Чтение онлайн

Лайтион ощутимо вздрогнул, когда почувствовал, как через границу удерживаемого им окна проскользнули две сущности. Довольно неприятное ощущение, но ему никто и не обещал, что будет только радость от работы с магией.

На той стороне было тихо и темно. Ксанка заметила какие-то старые постройки. Они уже так обветшали, что казалось, что вот-вот обвалятся. И тут появились звуки. Где-то тихо скрипнула калитка, заунывно завыл в полуразрушенной трубе ветер, ухнул филин и снова тишина.

Волчица осторожно двинулась вперёд, от волнения прижав уши к голове. Снежный барс бесшумным призраком скользнул вперёд, на мгновение

обернулся, мотнул головой куда-то в сторону и скрылся среди развалин. Что ж, мысль о разделении не самая плохая, особенно если учесть, что искать им нужно двоих.

Волчица старательно принюхивалась, но ничего кроме запаха тления и пыли не улавливала. До сих пор ей не приходилось сталкиваться с перевёртышами, а уж тем более отправляться к ним в гости на изнанку. Каким именно тут должно всё быть, она не знала, вот только что-то подсказывало, что снежному барсу здесь не очень понравилось. В его мире, видимо, всё было по-другому.

За размышлениями волчица не заметила, как подошла к одному из разрушенных зданий вплотную. Пыль неприятно скрипела под лапами, то и дело взвиваясь вверх небольшим облачком и норовя втянутся в чувствительный нос. Волчица потрясла головой и прислушалась. Снова тишина. Или нет?

Тихий скрип половицы, под чьими-то неосторожными ногами она расслышала очень хорошо, и замерла, прислушиваясь получше. Ничего. Несмотря на наступившую тишину, Ксанка уже не сомневалась, что в доме кто-то есть. Упускать возможность узнать хоть что-то о Ваське она не собиралась и потому осторожно двинулась к дому. Двери не было, вместо неё в стене зияло неровное отверстие. У входа всё было усыпано мелкими камнями и древесными щепками. Пройти этим путём для неё не представлялось возможным. Лапы зверя не слишком предназначены для ходьбы по острым предметам. Поворчав чуть слышно, волчица решила обойти здание. С одной стороны оно упиралось разбитыми стёклами окон в соседний покосившийся дом, с другой почти по крышу было завалено кусками рассыпавшегося дома.

— Что же тебе пришлось пережить бедный, если твой внутренний мир летит в тартарары. — Глухо проворчала волчица и тут услышала новый звук, говоривший о том, что в здании всё же кто-то есть. Пришлось плюнуть на осторожность и идти через дверной проём.

Внутри оказалось неожиданно пусто, будто прежде чем здание начало рушится, кто-то вынес из него всё ненужное. Лестница на второй этаж выглядела до того ненадёжной, что уши сами по себе снова прижались к волчьей голове. Но, делать нечего, иного пути наверх не было. Волчица поднималась, замирая после каждого шага. На её счастье лестница не рухнула, хотя скрипела, словно дряхлая старуха, жалующаяся на боли в суставах.

Наверняка затаившийся в доме, кем бы он ни был, теперь в курсе того, что к нему направляются гости. Волчица досадливо поморщилась, и сделал последний шаг по лестнице. На втором этаже она обнаружила коридор, ведший в две стороны. Она прикинула, откуда мог слышаться скрип, и уверено повернула направо. Здесь двери сохранились и даже выглядели почти прилично.

Ксанка подошла к двери, прислушалась, а потом решительно толкнула её плечом. Комната когда-то видимо была детской. На окнах по-прежнему висели веселенькие голубые занавески, скрывающие за собой разбитые стёкла и грязные подоконник. Стены были обиты когда-то нежносиреневой тканью, а теперь просто грязной. Вся мебель, что была в комнате, давно была сломана и теперь была свалена в высокую кучу у дальней стены. Именно из-за этой кучи и послышался шорох, когда Ксанка вошла.

Несколько осторожных шагов и волчица стоит возле пирамиды из обломков.

