Чтение онлайн

Наверное, именно мой настрой и почувствовала моя суть. Она сама потянулась ко мне. И в этот момент мне показалось, что на меня несется волна цунами. Как я вообще могла вообразить, что могу управлять такой мощью, могу держать ее на поводке и контролировать?! Это просто невозможно! Но миг слабости сменился гневом...

Я вспомнила, как много раз в своей человеческой жизни пасовала. И ломали, и переделывали, а я прогибалась. Даже мое решение заключить договор было продиктовано именно моим нежеланием бороться дальше... Но, именно сейчас, именно здесь я не хотела уступать! Я не прогнусь под чужой волей! Не стану монстром!

И лавина

энергии отступила. Она могла легко сломить меня, размазать, развеять, но она отступила в последний момент. Не взяла верх, не причинила боли, хотя легко могла это сделать. Она стала сжиматься и пропадать. В черноте бездонного бессознательного тела я чувствовала, как моя суть уменьшается, вбирает в себя все свои потоки и становится маленькой, почти незаметной. И как только этот процесс завершился, меня что-то вытолкнуло из пустоты.

Я будто выныривала из воды, а когда, наконец, пришло время сделать вдох, оказавшись на поверхности, я резко села на кровати. Грудная клетка ныла от того, что долго не работала. Суставы двигались медленно и с натугой, словно заржавевший механизм, но это состояние проходило быстро. Я была уверена, что пара минут - и оно пройдет полностью.

Первым что я увидела, был широкий круговой шрам на левом запястье. Я сразу догадалась, что это шрам от браслета. Только сами шрамы были какими-то неправильными. Обычно шрамы как бы сверху кожи, так буграми образуется рубцовая ткань. Или если шрам не глубокий, то он на верхнем слое эпителия. Этот же прожег глубокую впадину в коже и уже в ней выжег множество мелких бугристых рубцов. Смотрелось жутко, но никакой боли не было.

Я рассматривала свою руку и понимала, что этот шрам останется со мной навсегда. Он не пройдет и через тысячу лет. Еще отметила, что маленького шрамика от раствора под большим пальцем нет. Догадалась и о том, что это был за браслет. Серебро, причем не обычное. Я каким-то шестым чувством поняла, что от меня еще пахнет им. Оно осталось и останется в моем теле. Такие-то мельчайшие частички этого металла впитались в кожу. Мне не сложно было понять и зачем нужно было надевать на меня браслет из серебра. Кровь после трапезы не останавливалась, и Амадей, наверное, решил именно так остановить ее.

Моя суть тихим эхом высказала одобрение этого поступка. С ним согласилась и я. Все правильно. Я слишком мало еще знаю о том, каким существом стала, чтобы оспаривать решения моего создателя.

– Кто ты?
– голос Амадея выдернул меня из размышлений.

Я подняла глаза от руки и осмотрелась. Амадей стоял у стены, сложив руки на груди. В его глазах больше не было и следа его сути. Только яркий изумруд, который затягивал в себя, как в трясину.

– Почему вы спрашиваете?
– удивилась я.

– Кто ты?
– снова спросил он, только в его голосе проскользнули нотки гнева.

– Аврора Ильена, студентка, вампир, - перечислила я, потом добавила: - Ваш вампир.

– Кто я?
– снова последовал вопрос.

– Амадей, вампир, мой Создатель, - растерялась я окончательно.

Он на мгновение прикрыл глаза.

– Что ты помнишь?

Я пожала плечами.

– Наверное, все, но я не уверена...

– Тогда, ответь на вопрос: зачем ты дала мне свою кровь?!
– прорычал он.

Его гнев прошелся по коже всего тела чередой мелких иголок, не больно, но ощутимо неприятно. Я уже знала, что если он продолжит на меня злиться, то иглы начнут причинять настоящую боль.

– Вам это

было нужно, - честно ответила я.

– Зачем?!

Я вздрогнула и с огромным трудом подавила у себя желание заслонить голову руками. От ощущений это не спасет, зато унизит.

– Не знаю, - с трудом прошептала я.
– Я просто почувствовала, что вам это было нужно, и сделала то, что казалось правильным...

– Кто тебе сказал, что отдавать свою кровь вампиру - правильно?!
– взревел мой Создатель.

Иглы превратились в настоящий удар тока. Мышцы свило судорогой. Я взвыла. Из глаз полились слезы. Ему совсем не обязательно меня бить, чтобы составить страдать.

– Не знаю! Умоляю... не надо...!

Боль была чудовищная. Кажется, разряды тока добрались даже до костей. Моя суть в первое мгновение попыталась прорваться на защиту, но потом резко передумала. Я скорчилась на кровати и просто ждала. Секунды тянулись очень медленно. Но, в конце концов, его гнев перестал бить по все как оголенный провод.

Когда открыла глаза, то увидела Амадея сидящего на кровати рядом со мной. Его лицо было непроницаемо, а глаза не мигая следили за мной. Я с трудом села. Меня все еще слегка потряхивало, но все меньше и меньше. Мне хотелось промолчать, но старые привычки неискоренимы, поэтому я сказала:

– Спасибо.

Я всегда благодарна, когда мне перестают причинять боль. Так было, и скорее всего, будет впредь, и от этого тошно, но это данность видимо любой из моих жизней. В момент, когда боль обступает, мне всегда кажется, что могло быть все намного хуже. Я посмотрела в зеленые глаза и снова ощутила волну ненависти. Чистой, кристально ясной ненависти к тому, кто причиняет мне боль.

Но вместе с тем вспомнилось, с каким огромным трепетом его суть приняла мою кровь. Не впилась клыками, не запугала. Она была не просто благодарна мне, она проявила огромное уважение к тому, что я отдала сама, хотя легко могла взять все силой. То, невероятное чувство нужности, которое я испытала.

Где-то в глубине этих мерзких глазенок было существо, которое отнеслось ко мне так, как никто и никогда не относился. Это существо дало мне ощущение невероятной важности для кого-то. Нечто похожее я испытала, когда голос звал из небытия, только в отличии от Амадея, его суть не предала, не унизила, не оскорбила и не пыталась сломать меня.

Нет, его существо не любило меня, но я была благодарна за этот знак уважения. Благодарна настолько, что даже боль от гнева Амадея меня не слишком останавливала. Если придется, я сделаю так еще раз и еще...

– У тебя странное выражение лица, - проговорил Амадей, - о чем ты думаешь?

– А вы не знаете?
– удивилась я.

– А почти потерял возможность видеть твою ауру, а значит эмоции и чувства. Такое редко, но случается. Ты еще не догадалась об этом?

– Не обращала внимания, - пришлось признать мне.

– Так о чем ты думала?
– повторил Амадей.

– О том, что вы - редкостный засранец!

Вампир неожиданно ухмыльнулся на эту мою реплику.

– Как же схожи сейчас наши эмоции, пытливое недоразумение! Правда, в твой адрес я бы высказался куда красноречивее!

– Скажите, а вы можете своими эмоциями меня вот так убить?
– спросила я.

Он задумался. На несколько секунд отвел взгляд в сторону. Потом повернулся ко мне и серьезно ответил:

– Не думаю, что мои эмоции могут тебя убить, но вот моя смерть может...