Чтение онлайн

–  Ещё один веш. Видимо, их наставник. Он был в ярости и приказал убить меня.

–  Но ты жив.

Ивард развёл руками:

–  Сам не понимаю, как он ухитрился обмануть наставника. Я упал на пол и очнулся, когда Майкл позвал меня. Он был ранен. Вероятно, наставник проткнул его мечом. Я вылечил его. Он сказал: "Спасибо", и ушёл.

–  Странно… - протянул Квентин и сконцентрировался, мысленно восстанавливая произошедшие в комнате события.
– Какой интересный друг у моего сына, - пробормотал он.

–  Конечно, Майкл вёл себя странно, но как бы то ни было, они веши - их нужно уничтожить.

–

 Тогда почему ты не убил Майкла, пока он был без сознания?

–  Не знаю, - недоумённо произнёс Ивард.
– Перед тем, как упасть в обморок, он так умоляюще посмотрел на меня, что я не смог ему отказать.

–  Понятно.
– Квентин задумчиво смотрел на Иварда.

Монахов учили противостоять ментальному воздействию, и то, что Ивард не понял, что действовал не по своей воле, говорило о необычайных способностях напарника Энтони. Необычайных даже для строна. Хотя Майкл был полукровкой, и о его возможностях могли знать только в Кианте. "Хорошо, что драги не умеют распознавать стронов", - облегчённо вздохнул отец-настоятель.

Ивард с подозрением смотрел на улыбку, притаившуюся в уголках губ Квентина. Его так и подмывало спросить отца-настоятеля, о чём тот думает. Вдобавок Иварду показалось, что глава Избора по-прежнему считает Энтони своим сыном: "Он надеется, что Тони вернётся? Неужели, он осмелится надеть на него балахон монаха?"

Но Квентин думал не о возвращении сына, а о том, что двигало им и его напарником, когда они спасали Иварда. Ему хотелось верить, что Энтони остался собой, но он хорошо представлял жизнь вешей, и, скорее всего, Энтони не только прижился в Аразре, но и стал таким же, как прочие рабы драгов. "А вдруг он оставил Иварда в живых из благодарности? Ведь благодаря ему Тони стал вешем!"

–  Князь Константин объявил войну Лантеру и начал мобилизацию, - нарушил молчание Ивард.

–  Я поговорю с ним, - кивнул Квентин и шагнул в портал.

Окна спальни Максимилиана были плотно зашторены. Тело княжича уже обмыли, обрядили в чёрные, расшитые серебром и жемчугом одежды, положили на кровать, до пояса укрыв блестящим серым покрывалом, а в руки вложили широкий боевой меч. В изголовье постели причитали плакальщицы, в ногах покойного, закрыв лицо руками, сидела княгиня Инесса. Рядом с ней стоял Константин, его крепкая рука сжимала плечо жены, в глазах стояли слёзы.

Квентин бесшумно вышел в гостиную, где был убит княжич. Через минуту он вернулся, точно зная, как действовал его сын.

–  Я приношу вам свои соболезнования, - вполголоса сказал он родителям Максимилиана.
– И, клянусь, драги ответят за гибель Вашего сына.

Князь громко скрипнул зубами:

–  Я сотру Лантер в порошок, и буду пировать на его руинах! Меня не волнует, кто помогал Орнелле!

–  Боюсь, она до сих пор не понимает, что делает, - удручённо сказал Квентин.
– Она такая же жертва, как и Максимилиан.

–  Она жива, а мой мальчик… - Константин указал на тело княжича.

–  Я знаю, что значит потерять сына, - сурово произнёс глава Избора.
– Горе затмевает твой разум, князь. Если ты развяжешь войну с Орнеллой, то ваши страны будут разорены. Вы сделаете несчастными тысячи людей! Понадобятся годы, чтобы восстановить Тиат и Лантер!

–  Ты хочешь, чтобы я простил её?

–  Я хочу, чтобы наказание понесли истинные виновники гибели твоего сына,

а не околдованная девочка.

–  Не смеши меня! Драги бессмертны!

–  Но мы можем отомстить им, сорвав их планы! Драги против объединения Лантера и Тиата, поэтому они и убили твоего сына, представив это делом рук Орнеллы! Если мы не допустим войны - они проиграют!

–  Орнелла должна умереть!

–  Твой приговор несправедлив. Это веши убили Максимилиана.

–  Тогда поймай их! Я хочу лично отрезать им головы!

–  Хорошо. Если мы захватим этих вешей, я отдам их тебе. Но ты должен пообещать, что не выступишь против Лантера.

–  А если Орнелла нападёт первой?

–  Я этого не допущу!
– твёрдо сказал Квентин и исчез.

Орнелла стояла на крепостной стене и хищно вглядывалась вдаль, туда, где находился Тиат. По её мнению, сбор войск шёл слишком медленно. Ей хотелось, чтобы войска уже выступили в Тиат, а ещё лучше - подходили к его стенам. Она нетерпеливо топнула ногой и решительно направилась к лестнице, намереваясь отругать главнокомандующего Самуэля, но на её пути возник Квентин. Неожиданное препятствие не смутило Орнеллу. Она обошла отца-настоятеля и стала спускаться во двор. Квентин молча последовал за ней. Он коснулся сознания девушки и содрогнулся от бессилия: Энтони убил Орнеллу. Захватив Тиат, она должна была умереть. Даже он, глава Избора, не мог спасти несчастную правительницу Лантера.

Разговаривать с Орнеллой было бесполезно, и едва нога девушки коснулась каменных плит двора, по её телу пробежала судорога. С тихим стоном она рухнула на землю. Квентин сбежал по ступеням и склонился над ней.

–  Несчастное дитя… - прошептал он, закрывая пронзительно-синие глаза княжны.
– Я знал, что мне будет не легко видеть тебя вешем, Тони, но не думал, что мне будет так больно… - Отец-настоятель поднялся с колен и посмотрел на столпившихся вокруг солдат.
– Иди сюда, Самуэль, - позвал он, и когда главнокомандующий приблизился, объявил: - Граф Александр и его дочь Орнелла умерли, не оставив наследников. Именем Святого Румера я провозглашаю тебя, Самуэль, правителем Лантера!
– Новый правитель Лантера поклонился главе Избора.
– Нам нужно поговорить, Самуэль, - устало сказал Квентин и направился к замку…

–  Быстро же вы управились, - рядом с Арчи появился его напарник, долговязый подвижный веш с маленьким носатым лицом.

–  Привет, Базиль, - равнодушно кивнул Арчи.
– Нас ждут?

–  Я провожу, - с мрачной улыбкой сказал веш, коснулся прозрачного кристалла в золотом браслете на правой руке, и они оказались в Сердце Аразры.

За хрустальным столом в гробовом молчании сидели двенадцать драгов. Веши поклонились, и Арчи отрапортовал:

–  Ученики справились с первым заданием!

Драги молча переглянулись и обратили взоры на Улича. Черноволосый драг кашлянул, смерил Арчи кислым взглядом и сердито произнёс:

–  Я бы так не сказал.

На лице Арчибальда отразилось недоумение:

–  Но Тиат и Лантер объявили друг другу войну.

–  Войны не будет!
– раздражённо рявкнул Гарко.
– Почему ты не остался в Лантере, Святоша?

–  В этом не было необходимости, господин. Орнелла пойдёт до конца…

–  Она мертва!
– припечатал Улич.

Энтони побледнел, а Майкл не удержался от вопроса: