Да здравствует остров сокровищ —За то, что к нему дорогаЛежит сквозь пенное море,Сквозь радости и преграды!Да здравствуют дикие джунгли,И радуга в брызгах прибоя,И крик попугая в чаще!Но нам не нужны пиастры…Пиастры, пиастры, пиастры!А что с ними делать в море?Не купишь на них ни ветер,Ни чистые горизонты,Ни белых стремительных чаек,Тебя провожающих в поиск,Ни звонкое золото солнца,Что блещет в струе за кормою.Пиастры, пиастры, пиастры!А что с ними делать в детстве?Не купишь на них ни сказку,Ни смех товарища звонкий,Ни ясную радость утра,Когда по траве росистойСквозь солнечный пух тополиныйБежишь ты навстречу другу.Да здравствует остров зелёный,Лежащий за чёрной бурей,За синей глубокой тайной,За искрами южных созвездий!Да
здравствует смех и дорога,Да здравствует дружба и море!Да здравствует всё, что не купишьНа чёрное золото Флинта!
1972 г.
Песня была написана специально для отрядного кинофильма «Остров сокровищ». Но в то время фильм озвучен не был. Песня соединилась с фильмом только при озвучивании в 1990 г.
Алёшка
Там, где вытканы солнцем дорожки,Там, где лагерь у горной речонки,Полюбил октябрёнок АлёшкаИз второго отряда девчонку.С той девчонкою встреч не искал он,И, увидев её, хмурил брови,А потом забирался на скалы,Обдирая коленки до крови.С ярко-алым шиповником горнымВозвращался обратно Алёшка,Чтобы после вечернего горнаБросить ветку с цветком ей в окошко.А потом пришло время проститься,Их автобус довёз до вокзала,И уехал веснушчатый рыцарьВ синей майке со звёздочкой алой.И она никогда не узнала,Что была для него всех дороже,И ещё две недели вздыхалаОб отрядном вожатом Серёже.
1973 г.
* * *
Когда мы спрячем за пазухиВетрами избитые флагиИ молча сожжём у берегаПоследние корабли,Наш маленький барабанщикУйдёт за вечерним солнцемИ тонкой скользящей льдинкойРастает в жёлтой дали.От горького пепелища,От тёмных пустых переулков,Где бьют дожди монотонноПо крышам, как по гробам,От эха, что волком рыщетВ развалинах злых и гулких,Наш маленький барабанщикУйдёт, не сдав барабан.Уйдёт в синий край рассвета —Там звонкая память детства,Как смуглый от солнца мальчишка,Смеясь, бежит по траве.Там людям не целят в спину.Там правда — для всех едина.Там, если враг — то открытый,А если друг — то навек.Но есть утешенье, как будтоПоследний патрон в обойме,Последняя горькая радость,Что был до конца он прав.И вот потому над планетойШагает наш барабанщик,Идёт он, прямой и тонкий,Касаясь верхушек трав…
1972 г.
Без третьего куплета песня была включена в фонограмму фильма «Жили-были барабанщики», 1980 г., кроме того, несколько изменённый вариант использован автором в романе-трилогии «Голубятня на жёлтой поляне», 1983 г. В отряде «Каравелла» песню всегда поют полностью — все четыре куплета.
Кузнечик Вовка
Там, где у цветов головкиЛепестками ветру машут,Маленький кузнечик ВовкаЖил да был среди ромашек…Не был Вовка музыкантом,Хоть трещал, не умолкая.Вовка был работник-плотник —Строил дачи и сараи.Он пилой работал ловко,Молотком стучал о доски:Строил он мосты и лодки,И газетные киоски……Но однажды на полянеПриземлился злой обжора,Очень страшный и нахальныйВоробей по кличке Жора.Чёрные жуки-монахиПроявили вмиг сноровку,И позеленели в страхеДаже божии коровки.Только зеленеть и плакать —В этом очень мало толку,И кузнечик Вовка в лапуВзял сосновую иголку…Очень-очень громко стонетБедный одноглазый Жора.Больше воробьиха СоняНе дождётся ухажёра…Если ты врагом замечен,Не беги назад ни шага.Даже если ты — кузнечик,У тебя должна бытьшпага.
1973 г.
Из романа «Мальчик со шпагой». Вошло в книгу не полностью. Строчки про воробьиху Соню редактор изъял из «педагогических соображений».
Быть может…
Тяжёлый толчок и вспышка у глаз,И злая капля со лба…Он вдруг покачнулся и медленно лёгСредь огненной темноты.Вперёд укатился и на бок упалКрасный его барабан.ЕгоПотом, средь весенних трав,Ни разу не видел ты?А может, мальчишка не был убит,А просто на миг прилёг?А дальше — поднялся, догнал друзейИ снова пошёл — туда,Где в низкой ночи среди звёзд рябыхГорела, как уголёк,Над чёрными травами — впереди —Его большая звезда…Пока ещё в мире живы враги —Атакам не кончен счёт…Друзья удивились: «Ты не погиб?» —Сказал он: «Ну вот ещё!»И всё-таки в травах или хлебах,В клевере или ржиЛежит у заросшей межи барабан —Тебя дожидаясь, лежит…
Из литературного альманаха «Синий краб» № 6, 1973 г. Стихи были написаны на тему картины Е. И. Пинаева «Упавший барабанщик», которую он подарил отряду «Каравелла».
