Чтение онлайн

— Ну ты чего?

— Не хочу уезжать, — всхлипывая, пробормотал Ким.

— Потерпи, год пролетит быстро.

— Целый год…

— Если не будет мест, я отдам тебе свою путёвку.

— Спасибо, не надо. Ладно, извини – Ким шмыгнул носом и вытер лицо одеялом. — Давай спать.

Максим лёг на свою койку и уставился в тёмный потолок. До утра он так и не заснул. Наверное, и Ким тоже.

После утренней зарядки Максим собрал друзей вместе за столиком на втором этаже корпуса и предложил им новую игру.

— «Танки» называется. Мне её отец когда-то показал.

— Танки – это такие роботы? — спросил Артур.

— Нет, это просто машины с

людьми. Смотри.

Максим перегнул лист пополам.

— Вот твоё поле, вот моё, посередине граница.

Он нарисовал по пять танков на каждой стороне листа.

— Теперь ставь точку на своей половине. Осторожно, бумагу не проткни. Перегибаем. Если точка попадает на мой танк, значит, ты подбил его. Зачёркиваю. Можно нарисовать дым…

— Танкистов жалко, — сказала Зури и посмотрела на Максима своими огромными карими глазами.

— Это всё понарошку. Ну ладно, считай, что это просто древние роботы.

— Не люблю такие игры. Пошли лучше в догонялки. Хотя… — она опять украдкой бросила взгляд на Максима – нет, давайте доиграем, раз уж начали.

— А потом в догонялки – сказал Максим.

— Хорошо – улыбнулась Зури.

Танковую баталию он в итоге проиграл, но совершенно не жалел об этом.

Вдоволь набегавшись, друзья разошлись кто куда: в библиотеку, в музыкальный зал, на спортплощадку. Максим остался один. Он лежал в высокой траве и, щурясь от солнца, глядел в чистое, безоблачное небо. Это занятие ему никогда не надоедало.

Когда раздался грохот, и по небу поползла первая трещина, он всё понял. Понял, но не поверил. А потом завыла сирена.

Алекс шёл по узким коридорам, поднимался по лестницам, кивал в ответ на приветствия знакомых. Комплекс зданий под главным куполом всё разрастался: новые пристраивались к уже существующим, в старых постоянно проводились перепланировки. Ориентироваться в этом лабиринте становилось всё сложнее, но сейчас он специально выбрал самый длинный маршрут.

Предстоящий разговор обещал быть неприятным. Самым неприятным с момента прибытия на Марс.

Он помнил, как это было: улыбки, искусственные цветы, дружеские хлопки по спине, банкет с синтетическими деликатесами – всё как полагается. После девяти месяцев, проведённых в тесной ракете, он был безумно рад общению с настоящими, живыми людьми. Но вскоре он заметил то, что скрывалось за приветливыми взглядами. Зависть. Обычная зависть к тем, кто видел настоящее синее небо, ходил по далёкой Земле без скафандра и дышал свежим, не фильтрованным воздухом.

Первое поколение поселенцев было пионерами, героями. О тех, кто добровольно согласился поучаствовать в дерзкой авантюре по колонизации планеты, потом слагали песни. Но вот второе и следующие поколения были уже героями поневоле.

С Марса ещё никто не возвращался. Синтезировать ракетное топливо из местного сырья было невозможно, привезти его в достаточном количестве с Земли – тоже. Приспособить привычную «рабочую лошадку» энергетиков – громоздкие атомные реакторы – под межпланетные путешествия не получилось. Те, кто летел на Марс, всегда знали, что берут билет в один конец.

И тогда Алекс Фергюсон поклялся подарить марсианам кусочек Земли.

А вот и знакомая табличка. Он постучал в дверь и вошёл, не дожидаясь ответа.

Кабинет был до неприличия тесным и совсем не соответствовал должности его обладателя. Пара пластиковых стульев, стол в форме буквы «Т» с электронным терминалом, кадка с чахлым фикусом в углу. На стенах – топографические карты, фотографии с орбиты,

чертежи. Слева – небольшое окно, из которого открывался вид на недостроенные секции третьего купола.

Борис Ефимович сухо поприветствовал Алекса, попросил садиться. Разговор он начал не сразу; долго крутил в руках карандаш, хмуро смотрел поверх очков.

— Вам уже сообщили? — наконец спросил он.

— Я видел полный отчёт. Это… Это ужасно. Весь год система защиты от метеоритов работала безупречно, но есть вещи, которые мы ещё не научились контролировать. К счастью, купол устоял.

Борис Ефимович не выдержал: отшвырнул карандаш и стукнул кулаками по столу.

— Купол… А что под куполом, видели? Флора уничтожена, фауна тоже, почвенный слой перемешан с тоннами марсианской пыли. Вы знаете, как долго растут сосны, даже генно модифицированные? А энергозатраты? Искусственное солнце, голографическое небо… Сколько там реакторов это всё питало? Даже если не считать климатические установки. Надеюсь, вы представляете, какой ценой нам всё это обходилось. Да что я вам объясняю, вы же были ведущим разработчиком проекта. Хотя нет, не так. Вы просто взяли чужой проект, успешный и состоявшийся, и превратили его в чёрт знает что – в детский лагерь с дурацким названием. Я жалею, что когда-то подписал ваш план.

Алекс тяжело вздохнул. Он просто не мог этого не сделать. Можно изменить проект, но как же изменить себя?

— Всё было согласовано с экологами. Они тоже подписали не сразу.

— Будь я на их месте, я бы точно отказался. Позволять строить там дома, топтать траву – это немыслимо.

— То есть вы предлагаете оставить первый марсианский лес в неприкосновенности? Красота ради красоты? Смотреть на него сквозь купол, водить экскурсии?

С этим действительно всё было сложно. Что уж поделать, человеческий фактор. Постоянно жить в лагере никто не мог по чисто психологическим причинам. Люди, которые находились в лагере слишком долго, просто отказывались покидать его. Пришлось придумать смены: как для детей, так и для персонала. Каждый житель Марса получал шанс побывать в лагере, пускай и на короткое время.

— Вы не знаете, до чего доводит стремление к красоте. По-моему, вам всё-таки сообщили не все подробности.

Борис Ефимович нажал кнопку консоли, и на экране высветилась таблица с анкетными данными персонала лагеря. Он быстро просмотрел её, встречая много знакомых имён, и нажал ещё пару клавиш. На левой стороне экрана появилось улыбающееся женское лицо, на правой – серьёзное мужское. Борис развернул экран к Алексу.

— Узнаёте? Влад Зелецкий, наш лучший инженер. Проходил курс реабилитации после аварии во входном шлюзе. Кстати, произошла она именно во время строительства лагеря. И Наталья Михайлова. Её вы просто не можете не знать. Помните, кто каждое утро зачитывает нам новости и сводки погоды?

— Конечно, помню. И Владу я многим…

— Их нашли вместе. Они не успели добраться до убежища.

Алекс несколько минут молча смотрел на экран. Такие молодые… Чёрт возьми, ну почему именно они? В голову закралась предательская мысль: хорошо, что всё обошлось малой кровью; жертв могло быть намного больше.

— А теперь я хочу узнать – тихо и отчётливо сказал Борис Ефимович – почему вы так и не перестроили лагерь? Ладно хоть догадались сделать подземные убежища. Но сами корпуса должны быть разбиты на герметичные отсеки, экранированные от радиации. Элементарная техника безопасности. Почему вы понадеялись на купол? Самые обычные дома со щелями в стенах. На Марсе. Отличная идея.