Чтение онлайн

Дэвид, не слушая дальше, прыгнул вперед, защищая собой обеих. Перед ним был настоящий громила, вооруженный тяжеленной дубиной, но Дэвид надеялся на свою гибкость и ловкость… Хлыст отразил первый удар и сразу, просвистев в воздухе, хлестанул по замызганной шляпе. Разбойник, хотя и пошатнулся, ударил опять. На этот раз дубина задела Дэвида, отчего его новая шляпа отлетела в сторону, а сам он упал на колени. Подбадривая себя, грабитель издал торжествующий рык, прыгнул и вновь занес над головой свое грозное оружие, но Дэвид, проворно вскочив, уклонился от удара и, разъярившись, остановил негодяя безошибочным прямым в челюсть и тут же снова ошеломил ударом тяжелого хлыста. Грабитель споткнулся, уронил дубину и выпалил серию непристойных

ругательств. Дэвид засмеялся, отшвырнул хлыст и, вытерев кровь, заливавшую глаза, пошел на противника с кулаками. Однако тот оказался не робкого десятка – видно, драться ему было не впервой – и отступать не собирался. Раз за разом громила пытался сократить дистанцию, чтобы получить преимущество, но Дэвид либо уклонялся от его опасных выпадов, либо останавливал его молниеносными ударами. Он тянул время, зная, что противник рано или поздно откроется, и, когда это случилось, нанес удар справа, вложив в него всю силу и тяжесть своего тела. Взмахнув руками, грабитель растянулся на земле, но и лежа, правда, вяло попытался пнуть Дэвида ногой. Прыгнув в сторону, молодой человек подобрал свой кнут и, крутя в воздухе ременным концом, повернулся к поверженному противнику. Но, прежде чем он размахнулся, вмешалась Антиклея.

– Хватит с него, Дэвид! – крикнула она.

– Нет… он еще… и половины заслуженного не получил! – в запале отвечал Дэвид.

– Оставьте его… пусть убирается… Не надо, Дэвид, – продолжала она упрашивать.

Враг был усмирен и не помышлял о реванше. Пока Дэвид колебался, он молча отполз на четвереньках подальше и, нетвердо вскочив на ноги, пустился наутек. Дубина досталась победителю в качестве трофея. Дэвид подошел к своей шляпе, бережно поднял ее и грустно посмотрел на солидную вмятину и сбитый ворс. Антиклея нервно рассмеялась, ее голос дрожал.

– Пропала ваша новая шляпа!

– Да. – Дэвид вздохнул. – Что-то не везет мне на шляпы!

Глянув на Антиклею он заметил в ее глазах выражение, которого не замечал прежде, и услышал в ее голосе несвойственную ему теплоту.

– Вы ранены!

– А, чепуха! Право, чепуха, – ответил он и удивился, увидев, как она дрожит. – Этот мерзавец напугал вас!

– А, чепуха! – засмеялась она, вроде бы передразнив его, но во взгляде по-прежнему сквозила нежность.

– У вас дрожат руки.

– Это не от страха.

– И щеки такие бледные!

– А у вас – в крови!

– Ничего страшного, не обращайте внимания.

– Дайте-ка посмотреть! Сядьте здесь, прислонитесь к этому дереву!

– Прошу вас, не беспокойтесь…

– Садитесь, говорю! – приказала она.

– Да, мэм! – Дэвид покорился.

– Поверните голову… Да, могло быть и хуже… Шляпа спасла вас! Тут есть родник, пойдемте к нему!

Дэвид поднялся, но тут его взгляд случайно упал на женщину, которая, оказывается, все еще не пришла в себя и сидела, съежившись, под изгородью. Дэвид внимательно вгляделся в ее нестарое и некогда, видимо, очень красивое лицо, на котором оставили свой отпечаток горе и лишения.

– Простите, мэм, кажется, мы с вами уже встречались?.. Я не ошибся? – мягко спросил он.

– Да, сэр, – ответила она. – Я узнала вас по голосу и манере говорить… Мы встречались на Лондонском мосту, помните, однажды утром?

– Помню… Значит, вы – Нэнси Мартин? «Маленькая Нэн» Бена Баукера?

Она опустила голову и закрыла лицо руками. Руки у нее тоже были красивые, но огрубели от работы.

– Бедный Бен, – прошептала она и заплакала. – Бедный мой Бен. – Вдруг она подняла голову и посмотрела на Дэвида сквозь слезы. – Но откуда вы об этом узнали, сэр? Вы видели Бена? Скажите, вы видели его? Вы его знаете, сэр?