Ей пришлось долго прислушиваться, прежде чем она снова услышала тихий шорох. Он встрепенулась и осторожно потянула носом. Он был там, до носа волчицы

донёсся сладковатый детский запах.

— Вась.

В куче настороженно замерли, а потом раздалось подозрительное сопение.

— Вась, выходи. Я тебя не обижу.

Снова тишина, а потом тихий всхлип. Сердце волчица сжалось. Голосок был совсем тонкий, детский. Сколько лет было Ваське, когда его вторую сущность заперли клеймом? Кажется, пять? Для маленького мальчика мир замер именно в то мгновение. Тело худо бедно росло, а душа, не находившая выхода, замерла в том возрасте, в котором ещё могла чувствовать себя живой.

— Выходи маленький. — Голос волчицы не дрожал, хотя внутри все переворачивалось.

— Неть. Ты стласная.

Волчица удивлённо моргнула и скептически покосилась на себя. И в каком месте?

— Васенька, я не кусаюсь. Выходи.

— Неть. Уди.

— Вась, а у меня что-то есть. — Совесть скребанула острыми коготками, но волчица шикнула на неё и та притихла.

Из-за завала раздалось заинтересованное сопение. Ребёнок явно хотел выйти и посмотреть, что же такое есть у страшного зверя, но осторожность брала верх.

— Ты влёшь. Они тозе обесяли, сто будет весиа. Было боно.

Ксанка вздрогнула и прижала уши к голове. Как объяснить ребёнку, большую часть своей жизни прожившему с болью, что может быть по-другому.

— Вась, я тебе обещаю, больно не будет. Я тебя кое с кем познакомлю. Он тебе понравится. Ты же не будешь прятаться там всю жизнь.

Сопение стало ещё более сосредоточенным. Волчица различила в звуках издаваемых мальчикам признаки зарождающейся истерики и не придумала ничего другого как запеть. Конечно, вид волка накладывал на возможности голоса некоторые ограничения, но это не помешало волчице исполнить колыбельную, которую когда-то пела ей её мама.

Она так увлеклась, что сосредоточенную мордашку, с настороженными глазёнками заметила не сразу. Мальчик почти выполз из-под завала, и теперь от волчицы его отделяло всего лишь, пара треснувших досок. Можно было рвануть вперёд, и вытащить его из его импровизированного убежища, но Ксанка решила поступить умнее. Волчица опустилась на пол, положила моду на лапы и принялась ждать. Мальчик ещё долго медлил, потом нерешительно подполз поближе и снова замер. Волчица его притягивала необъяснимым образом. Он не понимал, что происходит, но отступать не собирался. Ещё несколько движений и вот он уже сидит почти рядом. Мальчик несколько раз нерешительно протягивал ручонку в голове волчицы, но каждый раз испугано её отдёргивал. Когда он, наконец, смог преодолеть себя и всё же прикоснулся к покрытой тёплой шерстью голове, глаза его удивлённо распахнулись.

— Пусистая.

Волчица фыркнула. — Ну, я же не ежик.

— Неть. — Соизволил подтвердить малыш, после внимательного осмотра объекта.

— И на том спасибо.

— Де?

— Что? — Волчица удивлённо вскинула голову, заставив мальчика невольно отпрянуть.

— Ты казала показись.

Волчица осторожно встала на лапы, стараясь лишний раз не пугать ребёнка и сделала несколько шагов к двери. Оглянувшись на по-прежнему, сидевшего на полу мальчика, она мотнула ему головой, указывая на выход.

Мальчик ещё какое-то время колебался, а потом встал и подошёл к волчице. Видно было что он напряжён, словно натянутая струна. Тронь и сорвётся на бег. Но, Ксанка не собиралась его трогать, она собиралась найти Тройвериона.

— Пойдём.

По лестнице они спускались осторожно. Ксанка замирала каждый раз, как раздавался подозрительный скрип. Теперь она была не одна и отвечала за мальчика. Не хотелось бы ей сорваться в полную обломков пропасть и утащить ребёнка за собой. Как такое падение отразится на настоящих телах, она не знала, и проверять желания не было.