Шипы Черного Ириса
Шрифт:
Серые глаза округлились.
– И как у вас вяжутся оба ответа, ведь вы не солгали?!
Я пожала плечами.
– Женская логика - великая сила!
Искренний смех обоих мужчин меня порадовал. Смеялись они долго, так что неприятный момент был исчерпан. Я допила кровь до дна и поставила бокал на прежнее место.
Амадей вопросительно посмотрел на меня, и я сообразила, что он предлагает еще порцию.
– Только попробуйте, и меня точно стошнит!
– честно предупредила я.
Очередной приступ хохота сотряс стены.
– Она обворожительна, Амадей! Ты всегда умел выбирать птенцов лучше всех нас, но эта малышка просто нечто! Как ты ее разглядел?
Зеленые омуты
– И все же, я не все рассмотрел, - с горечью проговорил вампир.
Момент близости, чего-то необъяснимого пропал, сменившись тоской и ноющей обидой. Я понимала, что не виновата ни в чем перед ним, но мне было стыдно, что я не стала Истинным вампиром. У меня было чувство, что я предала самого близкого мне человека, хоть он не был человеком и не был мне близок.
– Нам нужен дом в этом городе или где-то поблизости, - перевел тему Амадей.
– Ты прав во всем, это недоразумение нужно подготовить к встрече с птенцами других глав гнезд. Если дело не дойдет до открытой войны, то мелких пакостей будет вагон. У меня нет времени искать ей телохранителей и подбирать верных вампиров. Я останусь в городе, пока это необходимо тебе. Но нужен приличный дом.
– Я могу подобрать для тебя несколько вариантов сегодня же.
– Ищи дома с приличным подвалом и постройками. Желательно, как можно дальше от людей.
Стас очень нехорошо улыбнулся, предвкушающе. И я сказу догадалась, что обучение от Амадея не будет приятным.
– Я найду несколько вариантов.
– Нужны несколько вампиров с чувством такта, преданные тебе, чтобы мне не пришлось им объяснять, что меня не стоит злить.
Стас задумался.
– Такие есть.
– Отлично. Еще нужны сильнейшие твои птенцы.
– Зачем?
– не понял сероглазый.
Амадей только выразительно зыркнул в мою сторону. Сероглазый подросток посмотрел на меня с такой жалостью, что мне стало страшно.
– И еще, я думаю, ты должен знать, я пригласил Эльзу!
– Нет!
– взревел Стас.
– Нет! Амадей, ты не мог меня так подставить! За что, преисподнии ради, за что?!
– Она уже согласилась учить это неуклюжее создание правилам поведения в нашем мире. А ты знаешь, что никто так не научит подавать себя, как она.
– Но... но... Эльза!
– Да, - спокойно кивнул вампир, наливая в свой бокал еще крови, - и умоляю, только без слез!
– Ты создал ее четыреста лет назад, а я все еще думаю, что это было сделано на зло мне!
– Я ей больше не Создатель. Она сама по себе, как истинная кошка, - эти слова Амадей произнес с неожиданной нежностью, с теплотой, которой от него я никак не ожидала.
– Отлично! Но сделай все, чтобы она ко мне не приближалась!
– Не могу, - сокрушенно вздохнул зеленоглазый.
– На ней больше нет оков Создателя, а мои просьбы для нее далеко не всегда аргумент.
– Ты ей попробуй сказать, что ты не ее Создатель. Она влюблена в тебя с первой минуты и по сей день!
Я вздрогнула. Нет, это чувство не было похоже на ревность в типичном понимании этого слова. Просто очередной укол, очередная обида. Мысль о том, что Амадея кто-то любит, внушала оптимизм. Вполне вероятно, он не просто расчетливый и опасный монстр. Но при этом стало тяжко от мысли, что мои эмоции и поступки, скорее всего, продиктованы тем, что он мой Создатель. Эта Эльза тоже творение Амадея и влюблена в него. Может, и я привязалась к Создателю, потому что по-другому и быть не может. Что-то вроде Приказа, но куда сильнее...? От мысли, что я сама собой не владею, стало трудно дышать.