* * *
У меня потерялся друг.Я не знаю, кто виноват,Но одно скажу — не совру:Кто-то этому очень рад.Получилось как в диком сне:Был он рядом — за локоть возьми —И вдруг канул,
как в чёрный снег,Стал за тысячи тысяч миль.Я ключи от беды ищу,Я хочу, чтоб она ушла,А из тьмы на меня вприщурКто-то смотрит поверх ствола.…Я бы бросился за тобой,Страх и боль с души соскоблив,Только надо не быть собой —Надо сжечь свои корабли.
1974 г.
Гайдар
Пыльная герань на подоконнике.Ночь бредёт пешком по лебеде.Запахи лекарств в постылой комнате,Как напоминанье о беде.Человек лежит. Не спит, а мучится:Сон не сон, а так, унылый бред.Жухлая луна — беды попутчица —Тихо кружит тени во дворе.Эй, друзья… Ну, что ж вы не приходите?Ваших голосов не уловить.— Мальчик, ты не спишь? Хромают ходики.Лучше их совсем остановить.Слушай… Вдруг мне не дождаться дня?Слушай, мальчик, позови коня.За окном,За серым подоконникомПобежит тропа в ночную тьму.Там, за горизонтом бродят конники.Позови…Скажи, я поднимусь.Ты не думай, я же не в бреду.Ты им расскажи —Они придут…Скинута герань в окно разбитое.Пусто в доме: тени да клопы.В переулки, песнями забытые,Разлетелся дробный стук копыт.
70-е гг.
Бабушка пирата
С давних пор во всех морях и странахНе видал никто таких картин:Бродят в тёмно-синих океанахСтаи бригантин и баркентин.И никто-никто из нас не трусит,Хоть плывём мы очень далеко.Нас ведёт отважная бабусяС толстою берёзовой клюкой.Ходит бабка в старых мокасинах,У неё в кармане «смит-вессон».Надувает нашу парусинуЮжный неустойчивый муссон.Мачты содрогаются от крика,Вдаль летят пиратские слова.У бабуси от знакомства с гикомВся в могучих шишках голова.На судах у нас нет места скуке,Мы её берём на абордаж.Есть у бабки три десятка внуков —Самый развесёлый экипаж.Все мы, внуки Бабушки пирата,Тихие забыли берега.Есть у нас в торпедных аппаратахКое-что для встречного врага.Море закипает, словно брага,Тучи наливаются свинцом,Но сияет нам с пиратских флагов,Бабушкино доброе лицо.
Середина 70-х гг.
Песня о парусах
На фрегатах паруса не поднимают —Их спускают постепенно с длинных реев,И корабль, почуяв ветер, оживает:И дрожит, и рвётся в море он скорее…А море — есть!И качает в ладонях судно,И чайки вестьО ветре хорошем несут нам.И пускай троса, шершавые, как рашпильС непривычки новичкам дерут ладони!Прогремит последний раз на баке брашпиль,И корабль уйдёт за сказками в погоню…А сказки — есть!И звенит такелаж как нервы —Их хватит на весьНаш век и на двадцать первый.Рассудительным речам ты верь не слишком:Если ветер спит, то будет он разбужен.Если снится белый парусник мальчишкам,Значит, он ещё кому-то очень нужен.Мальчишки — есть!Никуда вам от них не деться —И флаг, и честь,И парус, бессмертный как детство.
1975 г.
Из литературного альманаха «Каравеллы» — «Синий краб» № 16
Про львов
Где-то есть большая Африка —Жёлтые пески и солнышко.Жёлтые цветы качаютсяВ зарослях густой травы.В этой очень знойной АфрикеХодят и махают гривамиВовсе даже не сердитыеЖёлтые большие львы.Им узнать, конечно, хочется,Кто за синим морем водитсяИ какие там случаютсяВ дальних странах чудеса.Узенькими перешейками,Горными крутыми кручами,Очень длинными дорогамиЛьвы приходят к нам в леса.Вместе с малышами-львятамиХодят львы и удивляютсяКаждому цветку и бабочке,И прозрачной стрекозе.И глядит на них как родственникИз густой травы под ёлкамиМаленький цветок улыбчивыйПод названьем «Львиный зев».
Из литературного альманаха «Синий краб» № 15, 1975 г.
Песенка о барабанщике
под дождем
Барабанят капли по крыше,Ходит ветер серой волной.Барабанщик из дому вышелПод весенний дождь проливной.И нельзя прижаться к забору.На крыльцо запрыгнуть нельзя:Ждут его ребята на сборе —Барабанщик нужен друзьям.Потому что скороБудет праздник,Штормовые ветры разметут дожди.И с весёлым маршем:Раз-два!Раз-два! —Зашагает барабанщикВпереди!За дождями спрятаны дали,Мокрый галстук лёг по плечам.Всё равно сырые сандалиПо асфальту звонко стучат.Обжигает холодом кожу,Рвёт пилотку ветер со лба,Но одно мальчишку тревожит:Лишь бы не намок барабан.Потому что скороБудет праздник,Штормовые ветры разметут дожди.И с весёлым маршем:Раз-два!Раз-два! —Зашагает барабанщикВпереди!