– Он одолжил мне две гинеи, – ответил Дэвид. – И еще я знаю, что он приехал ради того, чтобы отыскать вас. Он отправился на поиски в Лондон…

– В Лондон! – Она застонала. – О, проклятый Лондон! Мы разминулись! Я только вчера добралась до Льюиса и узнала, что Бен приходил туда. Я хотела найти его,

а теперь… в Лондон!

– Пожалуйста, не стоит так горевать! – сказал Дэвид, осторожно положив руку ей на плечо. Теперь-то он найдется, обещаю вам. Возвращайтесь домой к своей матушке и потерпите еще чуть-чуть. Я уверен, счастье наконец улыбнется вам обоим!

– Благослови вас Бог за эти слова, сэр. – Нэнси всхлипнула и стала вытирать слезы. – И вас тоже, мисс, вы так храбро вступились за меня… – Она вдруг схватила руку Антиклеи и поцеловала бы ее, но девушка не позволила, а опустилась на траву и прижала несчастную к груди.

– Вы так любите вашего Бена? – тихо спросила она.

– Всю жизнь, мисс… Но я была недостойна его и потеряла только потому, что… О, миледи, я намного старше вас, и горькие невзгоды многому меня научили! Вы так молоды и прекрасны… Если вы когда-нибудь по-настоящему полюбите хорошего, честного человека, никогда не бойтесь показать ему вашу любовь, потому что настоящая любовь превыше всего самого прекрасного в этом мире!.. И вы, сэр, вы тоже. Хоть вы и умеете так яростно драться, но я знаю, вы добрый… Не ждите, когда станет слишком поздно, не тяните слишком долго!

– Что же я должен делать? – простодушно поинтересовался Дэвид.

– Скажите о своей любви, сэр! О любви, которую излучают ваши глаза, которая поет в вашем сердце.

Дэвид густо покраснел, выронил шляпу и, нагнувшись за ней, подозрительно долго поднимал.

– О, сэр, и вы, мэм! – сказала Нэнси Мартин, поднимаясь с травы. – Поверьте, я много страдала. Если бы я была чуточку добрее к нему много лет назад… если бы послушалась голоса добра, а не зла… если бы только Бен заговорил чуточку раньше… я не принесла бы столько горя хорошим людям! И себе тоже… Так вот, сэр, и вы, мисс, не бойтесь любви – это самое лучшее в нашей жизни! Да благословит Господь вас обоих за милосердие к несчастной одинокой женщине, и будьте счастливы!

И умудренная горьким опытом Нэнси Мартин ушла. Удивленный Дэвид провожал ее взглядом, боясь повернуться к Антиклее, которая продолжала смотреть на него ясными нежными глазами.

трактующая о пользе источников

Когда Нэнси Мартин скрылась из виду, Антиклея потянула Дэвида за руку.

– Идемте к роднику, нужно промыть вашу рану!

Дэвид, испытывая странную робость, уперся.

– Поверьте мне, мэм, моя голова…

– Сэр, – строго молвила она, – помните, как вы коварно окатили меня водой? Теперь моя очередь!

– А лошадь?

– Уже вернулась в Лоринг! – засмеялась девушка. – Вы оседлали Маркиза, а он не станет стоять на месте. Должно быть, уже давно в своем стойле. В любом случае, посмотрите: он исчез, а вам следует позаботиться о себе.

Действительно, внизу, на дороге, коня не было. Тогда Дэвид – делать нечего – пошел за Антиклеей по тропинке к груде замшелых камней, из-под которых пробивался прозрачный ручеек. Дэвид сел на камень, и Антиклея, макая платок в воду, стала смывать кровь. Ссадина над ухом оказалась небольшой, а мягкие ласковые руки подействовали как обезболивающее. Холодная вода попала за ворот, Дэвид преувеличенно вскрикнул, и Антиклея засмеялась.

Потом, ожидая, пока ранка подсохнет, они молча уселись рядом. Вода из родника журчала завораживающе, и хотелось слушать ее и слушать. Антиклея сидела, подперев рукой подбородок, и смотрела на солнечные блики, бегущие по воде, а Дэвид то и дело украдкой посматривал на нее. Раньше он не особенно приглядывался и не замечал многочисленных черточек, которые все вместе и составляли ее индивидуальность: изогнутые пологой дугой темные брови и длинные ресницы, идеально правильный нос и полные губы, решительный подбородок и стройная шея, грациозность которой подчеркивала задумчивая поза. Дэвид подмечал все это, и каждое маленькое открытие наполняло его новой радостью.