Тени Огнедола. Том 4
Шрифт:
Маг вернулся в кресло.
Нерин говорила долго и пылко. Сначала оправдывала Нефру, затем хвалила, после рисовала перспективы и пользу, которую он принесет Огнедолу. Врала напропалую, ведь не далее, как вчера, она в десятый раз повторила, что ничего не потребует от Нефры. Она сказала, что сама со всем разберется, а ему нужно только молчать и изредка кивать.
Нефра не знал, поверил ли Гериал хоть единому слову Нерин. Он выглядел как человек, которому было наплевать на то, что она скажет. Хороший друид или плохой — он все равно друид и должен умереть ради всеобщей безопасности и безопасности Нерин в частности.
—
Ее голос почти сорвался на крик. Она швырнула вопрос в лицо Гериалу и уставилась на него, раскрасневшаяся, взъерошенная и все так же не отпускающая руку Нефры. За прошедшее время ее ладонь стала горячей и влажной, и оттого хватка казалась еще крепче.
— Зачем ты его держишь? — хмуро спросил Гериал.
— Потому что хочу держать.
— Нерин…
— Гериал, я не уступлю. Тебе придется это принять. Я вернусь в Огнедол только в сопровождении Нефры.
— Нерин, ему там не место.
— Тогда мы останемся здесь.
И снова были пререкания, едва не переходящие в крики. В отличие от Нерин Гериал сохранял спокойствие. Точно приговоренный к казни, что смирился со своей участью.
Никогда прежде Нефра не видел ее такой. Она вела себя жестко, вспыльчиво, как дикий зверь, готовый оборонять свое до последнего. И глядя на Гериала друид понимал, что эта сторона Нерин стала откровением не только для него.
Маг задержался в башне Первого на несколько дней, в течение которых Нерин даже на минуту не оставила его с Нефрой наедине. Бросив попытки добраться до друида, Гериал принялся упрашивать сестру вернуться с ним в Огнедол. Он без конца уговаривал ее, умолял. Пообещал, что позволит друиду и дальше сидеть в башне Первого и не тронет его, но Нерин была неумолима.
— Я провела с Нефрой несколько месяцев, и можешь быть уверен: когда ты нас оставишь, со мной не случится ничего ужасного, — заявила она в ответ на полный отчаяния взгляд брата, когда тот осознал, что должен сесть в лодку и уплыть ни с чем.
Он почти сдался. Гериал обнял Нерин на прощание, повернулся к ней спиной, но по тому, как он замер, как ссутулились его плечи, будто он стыдился того, что собирался сделать, Нефра понял: в этот момент в маге что-то сломалось.
— Прости, Нерин, но я не могу этого допустить, — с сожалением произнес Гериал и толкнул девушку в воду.
Всего несколько секунд, прежде чем Нерин, подхваченная ветром, вынырнула бы. Он собирался воспользоваться ими сполна.
Взвыло пламя, охватившее его руки. Маг метнулся к Нефре и ударил. Тот успел отскочить в сторону, и удар пришелся по стене башни, но ни температура, ни кулак церковника не сумели оставить на камне ни следа.
Гериал снова кинулся за друидом.
Нельзя было позволить убить себя, но и нельзя было атаковать, нельзя было даже ранить его. Нефра знал, что тело Гериала обладает поистине феноменальной способностью к регенерации, но все равно боялся, что если он навредит ему, то взгляд Нерин, которым она смотрела на него, навсегда изменится.
Уклоняться от атак человека, чья сила церковника ставила его на одну ступень
с друидом, и при этом не иметь возможности использовать Светоч — пламя мага все равно пробило бы щит — было непросто.— Гериал, нет! Стой! Прекрати! — выбравшись из воды, прокричала Нерин. — Не тронь его!
Гериал не слушал. Да, Нерин умоляла его остановиться, но не предпринимала никаких фактических попыток помешать, и это своего рода бездействие развязало ему руки.
Сжатое пламя пронеслось совсем близко от лица отступающего Нефры, и кожу на щеке болезненно стянуло.
— Гериал, хватит!
Маг ударил второй рукой наотмашь, заодно удлинив огненный клинок, и тот прошелся по груди Нефры испепеляющим жаром.
— Гериал, посмотри на меня! Посмотри сейчас же!
Тот не реагировал на ее просьбы. Он был слишком увлечен попыткой достать друида, который, в свою очередь, то и дело с тревогой поглядывал на Нерин.
Свистнул ветер — тонко, будто клинок. И свистнул совсем не рядом с Гериалом.
— Нерин! — крик сам вырвался из горла Нефры, когда взгляд резанула внезапно появившаяся на ее шее краснота.
Друид бросился к девушке, не заботясь о маге, мимо которого пролегал его путь. Бок и плечо опалило — Гериал не упустил подвернувшейся возможности, но Нефре не было до этого дела.
Жизнь Нерин заструилась по ее шее из длинного горизонтального надреза, девушка пошатнулась, и Нефра подхватил ее, зажал рану ладонью.
— Назад! — рявкнул он, когда на Нерин упала тень Гериала, для которого бой с друидом утратил всякий смысл, стоило ему увидеть кровь сестры.
Светоч густо окутал ладонь Нефры, пропитал кожу на горле Нерин, принялся стремительно сращивать сосуды. Когда кровотечение остановилось и взгляд девушки прояснился, Нефра невольно отпрянул.
Сплюнув на землю собравшуюся во рту кровь и твердо встав на ноги, пусть и опираясь на его руку, Нерин уставилась на Гериала. Такой же белый, как и башня за его спиной, он замер в паре шагов.
— Ты больше никогда не посмеешь тронуть Нефру, — ее голос звучал глухо и неровно, будто клинок ветра повредил не только кожу и сосуды, но и голосовые связки. — И он никуда не пойдет без меня. Попытаешься забрать его жизнь — и получишь вторую половину наследия Первого в довесок.
— Нерин, ты в своем уме?! — Гериал ошалело смотрел на нее. — Ты готова рисковать собственной жизнью, жизнью всех магов, благополучием Огнедола ради этого существа?!
— Похоже на то, — она поджала испачканные в крови губы. — Я говорила тебе, что не уступлю. И мне все равно, разумно это или нет. Прости, Гериал. Но жизнь Нефры неприкосновенна.
Глава 4. Человеческие кости
Наше время
1124 год от основания Церкви
Спустя 11 лет после уничтожения Лона друидов
На следующий день после годовщины Дня Единения
Донельзя раззадоренная устроенной в госпитале, а после и в Центре, проверкой, Каюра накинулась на Гериала, едва тот появился на пороге гостиничного номера. Заявив, что не отцепится, пока он не начнет ее умолять, Каюра приступила к воплощению своей угрозы в жизнь. Коробки с ужином из «Озерного» остались сиротливо лежать на полу у двери.