Тенебрариум
Шрифт:
— Ну что ж теперь, — Райли отправилась мыться. — Это тело всё равно разрушается. Как его не береги.
— Надо бы мне тоже как-нибудь набраться смелости и помыться. Последний раз это делал ещё в Апологетике. Уже чесаться начинаю, как шелудивый пёс.
— А что мешает?
— Холодно, блин. Ты-то у нас 'горячая штучка'. Температурой управляешь. Вон, аж пар от тебя идёт. А я не морж. Мигом превращусь в посиневшего цыплёнка.
— Кинь в тазик пару термокубиков.
— Ну разве что термокубики помогут…
И опять за этими разговорами я не признался Райли в том, что сегодня совершил. А ведь понимал — чем дальше это
— Кого сегодня гоняла? — спросил я у неё.
— Ригвилов, — ответила она через дверь, журча водой, переливаемой из канистры в таз.
— Круто!
— Угу. Но с одним глазом конечно охотиться сложнее на порядок.
Из приоткрывшейся двери вылетела скомканная одежда и, звякнув металлической пряжкой, упала на пол.
— Так возьми меня с собой завтра? Я же тебе уже помогал их ловить, — подойдя к этому вороху, я подобрал ещё тёплую одежду, аккуратно свернул и уложил на тумбочку.
— Давай так… Пфф! — Райли фыркнула, видимо, поливая себя водой. — Завтра я схожу одна. Хочу попробовать добыть его самостоятельно. Всё-таки надеюсь, что один глаз — это не помеха. Ну а если не получится. Тогда послезавтра идём охотиться вместе. Идёт?
— Идёт, — ответил я.
Как же сказать ей про умирающего альму и подступающих экрофлониксов? У нас может не оказаться двух дней. Возможно, уже завтра нам нужно начать собирать вещички. Возможно, собирать их нужно уже сегодня. А я тут сижу и точу с ней лясы про какую-то охоту. Как же быть? Сказать прямо сейчас? Нет. Дождусь, когда искупается…
— Кстати, если завтра пойдёшь гулять, будь осторожнее, и в сторону ДК не ходи, — сообщила Райли.
— А что случилось?
— Сегодня я заметила группу неприкаянных. Припёрлись со стороны бывшей территории Флинта. Их немного, но всёже лучше не рисковать. Через пару-тройку дней уйдут сами. Эти неприкаянные никогда долго не задерживаются на одном месте.
Так вот о каких тенях предупреждал меня шаман. Переключившись на размышления о неприкаянных, я окончательно похоронил своё решение поговорить с подругой о самой главной проблеме. Меня понесло в другое русло. Бродя по комнате, я думал, как бы стравить неприкаянных с экрофлониксами. Хоть и практического смысла в этой задумке не было вообще никакого.
— Мыться будешь? — Райли, одетая в махровый халат, вышла из комнаты, на ходу вытирая волосы полотенцем. — Я тебе воду согрею.
— Нет, — поёжился я. — Пожалуй, не сегодня.
— Как хочешь… А где? — бегло поискав на полу, она увидела свою одежду, сложенную на тумбочке. — Это ты убрал? Да я бы сама убрала…
— Мне это было не трудно, — махнул рукой я.
— Спасибо, — она явно была тронута моей заботой. — Завтра, после охоты обязательно постираю.
— Бр-р-р, — обхватив себя руками, подрожал я. — Меня от одного твоего вида знобит. В комнате градусов десять — не больше. А ты бегаешь в халатике, да ещё и с мокрыми волосами. Как же я тебе завидую.
— Халатик довольно тёплый, — пощупала ткань Райли. — Сейчас высохну, одену свой спальный костюм.
Теперь, когда сильно похолодало, Райли спала в трикотажном костюме, используя его в качестве пижамы. А сверху накрывалась пледом. Но любимому креслу не изменяла, и всё так же ночевала в нём, съёжившись в неудобной позе с поджатыми ногами. И это в то время, когда я на кровати стучал зубами под двумя толстыми одеялами с парой грелок в обнимку.
