Чтение онлайн

Но она-то была живой! И что ей теперь делать? Клэрити не нашла иного выхода, кроме как умыкнуть у Алтеи горсть сушеных – и совершенно пресных на вкус красных ягод. Знала, что отравление получить не рискует – травница занималась зельями, но не ядами. Правда, голод несчастная горстка ягод почти не утолила.

Остаток дня Клэрити посвятила двум вещам – изучению травологии под пристальным взором Алтеи – как она и ожидала, оказавшейся весьма строгой и требовательной учительницей, – и поискам дочери в небольшом, но неуютном Гескесе. Сейчас она впервые в жизни жалела, что все свое детство и юность посвятила танцам – а не рисованию. Как бы сейчас пригодился детальный портрет Каролины!

И только вечером Клэрити вдруг

осознала простую истину – поиски похожей на ангелочка пятилетней девочки в аду не должны были затянуться – ведь за все это время она не встретила ни одного ребенка. Оно и понятно. Если уж ад оказался не вымыслом, а реальностью, значит, умерев, дети в большинстве своем должны были попадать в рай. И только Каролину сюда зачем-то затянули – против ее воли и против воли Клэрити. Странность лишь в том, что никто из горожан не видел Каролины – уж ее-то здесь не заметить было трудно. Клэрити представила себе растерянную малышку, бредущую по незнакомому городу под черным небом, и сердце болезненно сжалось.

Странно было оказаться там, где привычных явлений – вроде смены времени суток – не существовала. Клэрити не раз ловила себя на том, что смотрит на небо в ожидании, когда за ночью последует рассвет. Вернулась домой к Алтее лишь тогда, когда поняла, что от усталости еле передвигает ноги.

Теперь, когда стало ясно, что то, что считала лишь выдумкой – ад, магия во всех ее проявлениях – реальность, ей нужно было понять, кому под силу стереть Каролину из памяти людей. Живых людей, оставшихся там, наверху. И, главное, зачем кому-то потребовалось это делать?

Мысль, что ее, Клэрити, хотели выманить в Преисподнюю, используя для этого дочь, была абсурдна. Она – обычная молодая женщина, бывшая танцовщица, нынешний администратор в небольшом кафе. Она никогда и никому не переходила дорогу, и уж тем более не могла, даже случайно, пересечься с какой-нибудь могущественной сущностью из самого ада.

Что-то произошло в тот день, когда в грудь Клэрити впился зеркальный осколок. Когда краем глаза она увидело нечто, напоминающее зияющую в земле трещину. Сначала решила, что ей показалось, а потом… мысли об исчезнувшей дочери вытеснили из головы все остальные. Затем загадочная незнакомка из зеркала… Зачем она ей понадобилась? Не она ли похитила Каролину, чтобы заманить Клэрити сюда?

Слишком много вопросов, и никого, кто бы мог ответить на них.

Только сейчас до Клэрити дошел весь смысл сказанных невидимкой из зеркала слов. Пока она не поможет ей, на поверхность вернуться на сможет. Клэрити задрала голову вверх, с тоской вгляделась в чернильное небо.

Спустившись в Преисподнюю, она стала ее добровольной пленницей.

Осколок одиннадцатый

Клэрити немногое удалось узнать о том странном мире, в котором она очутилась. Область, в которой находился городок Гескес, именовали Кваргло – просто так, без уточнения, страна это, провинция или империя. И на это были свои причины. Оказалось, что никто и не знает толком, сколько в этом бесконечном облаке тьмы освещенных – а значит, безопасных – островков. Сразу за Кваргло начиналась бесконечная мгла, и никто не знал, что в ней таится.

Желающих исследовать мир находилось мало – обсидиан стоили баснословно дорого, а остаться без них – значит, обречь себя на неминуемую смерть. От этих открытий Клэрити стало не по себе – казалось, что она находится на затерянном посреди громады-океана островке, вот только вместо соленых вод ее окружала сама тьма.

Власть находилась в руках человека, называющего себя Архонтом. Никто не знал его настоящего имени, мало кто видел его в лицо. И никто, даже те, кто повидали на своем веку сотни и тысячи новоприбывших – именно так жители ада измеряли срок своей жизни, – не знали, каким образом

Архонт получил право быть повелителем Кваргло.

