Чтение онлайн

Сказочный визит закончился, и надо было возвращаться в зимнюю войну. Мы собрались, и отряд двинулся дальше. Завтра нас заменяли в разведке другим взводом, а отряд присоединяли к дивизии. Наступление уже так замедлилось, что это можно было считать отдыхом.

На марше я спиной чувствовал удивленные взгляды солдат, но все, конечно, помалкивали. На коротком отдыхе я решил разрядить ситуацию, как меня учили в офицерской школе.

— Наргон, — спросил я вахмистра, сидевшего рядом. — Когда-нибудь раньше видел драконов?

— Нет, господин лейтенант, — сразу ответил он. — Повезло нам сейчас. А разрешите спросить: это ваши знакомые были?

Весь

взвод незаметно прислушивался к нашему разговору.

— Да, — ответил я. — Наше графство лежит недалеко от Страны Драконов. Кирмон — старый друг отца, графа Альбера. Они даже где-то вместе воевали, естественно, в строю, а не по драконьи. Раньше он часто у нас бывал. Девушка — его дочь, Альта. Мы, можно сказать, росли вместе. Но уже года два не виделись, с тех пор как я поступил в кавалерийскую школу.

— Ага, — глубокомысленно сказал Наргон, и замолчал. Вероятно, он вспомнил, как Альта безо всяких стеснений бросилась мне на шею в присутствии солдат. Кавалеристы глотали остывший глинтвейн из фляжек и тоже молчали. Они, очевидно, пытались представить себе, как это можно расти вместе с драконом.

Отдохнув, мы поднялись в седло и снова двинулись вперед по снегу, чтоб до вечера присоединиться к дивизии.

Через две недели фронт встал окончательно. Мы мирно стояли у небольшого городка Зеледарна, ожидая пополнения и нового наступления. По слухам, два других фронта еще наступали, а мы, упершись в непроходимые лесные массивы, собирались ждать весны и схода снега. Почти вся имперская провинция Дарна была завоевана. Люди отдыхали, вахмистры помаленьку гоняли солдат на учении, офицеры развлекались. Маркитантки, наконец догнавшие фронт, были очень заняты, помогая солдатам расслабиться и растратить выданное жалованье.

Мои товарищи постоянно наезжали в Зеледарну. Население не успело уйти с имперской армией и было настроено мирно. Город сдался сразу и не пострадал от штурма или обстрела, в нем даже осталось почти все население, поскольку уходить было некуда: дальше были горы. Местные крестьяне тоже не полезли на снежные склоны, бросив хозяйство, а исправно снабжали город продуктами. Оккупационный режим был мягок, поскольку никакого открытого сопротивления не оказывалось. Войска противника были полностью разбиты. Имперцы — либо взяты в плен и отправлены в тыл фронта, либо малыми группами успели уйти по лесным тропинкам к горам, и далее горными тропами к морю.

В этой провинции проблем с беженцами не было. Война замерла до весны. В полном соответствии с характером имперцев, привыкших безгласно подчиняться начальству, никакой партизанской войны не случилось. Население смирилось с нашим присутствием.

Соответственно, благородные и неблагородные дамы в городе были рады видеть наших офицеров в гостях. В городе было весело, шумели рестораны и трактиры, каждый вечер гремела музыка, тратилось немало серебра. Армейские патрули были заняты круглые сутки, наводя порядок на улицах.

Я забрал в обозе багаж и расположился с удобствами. Но было не до городских соблазнов. Сначала я писал подробный секретный рапорт об освобождении дракона, затем — рапорты о каждом дне рейда. После этого я решил отдохнуть, и не вообще появлялся в городе.

Наш полк на всякий случай не ввели в Зеледарну, а расположили в палатках за городской стеной — места в городе для всей армии не хватало. Артиллерия и войска отдыхали перед переброской на другой фронт. Часть офицеров, пользуясь окончанием военных действий,

испросила разрешение квартировать в городе. Я отказался переехать и жил в палатке в расположении полка. Наргон нашел для палатки маленькую печку, Хуга усердно топил ее дровами, и я проводил дни в тепле. Обычно я весь день читал взятые с собой в багаже книги, лежа на походной кровати. Также, я суммировал для себя в тетради опыт осенне-зимней кампании. Кроме стратегических размышлений и тактических находок, требовалось записать личные впечатления.

Отступление многому научило меня. Хотя и сын крупного землевладельца, я до войны мало сталкивался с разбоем и грабежом мирного населения. Но за первую луну наступления я приказал вздернуть человек пятьдесят насильников и мародеров безо всякого формального суда, только по показаниям надежных свидетелей. Кроме того, я чуть не попал под суд за раздачу отбитой у имперцев еды беженцам. Не будь я сын графа и состоятельный дворянин, способный покрыть стоимость разданного продовольствия, дело так легко не замяли бы.

Или другой случай: во время встречной кавалерийской атаки две луны назад группа беженцев потеряла голову и выбежала из кустов прямо к столкновению. Не стану хулить имперцев — они, как и мы, старались обойти бежавших в панике женщин и детей, но никто не успел. Из двухсот несчастных больше половины было затоптано копытами, и оба полковых врача — наш и имперцев — старались спасти пострадавших, но… Я мрачно смотрел на тела женщин, сбитых конями моего взвода, и чувствовал себя преступником. Это была оборотная сторона героических сражений.

Словом, мне не хотелось веселиться. К тому же, я внезапно начал скучать по Альте. Её амулет грел мне грудь своей теплотой.

Я снова начал рисовать. Сначала сделал карандашом несколько набросков лошадей, затем зарисовку одного памятного боя в лесу. Тогда все спешились и дрались в буреломе, прыгая по лежащим деревьям с саблями в руках, уклоняясь от пистолетных выстрелов. Схватка была отчаянная, и пули так и свистели вокруг. Два отцовских трехствольных пистолета в карманах, вдобавок к армейским в кобурах, спасли тогда мою шкуру от пули. Зарисовки повешенных мародеров и растоптанных кавалерией беженцев я оставил на время после войны — сейчас не было настроения для такой работы.

После довольно удачного батального рисунка я сделал пять набросков Альты в человеческом облике. Они не сразу получились у меня, но последний портрет был уже хорош. Работая над ним, я понял, что она все-таки сильно повзрослела.

Не прошло и двух недель, как меня навестили. Хуга, взятый ординарцем на время стоянки в Зеледарне, отдернул полог и громко сказал:

— Господин граф, к вам посетители!

При этом он подмигнул. Я встал и сказал:

— Проси.

В палатку вошли Кирмон, весь в черном, капитан Торон — начальник разведки полка — в мундире и… Альта. Она была в жемчужно-сером платье, расшитым серебром. Сверху был накинут черный пиджак. Как и все драконы, Альта совершенно не боялась холода.

— Прошу вас! — приветливо сказал я. — Вот неожиданная встреча!

Я был очень удивлен, а вот ни драконы, ни Торон не выглядели удивленными.

— Здравствуйте, граф! — хором официально поздоровались Кирмон с Альтой. Торон приветствовал меня жестом руки. Он был чем-то недоволен.

Я рассадил гостей в палатке и приказал Хуге принести горячего вина. Торон не стал медлить с разговором.

— Лейтенант, — сказал он недовольным тоном. — Командование просит вас о добровольном участии в необычной операции.