Чтение онлайн

– Его предки мертвы, как и мои. Разве Хиздар призовёт их тени, чтобы защитить Миэрин от врагов? Мне нужен муж с кораблями и мечами. Вы же предлагаете мне предков.

– Мы древний народ. Предки важны для нас. Вступите в брак с Хиздаром зо Лораком и родите сына. Его отцом станет гарпия, а матерью – дракон. В этом ребенке исполнятся пророчества, и ваши враги растают, как снег.

«Жеребец, который покроет весь мир». Дени знала истинную цену пророчествам. Они сотканы из слов, а слова – только ветер. Не будет у Лорака ни сына, ни наследника, в котором объединятся дракон и гарпия. «Когда солнце встанет на западе и опустится

на востоке, когда высохнут моря и ветер унесёт горы, как листья», – только тогда её лоно сможет зачать ребенка…

…но у Дейенерис Таргариен есть другие дети. Десятки тысяч человек, когда она разбила их цепи, провозгласили её матерью. Она подумала о Храбром Щите, о брате Миссандеи, о той женщине – Рилоне Ри, так прекрасно игравшей на арфе. Никакой брак не вернёт их к жизни, но если супруг поможет остановить жестокие убийства, тогда ради погибших она обязана выйти замуж.

«Если я вступлю в брак с Хиздаром, не отвратит ли это от меня Скахаза?» Бритоголовому она доверяла больше, чем Хиздару, но на троне он стал бы настоящим бедствием: слишком вспыльчив и злопамятен. Она не видела выгоды от брака с мужчиной, которого ненавидят так же, как и её. Насколько могла судить Дени, Хиздар пользовался большим уважением.

– А что думает об этом мой предполагаемый супруг? – спросила она Зелёную Милость.

«Что он замышляет на мой счет?»

– Ваше величество может спросить его самого. Благородный Хиздар ожидает внизу. Позовите его, если изволите.

«Ты слишком много себе позволяешь, жрица», – подумала королева, но проглотила гнев и заставила себя улыбнуться.

– Почему бы нет? – Она послала за сиром Барристаном и попросила старого рыцаря привести к ней Хиздара. – Там долгий подъем. Отправьте Безупречных ему помочь.

Пока благородный Хиздар поднимался, Зелёная Милость закончила трапезу:

– Я удалюсь, если это угодно вашему великолепию. Не сомневаюсь, что вам и благородному Хиздару нужно многое обсудить.

Пожилая женщина смахнула капельку меда с губ, одарила Квеззу и Гразхара прощальным поцелуем в лоб и опустила на лицо шелковую вуаль.

– Я возвращаюсь в Храм Милости и помолюсь, чтобы боги подсказали нашей королеве мудрое решение.

Когда она вышла, Дени позволила Квеззе вновь наполнить чашу, отпустила детей и приказала, чтобы к ней допустили Хиздара зо Лорака.

«Если он осмелится произнести хоть слово о своих драгоценных Бойцовых Ямах, я прикажу вышвырнуть его с террасы».

Хиздар носил простую зелёную мантию под стёганым камзолом. Он вошел с торжественным лицом и низко поклонился.

– Вы мне даже не улыбнётесь? – спросила Дени. – Неужели я вас так сильно пугаю?

– Я всегда становлюсь серьёзным в присутствии такой красоты.

Хорошее начало.

– Выпейте со мной. – Дени сама наполнила его чашу. – Вам известно, почему вы здесь. Похоже, Зелёная Милость полагает, что если я возьму вас в мужья, то все мои печали вмиг рассеются.

– Я никогда не сделал бы столь смелого заявления. Мужчины рождены для борьбы и страданий. Наши враги исчезают лишь с нашей смертью. Однако я могу стать вам опорой. У меня есть золото, друзья, влияние, и в моих жилах течет кровь Старого Гиса. Я никогда не был женат, однако у меня двое внебрачных детей, мальчик и девочка, поэтому я способен подарить вам наследников. Я могу примирить город с вашим правлением и положить конец всей этой ночной поножовщине на улицах.

