Чтение онлайн

–  Ты уверен, что заклинание действует?

–  С его помощью мы убили Квету и Гарко, - тихо сказал Энтони.

–  Они мёртвы?
– Рихард и Деннис ошарашено переглянулись и посмотрели на отца-настоятеля, но тот не сводил глаз с сына.

–  Да упокоит их Святой Румер, - пробормотал Мартин, а Квентин спросил:

–  Мне известно, на что способны Тени Аразры. Смогут ли наши боевые маги освоить ваше заклинание?

–  Да, но им потребуется время, - ответил Энтони, помолчал и добавил: - Чтобы одолеть Аразру, вам нужно много боевых магов.

Квентин взглянул на блокнот в руках Иварда:

–

 Спасибо. Вы сделали несказанный подарок Румеру.
– Он потёр висок и решительно сказал: - Итак, моё решение: мы займёмся изучением вашего заклинания, и в день, когда оно будет опробовано боевыми магами Избора - вас повесят. Да снизойдёт на вас благодать Румера! Деннис! Ивард! Отведите пленников в подвал!
– Квентин взял из рук Иварда блокнот и отвернулся, ожидая пока Теней уведут: его сердце разрывалось от горя, но он не мог позволить чувствам взять верх над разумом.

Эльвира открыла глаза и улыбнулась. Яркое мартовское солнце приятно ласкало кожу нежными тёплыми лучами. На душе было так легко и спокойно, что хотелось петь. Эля вскочила с кровати и погладила Рыжика по голове:

–  Сейчас глотну кофе и гулять.
– Она накинула халат и вприпрыжку понеслась на кухню, мурлыча под нос песенку. Эльвира не помнила её целиком. Повторяя одну и ту же строчку, она заправила кофеварку, включила её и распахнула холодильник. Схватив с тарелки кусок колбасы, девушка сунула его в рот и с довольным видом прожевала. Жизнь показалась ещё лучше.

Выпив кофе, Эльвира оделась и вместе с Рыжиком вышла на улицу. Небо ослепляло голубизной, а вдоль тротуара весело бежал ручеёк. Эля нагнулась, чтобы отстегнуть поводок, и вдруг её взгляд наткнулся на растоптанную белую розу. "Антон!" - Девушка вскинула голову и посмотрела на окна его квартиры. Настроение упало до отметки "ноль". Рыжик заскулил и нетерпеливо затоптался на месте. Эля щёлкнула карабином, и пёс скрылся за домом. Эльвира невидящими глазами посмотрела ему вслед: "Почему Антон оттолкнул меня? Его губы, руки… Он любит меня… Мы должны поговорить!" И Эля со всех ног бросилась за Рыжиком. Лохматый пёс, довольно повизгивая, рылся в помойке. Увидев хозяйку, он отбежал на безопасное расстояние и радостно завилял хвостом.

–  Иди сюда, Рыжий!
– строго сказала Эльвира, и, к её удивлению, Рыжик покорно подошёл к ней и ткнулся носом в колени.
– Прости, потом догуляешь, - прошептала девушка, пристегнула поводок и потянула пса к дому.

Рыжик нехотя тащился за хозяйкой. Эля вошла в подъезд, поднялась на третий этаж и позвонила в квартиру Антона. Никто не ответил. Огорчённая девушка ударила кулаком по двери, и дверь распахнулась. Эля замерла. Где-то в районе желудка заворочался тугой узел, предупреждавший об опасности. Да ещё Рыжик сел на резиновый коврик и тихо заскулил.

–  Тише ты, - шикнула Эльвира и вошла в прихожую.

В квартире стояла неживая тишина. Эля прошлась по комнатам - Антона и Михаила не было. На столе в гостиной стояли неубранные тарелки с едой. В углу валялся стул.

