пополз тонкий тягучий ручеёк, насыщая воздух резким запахом свежей крови.

— Наклони её! — рявкнул Гюлим.

Борагус повиновался и тот час из пиалы хлынул кровавый поток. Он был нескончаемым. Большая кровавая лужа, появившаяся под балконом, стала стремительно разрастаться и, за какую-то минуту между дворцом и площадью уже плескалось целое озеро. Толпа внизу попятилась, бурно реагируя на устроенное представление. Кто-то даже схватился за оружие, решив, что происходящее какая-то ловушка. Хафаш бросил несколько резких шипящих слов, потонувших во встревоженном гомоне толпы. Дарик сумел расслышать только последнее слово «Саракаш». Ослепительное алое сияние взметнулось от кровавого озера к ночным небесам, ровно на один миг, озаряя ярким светом дворец и руины. Оглушительный грохот мощного волшебства творимого в эту минуту, заставив всех, кто хоть чуть-чуть обладал магическим даром, инстинктивно заткнуть руками уши, как будто это могло им помочь. Казалось, что сама земля дрожит под ногами, словно из неё рвутся на поверхность целая сотня сшенн-тантов!

— Яти его мать… — выдохнул ослеплённый сиянием Борагус, зажмуриваясь и отступая от края балкона, бережно прижимая к груди бездонную пиалу.

Никаких стрел не летело, но новый вдох обжёг его лёгкие холодом, какого не могло быть в ночной пустыне. Повисшую тишину постепенно начали нарушать множественные удивлённые возгласы, звучащие со всех сторон, даже из окон дворца. Прошло некоторое время, прежде чем ему удалось протереть слезящиеся глаза и увидеть происходящее.

Луна светила сквозь полупрозрачную исполинскую фигуру худого мужчины, возвышающуюся над дворцом. Несуществующий ветер шевелил его бороду и длинные волосы. Не было видно никаких черт лица или деталей одежды, кроме контуров высокой короны на голове.

— Саракаш? — Борагус недоверчиво приподнял бровь, разглядывая вставшее над руинами видение.

— Пока только его Тень. — Поправил очень довольный Гюлим. — Божественная печать не позволяет ему вернуться в наш мир и держит в Периферии, вместе с душами мёртвых, но в этой штуке, что в твой руках, достаточно Силы, чтобы на время разрушить эти границы!

Фантом распахнул рот — тёмную дырку, через которую было видно ночное небо. Сперва

Дарику показалось, что это шелестит ветер над дюнами, но потом он разобрал в нём слова на незнакомом ему языке, протяжном и шипящем, как имена змеедев. Он не понимал Саракаша, но его хорошо понимали змеедевы и жрицы Минры. Первыми перед тенью царя склонили колени несколько колдунов. За ними последовали песчаные ведьмы, даже главная из эламей, привстав на хвосте, изобразила что-то вроде сдержанного поклона, приветствуя Саракаша не как повелителя, но как равного. Провисев над руинами пару минут, царский фантом исчез с громким хлопком. Красное сияние померкло, стекая к подножию руин, вместе с уходящим в песок кровавым озером. Обычная атраванская ночь возвращалась в свои права, окутывая Амбазиль и его площадь своим покрывалом темноты.

Дарик заглянул в «Пиалу Жизни», собираясь обтереть от крови, прежде чем прятать её в мешок, но с удивлением обнаружил, что дно и стенки реликвии сверкают почти первозданной чистотой. Как будто это не из неё сейчас вылилось столько крови, что её хватило бы на сотню человек!

— Передайте мои слова и то, что вы видели остальным! — повторил Гюлим перед притихшей толпой. — Призовите их к Дамазтанину!

И чинно покинул балкон, не оборачиваясь назад.

Полукровка последовал за ним неразлучный как тень, притормозив только в дверях. Что-то заставило его обернуться.

У балконных перил стоял улле Эфеби. Скрестив на животе руки, бединский проповедник, пристально смотрел вслед своему убийце.

«Неужели он решил преследовать меня до скончания веков?!»

Угадав мысли Дарика, улле улыбнулся и медленно поклонился ему.

— Что ты там застрял?!

Сердитый окрик Гюлима отвлёк полукровку, заставив на миг отвернуться. Когда ж он снова взглянул на балкон — место у перил пустовало. Проклятый проповедник исчез, чтобы потом опять прийти в самый неожиданный момент. Знать бы чего он добивается. Если лелеет глупую мечту, что Дарик «одумается» и отступит, когда зашёл уже так далеко, то пусть идёт сторонкой. Он немного потерпит, а потом найдёт способ избавиться от докучливого привидения. Ведь его будет учить сам Саракаш!

_________________________

[1] Авастар (Помощник) — высшее существо, созданное Творцом для помощи самому себе. По своей значимости Авастары сопоставимы с Архангелами в христианстве или с младшими богами в языческих культах.

[2] Зиккурат — так в Атраване называется гробница, построенная в виде многоступенчатой башни из поставленных друг на дружку параллелепипедов. Во времена Саркаша некоторые зиккураты использовались так же как храмы, для поклонения почившим царям.

[3] Дамазтанин (бедин) — «Хвост Дракона» Горный массив в форме подковы расположенный на Севере Атравана. Он окружает пустынную долину, именуемую «Долиной Гробниц». Помимо царских усыпальниц, спрятанных в ее песках, она знаменита тем, что в ней почти никогда не бывает осадков, так как горы окружают её с трёх сторон.

[4] Наглис (бедин.) — песчаная (или пустынная) ведьма. Обязана своим появлением Минре. Атраванцы наглис не любят, так как служение богине пустыни предполагает совсем не добрые дела.