Я не хочу быть в клетке, но, похоже, сижу в ней куда глубже, чем сама догадываюсь. Что делать, если моя привязанность к этим зеленым омутам всего лишь магия вампирской расы? Есть хоть какой-то шанс этому противостоять?Вопросы, вопросы, вопросы... кругом одни вопросы и никаких ответов. Печально, но жизнь после жизни станет для меня очередным кругом ада, и подтверждений этой невеселой гипотезы появлялось все больше.
Вампиры как-то незаметно перешли на неизвестный мне язык. Я никогда подобного не слышала, возможно, какой-то малоизвестный диалект.
Я устроилась поудобнее в кресле и незаметно задремала.
Этот сон был странным. Перед глазами все плыло, будто я смотрю на мир сквозь воду. Меня волокли за руки по выложенной камнями мостовой. Я слышала крики. Много криков. Вопили женщины и мужчины, плакали дети. Это было плохое место. Здесь столько людской боли. Кажется, не кричала только я, но не потому что не хотела, а потому что не могла.
– Ты опять уснула?
– голос Амадея был совсем близко. Он буквально вырывал меня из страшного места.
Я разлепила веки и встретилась с зелеными омутами. Вампир сидел на корточках перед креслом и разглядывал мое лицо.
– Устала?
Мне хотелось сказать - да. Но я вспомнила, как он отреагировал в прошлый раз. Мне пришлось драться с Николь. Я не хотела, чтобы он злился. Я боялась его злости, потому что она приводила к непредсказуемым последствиям.
– Нет, - ответила я.
– Ты лжешь!
– припечатал он.
Я уже столько раз ему врала с момента пробуждения, что удивилась его догадливости. Раньше прокатывало, он мне верил, а сейчас нет.
– У тебя усталый вид, - заметил вампир.
– Ты голодна?
Я вздрогнула всем телом.
– Нет, не надо, пожалуйста!
– взмолилась я.
Амадей выпрямился, потом плавно поднялся на ноги.
– Николь ждет тебя за дверью.
Я поднялась и направилась на выход. Стас сидел за одним из компьютеров и быстро печатал. На меня он даже не посмотрел. Но я уже начала замечать, что вампиры полностью концентрируются на чем-то одном.
В коридоре действительно стояла Николь. Не успела я выйти, как она схватила меня за руку и поволокла к лестнице. Около нее остановилась и пошла уже медленнее. Меня она выпустила. Я двинулась следом.
Честно говоря, вопрос моей одежды меня не трогал, но он волновал Амадея. Если бы я отказалась, он бы заставил. Чем больше проходило времени, тем меньше мне хотелось испытать ту боль от неповиновения. Нет, я ясно осознавала, что если припрет, еще не раз буду сопротивляться, но все равно боялась Приказа, как огня. Прошел всего день, а влияние этого вампира на меня уже так сильно, что я боюсь его гнева. Что будет со мной, моим характером через год?
Самым очевидным решением проблемы было бы придушить Амадея подушкой. Ощущение клетки душило, мешало нормально думать. Понимание, что я нахожусь полностью в руках вампира, завишу от его придури, заставляло кровь стынуть в жилах. Я против убийств, и с Николь мне удалось избежать травм, но со Стасом я была готова его убить. И не видела в этом ничего плохого, это казалось необходимым. Прошел день в новой расе, а я уже так сильно отличаюсь от людей? Похоже на то. Что будет, если Амадей велит убить кого-то? Я не знала, но склонна думать, что соглашусь. И это всего спустя день. Что будет через сто лет его 'воспитания'? Эльзе сейчас четыреста, и он снял с нее оковы, то есть дал свободу, это, конечно, лучше, чем вечность в его подчинении. Но я даже близко не представляла, что такое четыре сотни лет! Кем я стану за это время? Полнейшим монстром? Очень может быть...