Темная леди
Шрифт:
А потом почувствовала прикосновение мягкого ворса ковра, коснувшегося моей обнаженной спины.
– Знала бы ты, моя герцогиня, сколько раз за сегодняшний день мне хотелось послать все к демонам и вернуться домой
В изумрудных потемневших от страсти глазах Ренделла помимо пламени камина отражалась я, полуобнаженная, бесстыдно лежавшая на полу и...желанная. Внутри все пело от осознания того, что муж говорил искренне, что действительно скучал, что думал обо мне. Вместо ответа чуть приподнялась, прижавшись к его губам, и потянула на себя, раскрыв свои объятия. Ни ложного стыда, ни неловкости, лишь твердая уверенность в правильности происходящего и острое, нестерпимое желание. Я хотела его,
– Ренделл.
– Да, моя герцогиня.
– Возьми меня.
Он на миг застыл, пораженно всматриваясь в мои глаза, словно не веря, что я осмелилась попросить о подобном, а потом резко выдохнул и впился в губы с таким неистовством, захватившем нас обоих, что я потерялась, растворилась в ощущениях. Его руки были повсюду, мои тоже не отставали, избавив супруга от сюртука, жилета и рубашки. Да столько же на нем одежды?!
– Тише, тише, моя леди, - он негромко рассмеялся, видя мое нетерпение, - у нас впереди вся ночь. И вся жизнь.
Медленно, заставляя изнывать от желания, опустился ниже, покрывая поцелуями мою грудь, живот, расстегнул пуговицы брюк и проник туда, где все горело огнем. Я выгнулась, не сумев сдержать длинного стона, едва ощутила сильные пальцы внутри себя. На этот раз боли не было, лишь острое удовольствие, заставлявшее захлебываться от ощущений.
– Да, Меллани, вот так... Я хочу тебя слышать, котенок, хочу знать, что тебе хорошо со мной.
И я перестала сдерживаться, полностью отдавшись во власть чувств, шептала его имя, умоляла поторопиться, дать мне то, чего желала больше всего. А едва почувствовала резкое проникновение, застонала и с легкостью подстроилась под его движения, став единым целым. Еще... Сильнее... Глубже... Это было так правильно, так естественно, ощущать в себе часть его, растворяться с своем мужчине, отдаваться без остатка, доверять, как никому другому, чувствовать его желание и отвечать с не меньшим пылом.
Здесь и сейчас время остановилось, здесь и сейчас для меня существовал лишь он, тот, с кем посчастливилось разделить жизнь, соединить судьбу. И расщепляясь на миллиарды осколков, я словно издалека услышала его глухой рык и довольно улыбнулась, зная, что принесла ему не меньшее удовольствие, что подарил мне он сам.
– Мы ведем себя неприлично, - томно улыбнулась, расслабленная и абсолютно удовлетворенная, устроившись щекой на плече обнимавшего меня мужа.
– Тебе есть дело до слуг?
– меня прижали сильнее, ласково обведя узор, красовавшийся после брачной церемонии на левой лопатке.
– Мне до всего есть дело, Ренделл, уж тебе ли об этом ни знать?
– Это точно, - усмехнулся герцог.
– Бедняга Тольрих полностью очарован своей новой госпожой.
– Почему бедняга?
– Потому что ты принадлежишь лишь мне, котенок, - с улыбкой ответил муж, ласково поцеловав в висок.
– В который раз убеждаюсь, как же мне повезло. Ты само олицетворение женственности, Меллани, но с каждым разом преподносишь все больше сюрпризов. Никогда бы не подумал, что в тебе столько силы, моя леди, силы духа, столько твердости характера, столько противоречий. Ты восхищаешь меня, Меллани.
– А ты меня, - решилась на откровенность.
– То, как заботишься о своих людях, то, как относишься к нашему браку, ко мне... Спасибо тебе за Кристи.
– От кого узнала?
– От Грейсона, - призналась, подняв голову и посмотрев на невозмутимого супруга.
