Чтение онлайн

Т`арен плавно, словно кошка, поднялся на ноги и начал решительно натягивать белые кожаные одежды. Его пальцы ещё подрагивали от напряжения, но слёзы на глазах высохли. Он обласкал Маргариту взглядом и перенёсся в святилище.

Подземное озеро встретило первого жреца могильной тишиной. Хрустальный саркофаг тускло мерцал в кромешной темноте. Т`арен обошёл его, поднял руки к ледяным сводам и привычные слова сорвались с сухих напряжённых губ:

–  Приветствую тебя, Кианта!

В уши жреца ударил сонм ликующих криков - берега озера заполнились кровниками. Т`арен глубоко вздохнул, последний раз спросил

себя, правильно ли он поступает, и, мысленно сказав: "Да!", возложил руки на саркофаг. Матово-белый гроб стал прозрачным, и глазам стронов открылось тело богини. Т`арен взглянул на её красивое спокойное лицо, сглотнул вставший в горле ком и вопросил:

–  Слышишь ли ты голоса своих детей, Кианта?

Саркофаг замерцал голубоватым светом, голова Кианты чуть шевельнулась, и строны упали на колени. Помешкав, Т`арен припал губами к холодному гробу. Он жаждал, чтобы всемогущая богиня немедленно покарала его за преступные сомнения. Но Кианту не интересовали душевные муки Т`арена.

Больше тянуть было нельзя. Первый жрец Цайрана выпрямился и отступил от саркофага. Он обвёл глазами замерших в экстазе кровников и устремил взгляд в лицо богини:

–  Прими нашу жертву, мать!

Рядом с саркофагом появился заспанный Майкл. Т`арен приготовился к бою, однако полукровка повёл себя неожиданно спокойно. Майкл обвёл равнодушным взглядом стены и своды, украшенные гигантскими кристаллами льда, толпу благоговейно молчащих стронов, тусклую хрустальную гладь озера, каменные плиты под ногами и уставился на Кианту. В сонных глазах вспыхнул интерес. Майкл провёл ладонью по прозрачной поверхности и обернулся к Т`арену.

–  Очень по-строновски, - ехидно заметил он.
– Вы так и норовите упрятать красоту в гроб!
– Граф самодовольно улыбнулся, выставив напоказ ровные белоснежные зубы.

Первый жрец заволновался: полукровка был спокоен, как скала, а он ждал вспыльчивости и агрессии. Т`арен с удовольствием бы отложил церемонию на завтра и выяснил, что произошло между Тенями и Эльвирой, пока он предавался любви, но кровники ждали продолжения торжества, и жрец не мог обмануть их надежд. Хмуро взглянув на Майкла, который с любопытством изучал мёртвую богиню, Т`арен развёл руки в стороны, и возле саркофага Кианты возник открытый ларнитовый гроб. Граф безразлично посмотрел на него и вновь уставился на богиню.

С трудом сохраняя невозмутимость, Т`арен обратился к кровникам:

–  Да свершится справедливый суд! Мы веками уничтожали отродья зла, но впервые делаем это в святилище Кианты!

Майкл повернулся к жрецу и с превеликим вниманием уставился на него. Т`арен сбился. Голос его на мгновение смолк и зазвучал с новой силой:

–  Мы свято чтим закон Цайрана: полукровка не должен омрачать нашу жизнь своим существованием! И мы будем помнить об этом всегда!
– Жрец с грозным видом шагнул к Майклу, а за его спиной встали восемь жрецов Жемчужного клана.
– Тебе вынесен смертный приговор, полукровка! Ты приговариваешься к вечному заточению в ларнитовом гробу!

–  Уже пора?
– криво улыбнулся Граф и поёжился.
– Жаль… Хотелось бы досмотреть вашу церемонию до конца. Ну, нет, так нет. Приятно было познакомиться.
– Майкл подошёл к гробу, остановился, переступил с ноги на ногу и решительно перешагнул через ларнитовый

борт.

Жрецы недоумённо переглянулись: полукровка сам улёгся в гроб и с недовольным видом ждал, когда строны закроют крышку. В пещере воцарилась растерянная тишина. Т`арен стремительно захлопнул гроб, но с губ стронов не сорвалось ни единого ликующего крика. Зато в глазах читалось множество вопросов. И первый жрец был обязан ответить на них.

Т`арен приблизился к кромке воды и патетично заговорил:

–  Мы привыкли убивать полукровок в чреве матери, кровники. И это мудрый шаг! Вырастая, отродья зла сходят с ума! Вы только что видели это сумасшествие собственными глазами! Полукровка не осознавал, что с ним происходит! Беспричинная агрессия, приступы которой он испытывал, сменилась слабоумием. И неизвестно, что мы увидим завтра! Я не стал убивать обоих полукровок сразу! Я хотел, чтобы вы запомнили, как опасны и непредсказуемы эти твари!

Т`арен замолчал. Строны осмыслили его слова и разразились одобрительными криками. Первый жрец облегчённо вздохнул, и тут за его спиной раздался настороженный шёпот К`ивры:

–  Зачем ты обманул кровников, Т`арен? Полукровка был совершенно нормален.

–  Хочешь посеять панику?
– не оборачиваясь, осведомился первый жрец, поднял правую руку, и ларнитовый гроб взмыл в воздух.

–  Конечно, нет. Но это не правильно, - прошептала жрица, наблюдая, как гроб медленно скользит к мерцающей водной глади.

–  Мы выполнили наш долг, и это главное. Полукровка мёртв!
– решительно произнёс Т`арен, опустил руку, и белый гроб рухнул в озеро.

К сводам взметнулся фонтан сияющих брызг. Матовая поверхность вспенилась и пошла густой рябью. По ледяным витым колоннам и гладким отполированным столбам пробежали вереницы пронзительно ярких огоньков, словно невидимый костёр хотел вспыхнуть, но не хватило сил. Свет каменных и хрустальных свечей притух и задрожал. Саркофаг Кианты заволокло молочно белым туманом.

Ларнитовый гроб медленно уходил в глубину, и когда его очертания растворились в недрах озера, пещера приобрела обычный вид. Лишь саркофаг Кианты перестал быть прозрачным. Строны возбуждённо зашептались, а Т`арен торжественно поднял руку:

–  Богиня приняла нашу жертву! Она довольна!

Рядом с саркофагом появилась молоденькая девушка в белом льняном платье. Т`арен воздел руки к сводам пещеры:

–  Ты видишь, мать, как мы почитаем тебя! Мы отдаём тебе лучшее, что у нас есть! Никто не притронется к пище, пока ты не вкусишь изысканного букета эмоций и крови! Спустя тысячелетия мы помним твои пристрастия и заветы, Кианта! Так прими же дар своих детей и благослови нас, мать!

Т`арен сорвал с рабыни платье, кинул её на саркофаг, и в воздухе свистнула плеть. Девушка истошно завизжала. Она корчилась на холодной плите, пытаясь увернуться от ударов. Нежное тело стало красным от крови, и жрецы одним глотком выпили эмоции рабыни. Девушка затихла, а Т`арен отбросил кнут и привычными движениями начал размазывать кровь по ледяной поверхности саркофага. "Нельзя было оставлять Тень Аразры без присмотра! Ну, ничего, я выясню, что он затеял! Только бы дождаться начала пира!
– уговаривал себя он.
– И если Тень задумал уничтожить Цайран, меня не остановит даже Маргарита!"