Седьмая центурия. Часть первая
Шрифт:
– Молодец, Паутиныч! Создал свой кооператив - "Корпорация Гэбэшников и Бандосов".
Путтипуту привиделся Ленинбург в сумерках бледной ночи. Город засыпает. Мафия просыпается. Ему привиделись те, о ком он читал по утрам в ментовских сводках - трупы убитых, покалеченные, изнасилованные, униженные жертвы - те, кого нынешние хозяева города - Кумара Барсук, "Малыш", Пётр Геннадьев и им подобное зверьё зовёт фраерами, лохами, баранами, деградантами. "Наверное, Мамона знает, что Кумара Барсук, он же "Безрукий", он же "Теневой губернатор Ленинбурга" обеспечивает, со своим "охранным агентством" криминальную составляющую
Путтипут помнил уговор силовиков с бандитами: "Ребята, работаем, но по трупу с каждой стороны". Это чтоб всем повязаться кровью, чтоб потом никуда не деться. Уф-ф! При Дзержинском бы меня враз расстреляли. А при Сталине сто раз".
– Ты ж в курсе, - заметил Мамона, - что депутаты на тебя телегу в Контрольное управление накатали.
"Если бы "телега"! Арестом пахнет! Университетский однокурсник, а ныне прокурор, вчера позвонил, предупредил".
– Ты и прокуровов замамонишь.
"Естественно, - кумекнул Путтипут.
– С такими деньжищами, как у меня теперь, ни честные прокуроры, ни неподкупные судьи не страшны. И уподобятся они, с радостию, не то что "слепой" Фемиде, а убогим слепоглухонемым".
Цепа в другое ухо докладывал обстановку:
– Между "малышевскими" и "тамбовскими" щас стрельба за порт. Нам теперь, Паутиныч, между ними ловчей лавировать надо! Отношения полностью доверительные, да только стрём есть...
В гангстерской битве за главный актив города - Ленинбургский морской порт - кэгэбэшники приняли сторону банды Кумары, помогая ему победить. Путтипут в этой войне имел своих союзников и свои цели.
Едва Цепа умолк, он спросил:
– У тебя всё?
– Ну, да. Как чё будет, цинкану.
Они вяло шлепнулись ладонями, и Цепа отгрёб...
– Вадим Вадимыч, возникла проблемка.
Голос генерала Наскрёбышева выдернул Путтипута из тумана ленинбургского прошлого так же болезненно, как кашель какой-нибудь старой воблы-меломанки в партере зала консерватории в один миг разрушает симфоническое чудо, и превращает волшебство музыки в руину бессмысленных звуков.
"Да дай же ты мне, службист, досмотреть кадры воспоминаний про мою лихую молодость! Ни минуты без меня не можете обойтись!"
– Что ещё там, у вас?!
– Ну, какбэ, это... у вас.
Наскёбышев фальшиво изобразил подобие улыбки и протянул распечатку очередного "вброса" с сайта "ВикиЛипс":
– Вот, образцовые левые психи - Сноуден с Ассанжем напару, обнародовали теперь данные на лидера "малышевской" ОПГ Петра Геннадьева, и на лидера "тамбовской" ОПГ Кумару Барсука, он же "Безрукий", он же совладелец Ленинбургской топливной компании, он же соучредитель международной "прачечной чёрных денег" - компании "SGAP", он же глава агентства, охранявшего дачный кооператив "Лебединое озеро"... Дык вы ж с ним знакомы!
– Ну, да. Я до самого дня моей инаугурации в том "SGAP" был официальным консультантом. А фотку, где я с Кумарой, и мы с ним оба топлес, эти сцуки тоже опубликовали?
– Вадим Вадимыч, мы ж ту фотку, при шмоне - в смысле, при обыске у прокурора-расстриги изъять успели.
– И чё? Сидит Кумара?
– Сидит. Прокуратура просил тридцатку, а судья пока впаял пятнашку. Покамест сидит,
ещё чью-нибудь мокруху на него повесим, и ещё пятнашку припаяем. Не переживайте - не выйдет."Барсуков-Кумарин, Петр Геннадьев, "тамбовские", "малышевские"...
– мерекнул Путтипут.
– И эти ещё - Ассанж, Сноуден... Пыль мелкая! Лет на шышнадцать, вы, ребяты, опоздали. Всё! Уже недосягаем..."
43. А гдэ здэс дарога на Сочисиму?
Удалившись на сотни километров от города Коричневодара, отряд Рустама Елаева уже без малого неделю продвигался по лесным тропам. Повстанцы хором негромко напевали задумчивую песню:
Па камням струица Терек,
Плещет мутний ва-а-ал,
Добрий чичэн палзёт на бэрег,
Точит свой кынджя-а-ал...
У-У Осс!
Когда отряд случайно отклонился от маршрута, было решено прибегнуть к помощи местных жителей.
Рустам Елаев вышел на шоссе и обратился к первым встречным:
– Салям алейкум, мирние дурдонци! Я Рустам Елаев. А ета маи братья.
– Барадати?
– Да, савсэм давно нэ брилис. - Вааружьени?
– Так, трудна жьит бэз писталэта! А падскажьитэ, гдэ тут ближьний путь на Сочисиму?! И как прайти к Бачарава ручэй?!
И многие простосердечные дурдонцы охотно указывали дорогу:
– Вам объект "Ривьера"? Так это во-он, прям - туда.
В это же время отряд Доки Кумарова удалился на сотни километров от города Таврополя и, двигаясь звериными стёжками, негромко напевал хором лихую песню:
Щащька, пущька и кынджял
На адной руке дэржял!
–
Вай, какая маладца
Нащ чиченския байца!
У-У Осс!
Когда отряд случайно немножко заблудился, было решено прибегнуть к помощи местных жителей.
– Салям алейкум, мирние дурдонци! Я Дока Кумаров. А ета маи близкие.
– Барадати?!
– Да, ми гламур-мламур нэ знаим. - Вааружьени?!
– Так трудна жьит бэз пулемёта. А падскажьите, гдэ тут ближьний путь на Сочисаки?! И гдэ гара, с каторой катаица на лижах Путтипут?
По мобильной связи от президента Ходжара Худаева боевикам поступила команда: "Оперативно изыскать средства, ускоряющие движение к цели".
44. Разворачивай оглобли
Пока тарелка летела над ночным Дурдонисом, можно было чуточку вздремнуть, но руки Путтипута чесались. Не зная, чем их занять, он взял с полочки тёмно-синюю папку с надписью золотым тиснением "Переименованное КГБ". Здесь было досье на Нострадамуса, и Путтипут вновь открыл его и стал листать:
Письма великого Пророка
Тирану в руки попадут...
Центурия 2, катрен 36
Могучий Властелин, наследник жаб,
Поработить сумеет всех на свете...
Центурия 10, катрен 101
Седалище восточный царь поднимет с трона,
Пронзит небесные снега и воды,
Перемахнёт вершины Аппенин, и Галлию узрив,
Хлыстом своим там каждого отхлещет.
Центурия 2, катрен 29
<