— А тебе, милый, на ночь надо есть мясо ригвила. Тогда и грелка не потребуется, — продолжила она. — Эх, добыть бы этого ригвила.
Но я постараюсь. Обещаю.Я открыл было рот, но вместо ответа испустил лишь усталый вздох.
Проснулся я очень рано, и даже успел застать Райли, собиравшуюся на охоту. Больше заснуть не получилось. Виной тому был не утренний холод, а мысли, разом навалившиеся на меня после пробуждения.
Какая-то неведомая сила тянула меня на улицу. Если раньше я боялся лишний раз нос высунуть за пределы дома, то теперь всё было с точностью до наоборот. Я чувствовал, что должен сделать что-то. Что угодно, только не сидеть сложа руки. Вместе с этим опасался наломать дров, как когда-то с Хромым. И вот это метание между двух огней сводило меня с ума.
Что бы я сделал месяц назад, узнав, что в нашем районе появились неприкаянные? Да ничего. Сидел бы дома, опасаясь выглянуть в окно. Все мои тесные встречи с неприкаянными отложились в памяти неприятным осадком. Встречаться с этими гнусными существами я не желал ни за какие коврижки. Раньше не желал. А в тот день меня почему-то тянуло к ним, как магнитом. Это очень напоминало браваду, связанную с желанием убить Хромого, когда я превратил пугающее меня существо в навязчивую идею. Потому это рвение смущало меня до глубины души.
Но я всё равно пошёл. Глянуть одним глазком…
На перекрёстке бегло проверил спуск. Экрофлониксы ушли. Возможно, недалеко, и, практически наверняка, ненадолго, но ушли. Не хватало мне ещё попасть в капкан между неприкаянными и экрофлониксами. Вся надежда была на альму. Он прикроет, если что.
К слову, прикрыть меня он мог только от экрофлониксов. Пустоголовые неприкаянные на него не реагировали абсолютно. Тогда я об этом как-то не подумал.
Неприкаянных заметил ещё издали.
— Вот вы где, сволочи, — пробормотал я, разглядывая их с безопасного расстояния. — Не было печали. Как будто бы нам экрофлониксов мало было. Ещё и вы притащились, упыри чёртовы… Погоди-ка, Писатель, что ты такое мелешь?
Протерев глаза, я набрал в грудь побольше воздуха, и присел на корточки, не спуская глаз с далёких фигур. Зачем я себя накручиваю? Чем больше я их ненавижу — тем заметнее становлюсь. И тем уязвимее. Я вне досягаемости. Даже если они меня заметят — то не успеют догнать раньше, чем я спрячусь в доме. Они мне не угрожают. Чем не повод, чтобы присмотреться к ним? А вдруг они как мясники? Вдруг их тоже можно понять?
Но в отличие от мясников, неприкаянные не выглядели живыми. Они больше напоминали биомеханических джамблей. Совершенно бесцельные и бессмысленные движения, однообразное мычание, пошатывания в попытках удержать равновесие. Зомби — они зомби и есть. Не иначе мозги превратились в труху.
Опять я отношусь к ним предвзято. Надо проверить, прав ли был Водзорд? Он был очень убедителен. В конце концов, как ещё я смогу испытать эту сомнительную теорию? Познакомлюсь-ка с ними поближе.
И распрямившись, я медленно пошёл в сторону неприкаянных. Оружие наготове. Но какой в нём смысл? Против всей группы я один не справлюсь даже с ай-талуком. Конечно, ножи придают мне уверенность, но не только её одну. Также во мне растёт злость, и готовность к их применению. Они это ощущают. Любые чувства: будь то страх, или злоба, воспринимаются их примитивными умами как приманки. Раз уж Котя подчистил мою остаточную энергию, надо бы этим воспользоваться. Только так я смогу подобраться к ним поближе. С этими мыслями, я убрал ножи в ножны и размял пальцы. Ну что, неприкаянные? Давайте знакомиться.