Чтение онлайн

как жертва аварии. Но там ей было пять лет.

– Эти глаза я помню, - упрямо повторила Риция.

– Значит, она просто похожа на кого-то.

– Значит. .
– сестра задумалась на минуту, - давай-ка ее промоделируем. Для начала уберем

ей щеки.

Компьютер принялся за изображение Оливии Солла.

– Щеки убрать, приподнять волосы, подобрать второй подбородок...
– распоряжалась

Риция, - кожу посветлее, губы в малиновый тон...

Так модницы выбирали себе имидж. На глазах у Эдгара Оливия превращалась

в

красавицу, о чем он и сам давно догадывался. Заколдованная принцесса оказалась магически-

интересной особой. На удлиненном лице с тяжелым подбородком и довольно крупным носом

теперь особенно ярко выделялись темно-карие, какие-то торфяные омуты глаз под хмурыми

дугами бровей. Эту красоту нельзя было назвать классической, но в то же время таких

своеобразных лиц он просто не встречал. Уж такую женщину он бы точно не пропустил, будь

она хоть трижды замужем.

– Где же я ее видела?
– никак не могла вспомнить Риция.

– Такое лицо вряд ли забудешь, - с сомнением сказал Эдгар.

– Да, это точно. Я непременно вспомню.

– Рики, - мне всё это не нравится, - покачал он головой, - и я тебе еще не всё выложил.

Она посмотрела с готовностью к самому худшему.

– Ну что ж, выкладывай.

– Есть некто дядя Рой, - вздохнул он, - весьма подозрительная личность...

************************************************************

Оливии часто снилось, как рушится купол, как раскалывается над ней небо ее детства. На

Земле это случалось редко, а в звездолете кошмарные сновидения измучили ее. В ней жил

– 38 -

подсознательный страх перед космосом, перед искусственным жизнеобеспечением, перед

другими планетами. Даже любовь к Льюису не могла защитить ее от этого.

Льюис ее жалел, но ему трудно было объяснить, что с ней творится. К тому же

треснувший купол - это было еще не всё. Были еще уродливые морды по ночам, они

обступали ее, они говорили с ней, и она сама была уродлива. Что это значило, она не

понимала, но ощущение от этого было прескверное.

В жизни зеркало ее тоже не радовало. Она давно почти ничего не ела, не спала ночами,

нервничала, а толстые подушки щек не исчезали. Ей казалось, что другая бы на ее месте

давно превратилась в тростинку, а ей и тут не везло.

Ее соседка по каюте была вполне нормальная взрослая женщина, она быстро заметила,

что с девочкой что-то творится. Она даже пыталась как-то по-своему, по-женски ей помочь.

– Это космос на меня так действует, - сказала ей Оливия, - когда прилетим, всё будет

нормально.

– Когда прилетим, - обратись к доктору Кондору, - посоветовала ей соседка, - я его

немного знаю и могу тебе помочь.

– Нет-нет, - покачала Оливия головой, - я знаю, что мне нужно. Мне нужно вернуться на

Меркурий. На место аварии. Я должна пересилить свой страх раз и навсегда и забыть о

нем.

Тогда эти морды или исчезнут, или я вспомню всё окончательно. Понимаешь, Зоя?

– Понимаю, - грустно посмотрела Зоя, - но я так же понимаю, что это невозможно. От

Меркурия, детка, ты удаляешься, причем с субсветовой скоростью.

– Это здесь, - хмуро посмотрела на нее Оливия, - в евклидовом пространстве.

– А на самом деле?
– заинтересованно взглянула не нее женщина.

– А на самом деле расстояний нет, - ответила ей Оливия, - мы все - одна точка для

стороннего наблюдателя.

– Да, но мы-то не сторонние наблюдатели.

– Можно выходить за пределы своей мерности. Представь себе: существует точка

абсолюта, от которой до всего расстояние совершенно одинаковое, нулевое. Есть только

направления, а скаляров нет. Если выйти на эту точку...

– Знаешь, - поморщилась Зоя, - я археолог, мне эти абстракции совершенно непонятны.

Мой удел - не пространство, а время.

– Время - тоже в одной точке, - недовольно сказала Оливия, она не любила, когда ее не

понимали, - оно ничем не лучше пространства.

– Я бы не сказала, - так ничего и не поняв, улыбнулась Зоя, - знаешь какие древности мы

раскапываем на Пьелле! Сначала мы раскопали старый город в долине Лучников, а уже из их

записей узнали, что существует более древний слой, который они сами изучали.

Представляешь? Правда, он сохранился только на островах, почти у южного полюса, там

раньше был материк.

– Ну и что?
– равнодушно посмотрела Оливия, меньше всего ее интересовали какие-то

раскопки да еще на чужой планете.

– До аппиров на Пьелле жил другой народ - васки, - охотно рассказала соседка, - аппиры,

конечно, их потомки, но генетически отличаются. У васков была потрясающая культура... А

теперь всё это покрыто километровым слоем льда. Аппирской техники не хватало мощности,

чтобы врубиться в этот лед. А мы теперь можем. Я везу буровые автоматы с Земли.

Оливия только пожала плечом.

– Проще врубиться во время, - сказала она с умным видом, - и посмотреть, что там было

на самом деле, чем колоть лед и копаться в останках.

– Мы пока не боги, - ласково посмотрела на нее Зоя, - мы археологи.

– Кстати о богах, ты кого-нибудь видела из Прыгунов?
– спросила Оливия.

– Всех, - улыбнулась соседка.

– Ну и как они?

– Все разные. Я хорошо знаю только Ольгерда Оорла, он мой шеф. Он довольно строгий,

я бы даже сказала, нетерпимый к чужим недостаткам, любит дисциплину и порядок, не

выносит разгильдяйства. Но, в общем, вполне нормальный человек.

– Какое красивое имя, - задумчиво сказала Оливия, - Ольгерд Оорл.

– 39 -

– Он и сам очень красивый мужчина, - насмешливо взглянула на нее Зоя, - если тебе