–  Где Антон?
– прошептала Эля, и произнесённое вслух имя взорвало стену спокойствия, которая окружала её. Перед глазами молнией пронеслись события вчерашнего вечера. "Он ушёл! И это подстроил дед! Что было в том треклятом блокноте? Что заставило Антона уйти?"

Эльвира до боли закусила губу, выскочила

из квартиры и бросилась вниз по лестнице. Чувствуя взвинченное состояние хозяйки, Рыжик понёсся за ней. Эля ворвалась в свой подъезд и, перепрыгивая через ступеньки, взбежала на шестой этаж. Тяжело дыша, она остановилась возле квартиры Маргариты и с силой надавила на кнопку звонка. Рыжик потянул хозяйку за брючину, но она упрямо покачала головой:

–  Я должна разобраться, Рыжий. Понимаешь?

Дверь распахнулась. Маргарита вытаращилась на сестру. Волосы Эльвиры стояли дыбом, в глазах горел яростный огонь.

–  Эля? Что случилось?

–  Где дед?
– прорычала Эльвира и, оттолкнув сестру, влетела в квартиру.

Тимофей Егорович завтракал. Эля плюхнулась напротив него, отодвинула чашку Маргариты и выпалила:

–  Где он?

–  Антон?

–  Да!

–  Он ушёл, как мы и договаривались.

–  Куда?
– требовательно спросила Эля.

–  Не важно.
– Тимофей Егорович взял её за руку.
– Послушай, Элечка. Сними куртку, приведи себя в порядок, и мы поговорим.

–  Немедленно отвечай: где он?!
– Эльвира дрожащими от волнения руками стала рыться в карманах, в поисках сигарет.

Маргарита села рядом с сестрой и обняла её за плечи:

–  Успокойся, пожалуйста.

Эля сбросила её руку:

–  Я была в его квартире! Он ушёл!

–  И больше ты его не увидишь, - строго сказал дед.
– Посмотри на себя! Ты устраиваешь истерику из-за человека, которого совсем не знаешь. Хочешь, я расскажу тебе, кто он?

–  Хочешь оболгать его?!
– Эльвира вскочила.

–  Эля! Не смей грубить дедушке!
– взорвалась Маргарита.

–  Посмею!
– Эля задрожала, вцепилась руками в край стола и заорала: - Верни Антона! Я не могу без него!

На лице Тимофея Егоровича промелькнуло удовлетворение. Он протянул к Эльвире руки и примиряющее произнёс:

–  Успокойся, девочка. Сядь за стол, и я расскажу тебе…

–  Где он? Я хочу к нему!
– По телу Эльвиры пробежала судорога, а руки стали горячими.

–  Эля! Что с тобой?!
– испуганно закричала Маргарита, ошеломлено наблюдая, как, сестру окутывает яркий рубиновый свет.

–  Рита! Не приближайся к ней!
– Тимофей Егорович вскочил.

Белка и Рыжик завыли. Посуда на столе звякнула и рассыпалась на мелкие кусочки. Электрический чайник сорвался с подставки, пролетел над головой Маргариты и врезался в стену.

–  Остановись, Эля!- Дед попытался схватить Эльвиру за руки, но та с силой оттолкнула его. Тимофей Егорович едва устоял на ногах.

–  Антон!
– взвыла Эльвира, и её затрясло, как в агонии.

Рубиновый свет затопил кухню и завертелся, превращаясь в вихрь. Маргарита рванулась к сестре, но вихрь отбросил её, и она приземлилась у ног деда. Перед Ритиными глазами вспыхнули серебряные искры, и она потеряла сознание…

Энтони лежал на грубо сколоченной деревянной кушетке, рассматривал каменный потолок и вспоминал. Перед глазами проносились лица его родителей, деда, друзей… Святоша попытался представить, какими стали его брат и сестра, но не смог. Он грустно улыбнулся, и вдруг перед его внутренним взором возникло ещё одно знакомое лицо с высокими скулами и чуть раскосыми миндалевидными глазами.