Когда Алтея послала Клэрити собирать травы, настала пора проверить полученные знания на практике. Она показала поляну за пределами города, где для таких же травниц до конца улицы была протянута цепь фонарей. Но фонарщики здесь бывали редко, фонари гасли часто, поэтому травницы всегда носили с собой зажженные обсидианы. Клэрити впервые увидела, как сверкает камень, заряженный Искрой.

– Искра, переданная обсидиану, слабеет не со временем, как думают многие. Она слабеет, вступая в борьбу с тьмой. Чистый, то есть недавно заряженный обсидиан сверкает очень ярко, но чем больше тьмы он поглощает, тем тусклее становится. Поэтому так важно не растрачивать его понапрасну. Каждый раз, когда обсидиан становится не нужен, его нужно поместить в зачарованный мешочек, чтобы на время «притушить» силу таящейся в нем Искры.

После напутствий Алтея снабдила Клэрити поясом с привязанными к нему бархатными мешочками, в которых угадывались небольшие, с мизинец, осколки обсидиана.

– Но здесь же есть люди, которые обладают магией?

Алтея посмотрела на Клэрити так, словно она сказала несусветную чушь.

– Ну разумеется.

– Так почему они не могут создать… ну не знаю… сгустки света, магические светильники или что-нибудь в этом роде?

– Потому что им не совладать с тьмой. Только обсидиан – осколок застывшей лавы, обладающий уникальной магией, способен разогнать тьму.

Клэрити помрачнела. Значит, лава в Преисподней все-таки была. Одна надежда – что в ней не пытают грешников.

Алтея ловко срезала травы миниатюрным серпом, рассказывала свойство каждой. Разумеется, подобных в реальном мире Клэрити не встречала. Часть из них росла на дне озера с «сухой» водой: на ощупь она казалась настоящей, но не оставляла на коже и одежде ни следа – будто вошел не в озеро, а в воздушную яму. Некоторые травы пробивалась сквозь скалы, другие росли лишь на болотах. Следуя за Алтеей, Клэрити оказалась на поляне с черной как ночь травой. Под ногами – тьма, над головой – тьма. Казалось, что она очутилась в распахнутой пасти огромного зверя, которая в любой момент готова захлопнуться и поглотить ее. Поэтому она лишь вздохнула с облегчением, когда, аккуратно срезав несколько пучков травы, они с Алтеей покинули поляну.

Несколько следующих дней – Клэрити называла их так для собственного удобства, хотя на деле это была одна длинная ночь, похожая на черную лоснящуюся змею, – походили друг на друга, как близнецы. Она по-прежнему спала слишком мало – Каролина вторгалась в ее сны, плача и умоляя ее спасти, и Клэрити просыпалась, задыхаясь от крика и слез. Кошмары, начавшиеся сразу после исчезновения дочери, следуя за ней по пятам, настигли ее и в Преисподней. В них Каролина сгорала в огромной огненной яме, падала в зияющую под ногами Клэрити пропасть, смотрела на нее пустыми глазницами, где вместо зрачков была сама тьма.

Поиски по-прежнему ни к чему не приводили. Жители ада лишь недоуменно пожимали плечами, когда Клэрити спрашивала их о дочери. Она все глубже погружалась в беспросветную пучину отчаяния. Но просыпаясь от очередного кошмара, поднималась с постели с надеждой, что именно этот день станет днем, когда она найдет Каролину.

Неприятности на этом не заканчивались – Клэрити все сложнее становилось добывать себе еду. Тонкий золотой браслет и кольца, которые она по прибытию сняла со своей руки, не ценились в аду так, как на поверхности. Запасы еды, купленные на вырученные за украшения монеты, подходили к концу, и день, когда они закончатся, неумолимо приближался. Почти все время Клэрити была голодна – перебивалась ягодами и странноватыми на вид, но весьма съедобными фруктами, растущими за пределами Гескеса. Их и в голову никому не приходило срывать, что было ей только на руку.