Славные времена
Шрифт:
Наконец, девушки сделали выбор фасона и вовлекли баронессу в обсуждение видов тканей. Пока они спорили, я присел в кресло и для тренировки принял вид благородного дворянина, утомленного всем на свете, но всегда готового прийти на помощь. Роль доброжелательного мизантропа мне когда-то разработал наш драматург Гирон, и она мне отлично удавалась. Сейчас тоже хорошо выходило: я почувствовал, как сверлят взглядами мне спину не занятые с Альтой мастерицы. Мне вдруг стало неудобно: что я себе позволяю с бедными девушками, беззащитными перед ореолом героя войны, богатого и знатного дворянина? Но я терпел, держа марку кавалерийского офицера.
— Граф, мы уже закончили, — мягко сказала Тремол, глядя сверху. Похоже, несмотря на иронию, моя игра действовала и на нее: глаза
— Я не сомневался в том, что у вас мы достигнем своей цели, — несколько двусмысленно, но с чувством сказал я. — Как, девочки, вы довольны? — добавил я братским тоном.
— Великолепный выбор, — с энтузиазмом сказала Альта. Белла с улыбкой кивнула.
Продолжая игру, я с легким шиком вытащил кошелек с золотом, и взвесил в руке.
— Итак, мы готовы платить?
— По исполнении, граф — развеселившись, ответила баронесса. — Через два дня.
— Так быстро! — искренне поразился я. — Баронесса, вы и ваши девочки — просто чудо. А они не только красавицы, но у них и золотые руки!
Маленькие комплименты женщинам, как известно, дают большое доверие. Баронесса клюнула:
— Ну что вы, граф! — искренне сказала она. — Для таких посетителей мы рады делать все, что можем. Вы только заходите почаще.
— Теперь буду, — переглянувшись с довольной Альтой, ответил я. — Теперь мне есть для кого заказывать ваши шедевры!
Я поцеловал руку баронессе и потрепал по щечке ближайшую мастерицу. Затем помахал девушкам — каждой по отдельности — и вывалился на улицу вслед за Альтой и Беллой.
— Вовремя убрались, — произнес я, ни к кому особенно не обращаясь. — Откуда у меня репутация сердцееда, кто бы сказал?
— И действительно, откуда? — подхватил дурашливым голосом Гирон, почему-то ждавший нас у кареты.
— А ты здесь откуда? — удивился я. — Впрочем, неважно, ты всегда вовремя. Но вот смотри: до войны ты завоевал сердец фрейлин много больше, чем я. О тебе никто не знает, а меня обсуждают все кому не лень.
— Очень просто, — ответил Гирон. — Ты действительно многого с фрейлинами не добился, но зато трахнул их начальницу, леди Галлер. Это как на войне вместо десяти лейтенантов пристрелить одного маршала. Твой наглый акт потряс фрейлин, а затем и весь двор. И пока я ухаживал за романтическими фрейлинами, ты изволил прижать одну известную герцогиню и двух красивых и богатых купчих.
— А они уж расписали в отместку тебя по всему городу, — весело добавила Белла. — Я тогда специально поинтересовалась.
— А причем здесь богатство купчих? — устало спросил я. — Чихал я на их деньги.
— А при том, что богатство не помогло им тебя, ветреника, удержать, — просветил меня Гирон. — Что говорит о удивительной половой распущенности, как они утверждали. Променять богачек на гимнастку из уличного цирка, а затем на хозяйку трактира, а затем на сироту-рыбачку… Словом, ты не смог удержаться на высоте любовных забав. Нет чтобы сразу найти принцессу какую.
— Правда ваша, граф, — в тон Гирону ответила Белла. — Но, когда ты, Сергер, выдал замуж за хорошего человека сохнущую по тебе рыбачку, да еще с приданым, тебя, помнится, навестила знакомая эльфийка из Великого Леса. Дипломатка. Это, как мы все понимаем, покруче герцогини. Герцогинь имеют герцоги, а после них — многие другие, а вот подбить клинья под эльфийку очень трудно, они здесь мало бывают. Я уже не помню, две ночи она подарила тебе, или три, но помню, что молва довела этот срок до целой луны. Спорить было бесполезно. Ну, а потом была и принцесса.
— Какая принцесса? — с интересом спросила Альта, вообще-то отнесшаяся к этому поддразниванию с полным хладнокровием. — Про эльфиек мне Ветка рассказывала, а вот про принцесс я не слышала. Сер, ты что, дочь вашего короля соблазнил?
