Чтение онлайн

–  Что это, Тема? Что за запах?

–  Это бассейн с формалином, дружище.
– Тема, отвернулся от бассейна и неловко передернул плечами.
– В нем плавают ненужные люди.

–  Нам здесь не место, - уверенно сказал Алекс.

–  Наверное, - тихо прошептал Тема.

Резко повернувшись, друзья пошли обратно к лестнице. Из темноты слева появилась дверь с тяжелой медной ручкой. Тема толкнул дверь и стремительно зашел, потянув за собой Алекса. Комната, в которой они оказались, походила на спальню. Тема рассматривал стены и, увидев что-то, закопошился около стены. Через секунду комната осветилась тусклыми газовыми

лампами. Стены, затянутые голубыми обоями пастельных тонов, были украшены маленькими картинками. В центре комнаты высилась большая кровать с балдахинами.

–  Ну вот, - сказал Тема, - Тут-то мы и переночуем.

–  Спокойной ночи, - сказал Алекс, - бессильно плюхнувшись на кровать, даже и не пытаясь снять с себя одежду.

–  Да, - сказал Тема, - Пусть эта ночь будет спокойной.

Он зябко поежился, поглядывая по сторонам. Алекс безмятежно спал, подмяв под себя подушку с узорным орнаментом в виде стилизованных индусских божков. Тема тяжело вздохнул и повалился рядом с другом.

Он поерзал, устраиваясь поудобней, и усмехнувшись, пробормотал:

"Наверное, нам здесь не место…"

Солнечный зайчик щекотал Пугачу нос, норовя забраться на закрытые

Пугачевы веки и испортить весь сон. Пугач сладко спал, даже и не подозревая, что на его покой кто-то покушается. Он причмокивал пересохшими губами, зрачки его глаз бегали под веками, пытаясь разглядеть что-то интересное. Дверь в комнату приотворилась с легким скрипом, в образовавшуюся щель неслышно проскользнул согбенный

Алекс. Он осторожно присел на край дивана, подобрал под себя ноги и, уставившись в пол, тяжело вздохнул. Пугач завозился, забираясь под плед с головой. Алекс, посмотрел на свернувшееся тело под пледом и вздохнул еще раз, но в другой тональности. Из-под пледа донеслось приглушенно:

–  В теории, пиво тоже спасает от дегидратации.

–  Знаете, хлопцы, что отличает человека, склонного к алкоголизму, от человека, такой склонности не имеющего?
– сказал Тема, наблюдая за тем, как Алекс наполняет бокалы из только что открытой бочки.

Вопрос был риторическим, и посему остался без ответа.
– Очень простой тест. Посмотрите на эту бочку.
– предложил Тема.
– Она полна пива, холодного и пенного напитка, один бокал которого равен пятидесяти граммам водки в алкогольном эквиваленте. Вот она открывается, коротенько пшикнув, напиток через краник устремляется в бокал, стенки которого мгновенно запотевают, принимая температуру внутренней среды. Появляется пена от углекислого газа, вырывающегося из напитка наружу. Бокал так и просится в руки, все внутри замирает от предвкушения первого глотка, когда гортань, обжегшись холодом и насыщенным газом, примет напиток и выдаст первую благодарную слезу.

Вожделение между моментом наполнения бокала и моментом первого глотка становится нестерпимым. Ну, как? Прочувствовали? Захотелось пивка?

–  Нет!
– хором сказали Пугач и Алекс и жадно присосались к бокалам.

Первый утренний круг растворялся в желудках друзей.

–  Кстати, джентльмены, - произнес Алекс, - будучи не далее, как сегодня утром, в командировке в холодильнике, я обнаружил между двумя бочками пива пачку пельменей. Прошу вас обратить особое внимание на неспроста

мною употребленное единственное число.

Сегодня, возможно, мы еще сможем утолить свою потребность в пище, однако, завтра, боюсь, шеф-повар, - Алекс выразительно посмотрел на

Пугача, - будет обескуражен задачей, чем кормить личный состав.

Тема, может, у тебя в хозяйстве найдется хороший наваристый топор?

Тема озадаченно потер лоб обеими руками.

–  Нет, Алекс, - произнес он.
– Все топоры уже сварены и съедены.

–  Сегодня - понедельник.
– сказал Пугач.
– Свадеб не будет.

Пойдем на паперть.

–  Чтобы на паперти деньги давали, - сказал Алекс.
– Что-то показывать надо.

–  А мы Пугача показывать будем, - предложил Тема.
– Наденем на него ошейник и научим шарманку крутить.

–  А у тебя есть шарманка?
– оживился Алекс.

–  Если хорошенько поискать, - сказал Тема, - можно и шарманку найти.

–  Молодцы, - сказал Пугач мрачно, - хорошо пошутили, хвалю.

–  А мы не шутим!
– воскликнул Алекс.
– Сердобольные девушки, глядя на тебя, наверняка накидают на пачку пельменей.

–  Только надо сделать так, чтобы у него вид был замученный, - подхватил Тема.
– Деньги платят за хорошее шоу. Надо помучать Пугача прилюдно. Поставим перед Пугачем наполненный бокал пива, а самого прикуем цепями к канализационной решетке, чтоб не мог дотянуться.

–  И надпись перед ним - посердобольней, в стиле "сами мы не местные".
– предложил Алекс.

–  Ага!
– согласился Тема.
– "Граждане…" Нет! "Товарищи!" Нет, товарищи не подадут. "Мадам и мсье! Я не пил пиво шесть дней!" Как это будет по-французски, Алекс?

–  Же навэ па бю де ля пиффка пандан си жур, - ничтоже сумняшеся, с кошмарным акцентом сказал Алекс.

–  Так.
– сказал Пугач и, прищурившись, оглядел друзей.
– придумывайте другой способ.

–  А чем тебе этот не нравится?
– удивился Алекс.
– Посадим тебя на цепочку, заберем через пару часов с выручкой. А сами пока бочку прикончим.

–  А почему бы кому-нибудь из вас на цепочке не посидеть?
– спросил Пугач.

–  Не получится!
– решительно сказал Тема и сделал брови домиком.

–  У нас вид не жалистный.

–  А другой способ нельзя придумать?
– засопел глухо Пугач.

–  Отчего же нельзя, - неожиданно легко согласился Алекс.
– Можно!

Ты сходи пельменей пожарь, а мы пока другой способ придумаем.

–  Жарят пожарные, - возразил Пугач и с обиженным видом поплелся на кухню.

–  Странно, что мы так зависим от денег, - сказал Алекс, провожая взглядом Пугача.

–  Мы не зависим от денег, - возразил Тема, - мы зависим от еды.

–  Еда в нашей ситуации эквивалентна деньгам, - саргументировал

Алекс.

Друзья отхлебнули из бокалов и замолчали. Солнечный свет пробивался сквозь портьеры, освещая комнату. Окна задребезжали - мимо прокатил трамвай. Интересно получается, подумал Алекс, сегодня утром пропало время. Всегда было, а сегодня нет. Сидим, пьем пиво, и никто из нас не задается вопросом, который час. Думаю, что есть в этом что-то опасное. Сначала пропадает обыденное время - часы и минуты, а потом, глядишь, пропадут дни, недели, месяцы… Ой, а что будет, если года пропадут? Так, наверное, приходит бессмертие.