Чтение онлайн

– Отойдем. Разговор есть.

Отойдя за пределы торговых рядов, они встали в сторонке, чтобы людям не мешать.

– Похоже ты, княжич, не в Светлозерск собрался, - заметил Венрад.
– Одет, как для дороги иной.

– Да, пусть родичи не обижаются, но я Раду иду искать. Пришел спросить, может, хоть ты что скажешь? Может, узнал что…

– Узнал. Но только то, что в безопасном месте, а где не сказала.

Глаза у Яромира расширились, он Венрада за одежду схватил.

– Как сказала? Ты видел ее? Почему не остановил?

Венрад руки княжича со своего

рукава убрал.

– Ты, княжич, женится вот решил, а про невесту свою толком ничего и не знаешь. Может Рада моя тайными путями ходить, зверей слышать, говорить с ними. Приходил от нее тут кое-кто, оттого и знаю, что не хочет она пока возвернуться.

Яромир помолчал, смотрел неверящим взглядом.

– Все равно найду. Должен я с ней поговорить.

– Ты, княжич…

– Не называй меня так. Зови Яром, какой я княжич, без земли, без денег, без людей оружных?

Венрад улыбнулся, постарался, чтоб не обидно вышло.

– Вот тут ты прав. Лишили тебя и земли предков твоих, и богатства, и княжеского звания… И, если не ошибаюсь, мать тоже не по своей воле тебя покинула?

Лицо у Яромира сразу пятнами алыми пошло, кулаки стиснулись.

– Ты о чем, Венрад? Или в укор мне говоришь?

– Не в укор, а в напоминание. Раду-то ты найдешь, а что дальше? Так и будете по лесам скитаться? А лиходей в отцовском тереме трапезничать?

– Нет у меня сил с ним справиться, - глухо ответил Яромир.

– Как нет-то? Неужели твои родичи тебе в том не помогут? Князь Светлозерский, я слышал, воин храбрый и войско у него доброе. Да, может, и воевать не понадобится. Был я недавно в Гнездилове, недоволен народ Хвалиславом. Ропщет. Если сын покойного Рудимера у ворот детинца с войском встанет, так думаю, ликовать народ пойдет, а не доспехи надевать.

Яромир смотрел на него, хмурился, потом лоб его разгладился.

– Может, и дело ты говоришь. Обдумать это мне надо.

– Вот-вот, - одобрил Венрад.
– Обдумай, да думками с князем Светлозерским поделись. Увидишь, не откажет. А как за смерть матери отомстишь, да земли свои вернешь, там и Рада найдется.

Венрад смотрел вслед уходящему Яру и не знал, правильно ли поступил. Настроил парня на месть, а верно ли? «Зато не будет по лесам бегать зазря, - успокоил себя он.
– Рада все равно не найдется, пока сама не захочет».

Домой вернулся к вечеру только, вошел в пустую избу, остро кольнуло, что не пахнет теплом от печи, нет духа хлебного. Он за весь день так и не поел ничего. Прошел к полкам, стал короба с припасами перебирать, когда услышал шаги и скрип двери. Умила стояла на пороге, руки на животе сложив.

– Что-то с Боягордом?
– обеспокоился он.

Ключница головой качнула, потом склонила ее набок.

– Зря не женился, сейчас было бы кому кашу тебе сварить. Идем к нам вечерять. На стол накрыто уже.

Венрад уставился на нее.

– Боягорду лучше стало?

– Лежит, болезный. Это Переслава к столу приглашает, видеть хотела.

– Ох, боюсь, мне кусок в горло не полезет, - усмехнулся он.

Умила улыбку поддержала.

– Все равно идем. Тебе поесть надо.

Пока дочери твоей нет, я буду тебе готовить. И не спорь! Так хозяин приказал.

Венраду на душе тепло стало, Бояг, хоть и в болезни, а вспомнил о нем, позаботился.

Переслава уже в трапезной сидела и встала, как его увидела.

– Не побрезгуй угощением, Венрад. Знаю, ты весь день на складах был и в лавках, наверное, и не ел ничего.

Венрад увидел горшок на столе, из-под его крышки вился парок. Мясная похлебка с травами и кореньями. В желудке забурчало, потому он сел и подождал, пока хозяйка сама ему в мису не наложит черпачком варева.

Они ели молча, Умила тем временем внесла медный котелок с крышкой и носиком, разлила сбитень по чаркам. Переслава ложку еле-еле ко рту подносила, но Венрад, оголодавший за день, ел с аппетитом, и стенки мисы не забыл хлебом подтереть и в рот отправить.

– Добавки положить?
– спросила Переслава, и когда Венрад отказался, она на него так глянула, что сразу понял, настало время для разговора.

– Как Боягорд, лучше ему?
– спросил он.

– Спасибо. Вроде получше. Все встать грозился, еле уговорила денек еще полежать. Спросить я тебя хотела вот о чем. Почему он княжичу отказал? Ты точно знаешь. Скажи. Не бывает ведь такого, чтоб девицу от князя сватать пришли и ушли ни с чем. Что с мужем моим, что задумал?

Венрад вздохнул.

– Не волен я тебе этого открывать, Переслава. Мужа пытай. Это он тебе сказать должен.

У Переславы от обиды слезы брызнули, снова по щекам некрасивые пятна пошли. Венрад руку протянул и ладонь ее к столу прижал.

– Ты сейчас слов неправильных много скажешь, потом жалеть будешь. Меня обидеть трудно, я всякого навидался, но ты мне не чужая. Знаю, не любишь ты меня и дочь мою, но потерпи. Боягорд поправится, я сразу уйду. Сейчас бы ушел, но не могу его в беде бросить.

– Уйдешь? Куда уйдешь?
– пролепетала Переслава, не зная радоваться ей этой новости или опасаться.

– Да какая разница? Пора мне. Засиделся на одном месте.

– А как же обоз? Боягорд же обоз собирал… Неужто бросишь его?

Венрад усмехнулся. Бедная баба не знает чего больше хочет: от него избавиться или прибыль не потерять. Венрада все удачливым считали, за все годы, что он обозы водил, никаких серьезных бед с ними не случалось. Были потери, конечно, но не так, чтобы все пропало. Обычно, все товары до места в целости доезжали. И люди тоже.

– Княгиня Светлозерская сегодня уехала, - вдруг тихо сказала Переслава, - с сыном и сестричем.

Больше она ничего не сказала, что Венрад понял, что имела она ввиду: осталась Зоря не просватана, без вплетенной ленты в косу. Хотел бы утешить ее, да не знал чем. Обещать, что позже все же будет у Зори девичье счастье, не мог: не хотел лжу с языка пускать. Он уже решил, что пора ему уходить со двора побратима. Не сможет он спокойно ждать пока Боягорд зарок не исполнит. Он представил муки побратима, растившего девочку в своем доме, как дочь, зная, какая судьба ее ждет и что судьбу это он своими руками свершить должен.