— Ничего подобного, — заявил я. — Я с ними даже не знаком. Это была одна дворянка из свиты гостей.
— Могу рассказать, — с ехидной улыбкой начала Белла, стоя перед каретой. — Перед войной у нас был большой религиозный праздник в честь Богов
Войны и Мира. На наши святые места, единственные на континенте, где ступала нога пророков, приезжали на моления целые делегации из разных стран. Религиозных деятелей сопровождали виднейшие дворяне. Их надо было развлекать. Нам на счастье, столицу построили рядом со святыми местами. На дворян наши напустили фрейлин, и вообще молодых дворянок при дворе. Я тоже там была, и все видела сама.Тут Белла не сдержалась и хихикнула.
— С дворянами вышло отлично, только несколько человек пришлось срочно поженить, потому что кой-какие фрейлины начали быстро толстеть. Но все остались довольны. А вот женские делегации — а в соответствии с правилами молений, епископессу с дворянками держат подальше от мужчин — женщинам пришлось тяжело. Скучно им стало — сил нет. Моление продолжалось две луны, а им даже на бал идти нельзя было. Мой Огюст… А ты здесь откуда?!
Огюст, жених Беллы, подошел сзади и раскланялся, говоря:
— А я с Гироном тебя искал, и мы сюда подъехали.
— Очень хорошо, милый, — радостно сказала Белла, — сейчас мы по магазинам пойдем за бельем и обувью для Альты, а потом поедем в хороший ресторан и отдохнем. Заканчиваю…
И она перевела дух.
— Но именно заканчивай, — вмешался я. — Ладно уж, рассказывай про принцессу, и едем дальше.
— Ладно, Сер. Огюст считал, да и сейчас считает, что мужики-паломники не просыхали от вина, и им было легче. Ему виднее, поскольку это он им провозил вино контрабандой. Ну а девушкам не вино, а танцы и веселье подавай, а вот этого не было. Представитель при храмах взмолился его величеству, что девушки его пилят от скуки. Король приказал развеселить дворянок обществом молодых дворян. А мы тут к войне готовимся, молодые дворяне по полкам разъезжаются. Тогда его величество приказал человек десять светских львов вытянуть из армии обратно дней на двадцать. Тут загребли и Сергера, он как раз для своего полка то ли лошадей закупал, то ли сено заготовлял, как молодой офицер.
— Лошадей закупал, — спокойно сказал я.
— Точно, лошадей. Когда приехал из полка, ты остановился у нас на вечер и сказал: я таких кобыл присмотрел для строя, только бы их и брать, а мне тут дворянок с молений дают. А в полку молельщицы не нужны, там кобылы нужны, в крайнем случае маркитантки или санитарки. Мой отец долго смеялся, когда ты издевался над своей миссией.
— Естественно, — отпарировал я. — Тут война на носу, а мне штатских женщин из нейтральных стран подсовывают.
— Вот-вот, — продолжала Белла, переходя на тон баллады. — И прикрепили тебя к делегации Зарента. И возил ты их в свободное от молений время по всему городу. Показывал им галереи, прекрасные храмы и дворцы, королевские парки. Водил по народным праздникам в преддверии войны, угощал за королевский счет вкусной едой в особенных ресторанах. Катал на королевской яхте. Показывал парадные военные учения и не показывал секретных военных учений. Рисовал их — тут твоя любовь к искусству сказалась, конечно. Остальные дворяне тоже не зевали, так что иной раз утром всех паломниц еле-еле на утреннее моление поднимали. А дворян из келий дворяночек под утро выпирали, чтобы епископесса не видела. Но она, конечно, увидела, и, по слухам, ты ей сказал: матушка, ребята скоро на фронт пойдут, под пушки, и не все вернутся, а ваши девушки самые родовитые и славные в мире. Неужели вы лишите ваших дворянок общения с будущими героями, а цвет нашей молодежи — последнего утешения? И епископесса уронила слезу, и согласилась с честным Сергером. И только сказала: во всем вы правы, доблестный Сергер, и не сомневаюсь я, что станете героем. Идите к своим славным молодцам, а перед этим уберите руку с моей груди. Помните, граф, что я впятеро старше вас. Если бы я была бы только втрое старше вас, я безусловно пошла бы навстречу вашим знакам внимания, но я впятеро старше, и не боюсь вам в этом признаться. И мужчины меня уже лет двадцать не интересуют. Так что убирайте губы с моего плеча и катитесь отсюда с миром. Сегодня это у вас не выйдет. А займитесь лучше моей самой грустной дворянкой.