Чтение онлайн

Он сразу чем-то не понравился ка Райну. Не любил парень позеров.

– Начнем с разминки, двадцать кругов по залу, - воин возглавил процессию, - ах, да, я забыл представиться. Корвин Альмадеа к вашим услугам.

После пробежки студенты двадцать раз отжались, поприседали, выполнили комплекс гимнастических упражнений на ловкость и гибкость - в общем, ничего нового по сравнению с закончившейся физкультурой.

– А теперь выбирайте себе оружие по руке, если возникнут сложности, я помогу, - открыл незаметную дверь в другом конце зала Корвин. Сквозь проем можно было заметить небольшую кладовую, доверху заполненную

разнообразными клинками.

– А ты чего стоишь?
– обратился к Ийру Альмадеа.

– Я не любитель всего колюще-режущего, - вежливо сказал Ийр.

Судя по побагровевшему лицу преподавателя, денек обещал стать интересным.

– Тебя не спрашивают о твоих предпочтениях. Пошел и взял меч. Быстро, - угрожающе бросил Корвин.

– Спасибо, не хочется, - по-прежнему вежливо отверг притязания воина барон.

– Избалованный мальчишка, - прошипел Корвин, - здесь нет твоего папаши или мамочки, или ты делаешь, что я говорю, или отправляешься прямиком в медпункт, гора мышц угрожающе нависла над студентом.

– Пункт третий, статьи сто пятьдесят шестой устава Академии о “Боевой подготовке”: “Студиоз может выразить несогласие на обучение с холодными видами оружия, если ему не позволяют этого религиозные, мировоззренческие взгляды, либо физическая слабость”. Я пацифист, - мило улыбнулся в перекошенное яростью лицо Корвина барон, - там же указан запрет на насилие со стороны преподавателей и меры их наказания.

– Не любишь, когда тебя царапают, мальчишка? Что ж, - мигом успокоившись, хищно улыбнулся мужчина, - сто кругов по залу, сто отжиманий, пятьсот приседаний. Физкультура ведь там не запрещена? А если мне покажется, что ты выполняешь мои наставления не слишком усердно, то тут, прости меня, наказывать придется уже тебя.

Через час измотанный Ийр вышел из башни Академии и, с трудом переставляя ноги, поплелся в общежитие. Приняв душ и переодевшись, он почувствовал себя значительно лучше. Быстро перекусив в столовой, он добежал до девятнадцатого этажа и без стука зашел в кабинет.

– Вы бы хоть табличку повесили “не беспокоить”, - смущенно отвернулся барон.

– Может быть, лучше ТЫ постучишься в следующий раз?
– злобно пропыхтела Вилиэсса, поправляя только что одетое платье.

“Подумаешь… У нее же лифчик и трусики были надеты. А вот если бы…”, - глаза парня затуманились мечтательной дымкой, - “вот это фигура! Грудь меньше, чем у Лики, но бедра! Ножки!”

– Прекращай витать в облаках!
– в затылок ка Райна ударила тяжелая толстая книга. Подняв ее с пола и положив на стол, студент уселся перед темной в свое кресло.

– Почему опоздал?
– нахмурилась эльфийка.

– Военная подготовка началась. Ушел с нее выжатым, как лимон. Пришлось душ принимать.

– Преподаватель требовательный попался?

– Ну, насчет требовательности не знаю, но мстительный - это точно. Корвином Аламадеем кличут.

Ма Храйн расхохоталась, прикрывая ладошкой рот.

– Знаю его. Воин хороший, основы хорошо вдалбливает, за что его и терпят, но глуп как пробка. При любом удобном случае пытается меня куда-нибудь пригласить, и при этом поигрывает так мышцами, - Вилиэсса согнулась в порыве безудержного смеха.

– Так вот вам какие мужчины нравятся, - лукаво посмотрел на нее Ийр, - да вы популярны!

– Нет-нет, - эльфийка спешно

отрицательно покачала головой, - я не любительница перекаченных позеров. А достойных парней пока не встречала, - темная повернулась к окну, смотря куда-то вдаль, - лет пять назад меня пытались обвенчать с младшим принцем Повелителя, - улыбаясь, сказала она, - но я вовремя успела сбежать.

– Почему?
– удивленно спросил барон.

– Я же уже говорила, слушать внимательно надо. Прошу больше не возвращаться к теме моей личной жизни, - поморщилась преподавательница, - рано мне еще о таком думать, ста лет не исполнилось. Да и похвастаться нечем, - поняв, что сболтнула лишнего, Вилиэсса немного испугано посмотрела на хихикающего парня.

– До меня недавно донеслись интересные слухи, что ты на занятиях экспериментируешь. Ну-ка, покажи мне свой Темный Кирпич, - решила отомстить девушка.

– Кирпич Тьмы, - педантично поправил ее Ийр.

В воздухе возник слабо светящийся узор заклинания…

Эльфийка изумилась точности построения узора и ее завершенности, на обычные поделки студентов это точно похоже не было.

… а через секунду материализовавшаяся структура в виде кирпича черного цвета упала на пол, прожигая ковер и оставляя пропалины на камне.

– МОЙ ЛАРИЙСКИЙ КОВЕР!
– поперхнулась чаем темная.

– Я заплачу, в смысле, покрою убытки, - опасливо сказал из-за спинки кресла, за которым он предусмотрительно спрятался, ка Райн, - просто, не успел пока его довести до ума, преподаватель редко на парах отворачивается.

– Одно с тебя разорение, - злобно сверкая глазами, прошипела преподаватель.

– В следующий раз, когда будешь придумывать новое плетение, экспериментируй на минус третьем этаже, там есть специально оборудованные лаборатории, а лучше показывай все мне, - успокаиваясь, сказала ма Храйн, - создание плетений опасная вещь сама по себе, ошибка в формуле или силовой линии, и половина Академии взлетит на воздух. Ну, это в случае серьезных заклинаний, но твой Кирпич, как ты видишь, смог обжечь защищенный пол. В общежитие его не испытывал?

Ийр отрицательно покачал головой.

– Правильно, там защитных заклинаний нет. Убил бы кого ненароком и прямиком отправился бы на каторгу, несмотря ни на какие дворянские титулы.

За последние две недели Ийр немало узнал о всяческих жуках. Библиотека Академии оказалась полна знаний из области биологии. Впрочем, ему встретилась одна интересная книжица по мифологии, описывающая древних богов и их культы. Среди прочих заметное место занимала фигура следующая фигура:

“Испокон веков скарабей был олицетворением Хепри, одного из древнейших богов, символизирующих утреннее восходящее солнце. Как и остальные солнечные божества, Хепри имел функцию Демиурга, Творца мира, человека и Вселенной.

Хепри-скарабей как великий символ и талисман сопровождал египтянина в жизни и после смерти. По легенде, скарабей выходит из головы Осириса, погребенной в Абидосе, возвещая его воскресение из мертвых в мире небесном. Фигурка маленького жука, упорно и настойчиво перекатывающего свой шарик из навоза, чтобы в нем не погибли семена новой жизни, становится символом импульса возрождения, возникающей внутри инертной, но живой материи, готовой начать новый цикл существования.