Чтение онлайн

– Давай рассказывай, что надумал. Только быстрее, без витиеватых красивостей.

Рауль приподнял бровь и надменно посмотрел на собеседника.

– В сложившихся обстоятельствах настоящая дуэль видится мне глупым ребячеством. Ну, собьем мы друг друга, истратим в личных целях реактивные снаряды, предназначенные для самолетов Консорциума, а дальше-то что? Джейн расстроится, один из нас погибнет, другой, как ты правильно выразился, будет терзаться угрызениями совести… Вообщем, я предлагаю устроить тренировочную дуэль с контейнерами лазерной подсветки. Машина, попавшая в ракетный замок более чем на пять секунд, считается уничтоженной. Никаких трагедий, никакого риска, лишь чистое

мастерство и тонкий расчет. Победитель насладится моральной победой.

Сергей с интересом посмотрел на соперника.

– Сегодня в пять часов вечера, в воздушном пространстве острова Южный за пределами театра военных действий, – еле слышно прошептал Соколов.

– Восемнадцатый оперативный квадрат? – кивнул головой Рауль.

– Он самый. Не забудь прихватить пару ракет большого радиуса действия. В воздухе могут болтаться пилоты, презирающие рыцарский кодекс.

– Американцы, что ли?

– Нет, господин Шоле, так называемые зеленые.

Северский отделался от ветерана и подошел к полковнику:

– Три дня назад террористическая группа FRM [52] совершила серию атак на транспортные самолеты САСШ. Во вчерашнем сетевом обращении террористы потребовали прекращения всех военных операций в северной части Атлантики. Руководители FRM заявили, что боевые действия Консорциума и Союза наносят невосполнимый ущерб живому миру океана и его биосфере. Уничтожение двух эскадренных танкеров террористы расценили как экологическую катастрофу и преступление мирового масштаба. Вероятно, в ближайшее время экологи проведут ряд мощных воздушных атак на транспорты снабжения САСШ. Если под руку попадутся одинокие машины Союза, террористы, не задумываясь, уничтожат и их.

– Милые ребята! За предупреждение спасибо!

Широко улыбнувшись, француз попрощался с аналитиком и стал пробираться к выходу из импровизированного конференц-зала.

– Самоуверенный парень, – тихо протянул полковник, бровь его неодобрительно выгнулась вверх. – О возможном поражении даже не думает.

– По-иному и быть не может, он же француз.

Генерал протянул Сергею блок внешней флэш-памяти.

– Результаты ночной работы. На диске отчеты по техническому состоянию эскадрильи. Проблема с технический смазкой решилась сама собой. Норвежцы поделились своими запасами, а значит, подготовка самолетов к вылету сократится на пять-семь минут.

Сергей взял карточку и начал крутить ее между пальцев. Генерал безмятежным тоном продолжал свой рассказ:

– Сегодня утром, в четыре утра, я связался с Нэвиллом и обговорил с ним детали работы. Капитан прибудет на авиабазу завтра, в девять часов вечера. Транзакция финансовых средств состоится через три дня, отчет о завершении – кину на электронную почту. В зону боевых действий капитан прибудет один, для его встречи я выделил Серебряное крыло.

Достав из кармана PDA, Сергей подключил к устройству внешнюю память Северского.

– Франсуа расшифровал базу данных?

– Еще нет, но работа идет полным

ходом. Первые результаты дешифровки появятся сегодня вечером.

Выгрузив данные, Соколов вернул память аналитику. Посмотрев на уставшего друга, полковник добавил:

– Тебе надо выспаться, Алексей. Ты едва стоишь на ногах, а впереди у нас дни напряженной работы. Передай текущие дела Матвиенко и отправляйся в кровать.

Генерал пытался протестовать, но Соколов прервал его реплику короткой фразой:

– Это приказ, генерал, выполняйте. К своим обязанностям вернетесь вечером.

Воздушная база «Граф Бернадотт».

Подземная ремонтная мастерская.

19 ноября 2035 года, 10.15

Громада транспортного Ил-76 была опутана лесами и сверкающими надстройками технических конструкций. Разрушенное крыло грузовоза озарялось вспышками газовой сварки. Воздух мастерской содрогался от рева дисковых пил, грозно верещали дрели и сверла, гулко рявкал станок, скрепляющий титановые элементы консоли.

По плоскости собираемого крыла сновали люди: механики, инженеры, простые рабочие. Одни ремонтники трудились над хордами конструкции, тогда как другие занимались авионикой и пилонами многочисленных двигателей. Молодой человек, вооруженный системой лазерного сканирования, аккуратно замерял качество установки технических элементов. Отыскав очередную ошибку, инженер подзывал к себе рабочего и давал краткие указания по замене.

Возле раскрытых створок транспортного отсека застыли величественные цилиндры двигателей Д-30КП, каждый тягой по 12 000 кгс. С одной силовой установки механики сняли кожух. Сергей мог видеть вывороченную паутину стальных «внутренностей», а также синие баллоны, наполненные криогенной жидкостью. Техники, занимавшиеся проверкой двигателя, частенько посматривали на крыло. Стремительными темпами приближалось время монтажа, а стендовая проверка Д-30 все еще была далека от завершения. Мотористам приходилось спешить.

Утолив свое любопытство, Сергей оторвался от иллюминатора.

– Уже день без перерыва работают, в две смены, – Ольга забросила за ухо длинную прядь волос и тихо добавила: – План ремонта предусматривает ночной монтаж двигателей, самолет должен быть восстановлен к утру. Увидишь Никонова, передай от меня огромную благодарность.

– Всенепременно.

– Теперь, полковник, говори, для чего пришел? – В голосе Ольги слышалась обида, смешанная с нетерпением и раздражением.

– В командирской каюте кто-нибудь есть?

– Пусто там, – покачала головой Нестерова. – Наташка вместе с ноутбуком в Тренделаге сидит. Хочешь поболтать по телефону, звони сейчас.

– Мне хватит пяти минут, – улыбнулся в ответ полковник.

Покинув транспортный отсек, Сергей поднялся по стальной лестнице и проник в центральную секцию самолета. В конце узкого темного коридора полковник свернул налево и замер перед дверями капитанской каюты. Перешагнув через порог, Соколов нырнул внутрь крохотной комнаты и решительно щелкнул блокиратором дверной створки.

Рухнув на диван, Сергей перевел дыхание, в его ладони появилась трубка сотового телефона. Набрав номер тайного телефона, полковник терпеливо дождался ответа:

– Слушаю, – донеслось с той стороны провода.

– Вольфрам, это Соколов, что у тебя стряслось?

– Рад тебя слышать, Сергей. – В голосе Вольфрама чувствовалась смертельная усталость. С такой интонацией мог говорить человек, не спавший пять суток подряд. – Ты занимался сопровождением тяжелых самолетов, бомбардировщиков или аэропланов РЭБ?