– Почему сам не сказал?
– А зачем? Это наши дела с твоим отцом.
– Хочешь сказать, что меня они не касаются? Как не касается убийство Потенциалов?
– Я когда-нибудь придушу твоего брата, - недовольно прорычал
Ренделл.– Я все равно узнала бы.
– Тебе не о чем беспокоиться, родная, ни с тобой, ни с Кристабель ничего не случится.
– Как они погибли, Ренделл?
– я и не думала отступать.
– Почему кому-то понадобилось нас убивать?
– Я не буду разговаривать с тобой на эту тему, Меллани, - чуть повысил голос герцог, переместившись так, чтобы смотреть мне в глаза.
– Говорю в первый и последний раз - не лезь в это дело.
– Но, Рендалл...
– Я сказал - довольно!
Вздрогнув, немного испуганно посмотрела на взбешенного супруга, не понимая, чем могла вызвать его гнев. Я лишь проявила вполне закономерное любопытство, так почему он злился? Почему поднялся на ноги и отошел к окну, словно ограждаясь от меня, почему отвернулся, избегая моего взгляда?
– Твои люди нашли что-то в лесу?
– озвучила внезапно пришедшую на ум догадку и по тому, как отчетливо вздрогнул мужчина, поняла, что оказалась права.
– Рендалл, прошу, только не говори, что одно из тел нашли здесь, я этого не вынесу.
– Нет, не тело, - ровно произнес герцог, не оборачиваясь.
– Тогда что?
– Уже не важно, в любом случае этого больше нет.
– Рен...
– Хватит, Меллани, - обернувшись, он устало вздохнул, а я на миг забыла обо всем, что мы говорили, любуясь этим мужчиной, таким прекрасным в своей наготе.
– Я не хочу обсуждать это еще и дома. Мой долг защищать тебя и обещаю, что никому не позволю причинить тебе вред. Это все, что ты должна знать.
– Ты же и сам понимаешь, что так нечестно.
– Не зли меня, котенок, - вновь приблизившись, он помог мне подняться и крепко обнял, прижав к груди и уткнувшись лицом в мои волосы.
– Сегодня был трудный день, родная, позволь мне просто побыть с тобой и не думать о проблемах. Ты даже не представляешь, как я скучал по тебе.
И я сдалась, не с силах противиться затаенному страху в его голосе, не способная устоять перед томным, сводящим с ума, поцелуем. Забыла о страхе, об угрозе, нависшей над Потенциалами, о том, что хотела сообщить о встрече с маркизом. В конце концов, поговорить мы могли и завтра, а проблемы никуда не денутся за одну ночь. Да, завтра. А сейчас только он, опьяняющие объятия и сильные руки, ограждающие от всех ужасов порой такого жестокого мира.
Глава 9
Этот день полностью изменил мою жизнь. Все началось как обычно с невероятно сладостного утреннего поцелуя, а едва Ренделл поднялся и привычно отправился на конную прогулку, я поняла, что что-то изменилось. Мир будто стал ярче, насыщеннее, заиграл новыми красками, о существовании который раньше я даже не подозревала. Воздух наполнился миллиардами ранее неведомых оттенков, а птицы... Неужели и вчера их трели были столь удивительно прекрасны? Что это? Легкая истома после очередной великолепной ночи стала привычной за этот месяц, но такой эйфории мне не доводилось испытывать еще никогда.
Поднявшись с постели, накинула легкий, едва ощутимый на теле пеньюар и прошла к смежным дверям, оказавшись в своей спальне. Так уж стало заведено, что спали мы исключительно в покоях мужа, к себе же я возвращалась только, чтобы привести себя в порядок, переодеться или принять ванну. Да и последнюю все чаще стала делить с Ренделлом, открывая для себя новые грани супружеской жизни. Этот месяц стал сказкой, временем покоя, абсолютной гармонии и блаженства. Мы наслаждались друг другом, постепенно привыкая и учась доверять.