– Сможете ли? – Дени вгляделась в его глаза. – Почему ради вас Дети Гарпии решат отложить свои ножи? Вы один из них?

– Нет.

– А признались бы мне, будь это

так?

– Нет, – рассмеялся он.

– Бритоголовый знает, как добиться правды.

– Не сомневаюсь, что Скахаз быстро заставит меня сознаться. Проведя день с ним, я стану одним из Детей Гарпии. Два – и стану самой Гарпией. Три – и окажется, что в детстве я приложил руку к убийству вашего отца в Закатных Королевствах. Затем он посадит меня на кол, и вы сможете полюбоваться моей смертью… но потом убийства продолжатся, – Хиздар наклонился ближе. – Или же выходите за меня замуж и позвольте мне остановить их.

– С чего это вдруг вы захотели мне помочь? Ради короны?

– Не стану отрицать, корона будет мне к лицу. Однако есть и многое другое. Что странного в том, что я хочу защитить свой собственный народ, как вы защищаете своих вольноотпущенников? Миэрин не вынесет еще одну войну, ваша лучезарность.

Хороший ответ, и честный.

– Я вовсе не хотела войны. Я сокрушила юнкайцев, но пощадила их город, хотя могла бы разграбить его. Я отказалась присоединиться к выступившему против них королю Клеону. Даже сейчас, когда Астапор в осаде, я не вмешиваюсь. А Кварт… Я не причинила его жителям никакого вреда…

– Намеренно – нет. Но Кварт – торговый город, и он любит звон серебряных монет и блеск золота. Когда вы уничтожили работорговлю, на земли от Вестероса и до самого Асшая обрушились невзгоды. Кварт зависит от торговли рабами, так же как Толос, Новый Гис, Лисс, Тирош, Волантис… список длинный, моя королева.

– Пусть приходят. В моем лице они найдут врага посуровее, чем Клеон. Я скорее погибну в бою, чем позволю вернуть моих детей в цепи.

– Возможен и другой вариант. Думаю, юнкайцы согласятся, чтобы все ваши вольноотпущенники остались свободными при условии, что ваша милость отныне не станет вмешиваться в работорговлю и обучение рабов в Жёлтом городе. Дальнейшего пролития крови не потребуется.

– За исключением крови тех, кого юнкайцы будут продавать и обучать, – добавила Дени. Но она понимала, что отчасти он прав.

«Возможно, это лучшее, на что мы можем надеяться».

– Вы так и не сказали, что любите меня.

– Полюблю, если это доставит удовольствие вашей лучезарности.

– Это не ответ влюбленного мужчины.

– Что такое любовь? Вожделение? Любой полноценный мужчина, увидевший вас хоть раз, возжаждет обладать вами, Дейенерис. Однако я хочу заключить с вами брак не поэтому. Перед вашим приходом Миэрин умирал. Нами правили старцы с иссохшими членами и старухи, чьи морщинистые щели были сухи, как пыль. Сидя на вершинах пирамид, они потягивали абрикосовое вино и рассуждали о былой славе Старой Империи, в то время как целые века уносились прочь, растирая в пыль сами кирпичи, из которых построен город. Обычаи и осторожность сжимали Миэрин стальной хваткой, пока вы не пробудили нас кровью и огнем. Наступили новые времена, и теперь многое стало возможным. Выходите за меня.

«Он недурён, – подумала Дени, – и говорит, как настоящий король».

– Поцелуйте меня, – велела ему она.

Он вновь взял её руку и поцеловал пальцы.

– Не так. Целуйте, словно я ваша жена.

Хиздар нежно обнял Дени за плечи, словно птенца, склонился и прижал свои губы к её губам. Его поцелуй был легким, сухим и мимолетным. Дени не почувствовала никакого волнения.

– Мне… поцеловать вас ещё? – спросил он.

– Нет. – На террасе был бассейн для купания, и когда она входила в воду, мелкие рыбки пощипывали её за ноги. Даже они целовались с большим пылом, чем Хиздар зо Лорак. – Я вас не люблю.