Чтение онлайн

Он протянул шкатулку с камнем Дуанти и тотчас повалился на пол. Когда Грэм нагнулся к нему, Оглобля уже был мертв.

— Умер, — сообщил Грэм. — Оно и понятно — на нем живого места нет!

— Как он вырвался? — с недоумением произнес Дуанти. — Уму непостижимо, у Уорфа такие головорезы!

— Я, пожалуй, знаю, — отвечал Грэм. — Помнишь, что ты ему внушал, когда посылал за Орумланой? Так вот — ты не просто внушил — ты заговорил его.

— Я?

— Ну да, а что такого! Понимаешь, что произошло? Псы Уорфа, конечно, пытались схватить Оглоблю — они просто не смогли этого сделать. Твое заклятие оказалось сильнее — сильнее

чар Уорфа, Дуанти!

— Ну да, — возразил Дуанти с недоверием.

— Ничего не ну да! Вспомни, как ты снял заклятие с Уорфа той ночью в Кардосе — он ведь сам не мог. Понимаешь, Дуанти? Ты сильнее его — ты попался только потому, что боялся понять это!

Дуанти молча открыл шкатулку, и она сыграла мелодию. Задумчиво глядя на синий камень, он сказал:

— Ты прав, Грэм, совершенно прав. Пожалуй, вот эту мелодию я возьму себе как свой щит.

— Ну, а что же? Она ничем не хуже щебета моей птички, — одобрил Грэм.

— Вот теперь я окончательно расколдован, — решительно заявил Дуанти.

Он приблизился к замку, достал Орумлану и, совместив грани, вложил в отверстие замка. Что будет дальше, они не знали. Произошло же вот что: часы начали выбивать ту же мелодию, что минутой раньше сыграла шкатулка. Вслед за тем башня задрожала и быстро начала опускаться. Поравнявшись с землей, площадка, где были часы, остановилась, и стала видна площадь, где Уорф собрал орисситов для лицезрения показательной экзекуции. Еще миг — и стены башни исчезли, будто их не было вовсе. Не стало и остального — домов, улиц, гавани — люди Ориссы толпились на ровной голой земле без единого деревца, без моря — пустошь во все стороны, вот каким оказался мир Уорфа, когда сгинул его морок. Но кое-что и добавилось в этом мире: за спиной Дуанти и Грэма был вход в пещеру, а в сотне-другой шагов зиял ещё один такой же. Пещеры вели вглубь горы, очертания которой показались Грэму знакомы — она походила на гору Череп — ту, что он осматривал на острове Дракона.

— Взять их! — приказал Уорф своим молодчикам, указав на Грэма и Дуанти.

Они находились в каких-то сорока шагах от колдуна, и их разделял только часовой механизм, он так и остался на поверхности. Выламывать оттуда какой-нибудь прут времени не было, и двое друзей начали медленно отступать. Так же не спеша к ним приближались солдаты. Оружия у Грэма и Дуанти не было, и псы Уорфа не сомневались в победе. Дуанти и Грэм отступили уже до самого входа — и вдруг оттуда повеяло сильным жаром и послышался шум, будто что-то огромное волокли навстречу. Грэм не ошибся — эта пещера и впрямь оказалась пещерой дракона. Огромный, дышащий огнем, он уже был виден в глубине, где светились его изумрудные глаза.

— Да уж, спрятались, — протянул Дуанти. — Это не твой ли друг, Грэм?

— Мой, — хрипло отвечал юноша.

— Ну, так проси его, чтоб помог!

«Да уж», — подумал Грэм. А впрочем… почему нет, в самом деле? Вот только — как просить? В его мозгу, как молния, мелькнуло воспоминание — слова Вианора — там, у пещеры дракона в Анорине. «Твоя удача — ничто, пока у тебя нет к ней ключа. Тебе нужно научиться звать своего дракона, вот тогда ты по-настоящему можешь полагаться на его помощь». Но имя — как зовут дракона? И вновь сверкнуло в мозгу Грэма — немного позже, на корабле Хорса, Вианор рассказывал, почему их страна и мир стали называться Анориной: «Анорина назывался прекраснейший из городов их погибшей страны. Когда город ушел под воду, его имя, как птица, как серебристый дракон, поднялось над морем и улетело, — улетело в совсем иные края, чтобы приземлиться и раскинуть крылья над целой страной,

над всем материком…» Ну, конечно же! — как он сразу-то не догадался? — вот дурачина! И Грэм с облегчением и с той радостью, с какой пробуждаешься от дурного сна, трижды прокричал:

— Анорина! Анорина! Иди ко мне, Анорина!

Прекрасный, четырехкрылый, огромный и грозный серебристый дракон уже выходил из пещеры, гневно вперив свои изумрудные глаза во врага. Врассыпную кинулись подручные Уорфа, и попятились прочь орисситы, не зная, чего ожидать им, а сам их тиран уже стоял на коленях, изогнувшись точь-в-точь, как стервятник, и смотрел на Грэма и Дуанти в ужасе и растерянности.

— Ты был прав, Уорф, — произнес Грэм. — Мы действительно встретились.

Уорф распластался на земле и, закрыв голову руками, бормотал что-то о пощаде и прощении. Грэм не слушал его.

— Протектор Гвинтис! — позвал он.

Мнимый шляпник Белентон вышел из толпы орисситов.

— Значит, это вы — принц Грэм? — спросил он, поклонившись — на Дуанти он не глядел.

— Верно. Два слова, милорд. Прежде всего, примите назад Орумлану. Дуанти, где она?

Дуанти, вынув камень из замочной скважины, вложил его в шкатулку и с поклоном протянул Гвинтису. Тот принял дар, по-прежнему упорно смотря в сторону.

— А теперь — видите, вон второй вход в пещеру. Это путь назад, в наш мир, в Анорину. Вы вернетесь прямо в Ориссу.

— Как мы можем отблагодарить вас, принц Грэм? — вновь поклонившись, спросил протектор.

— Прежде всего, это заслуга Вианора, — отвечал Грэм. — Большую часть работы выполнил он — там, в нашем мире. Но у меня есть несколько просьб.

— Все, что угодно его высочеству.

— Первая просьба — когда вы снова увидите меня и Дуанти — там, в Анорине, — то, пожалуйста, не рассказывайте нам ничего из того, что произошло здесь. Так надо — понимаете?

— Хорошо, я понял, — кивнул протектор.

— А вторая просьба — перестаньте сердиться на Дуанти.

— Перестать сердиться! — прорвало Гвинтиса. — Когда он тряс проклятой крысой у самого моего лица! Он грозил, что она… что мне…

— Примите самые искренние мои извинения, протектор Гвинтис, — вмешался в разговор Дуанти, покрасневший, как рак. — Я…

Он махнул рукой.

— Протектор Гвинтис! — твердо проговорил Грэм. — Но ведь Дуанти был заморочен так же, как и все вы. Надо же понимать это. Если бы не он, я сейчас не объяснял бы вам тонкости этикета.

— Хорошо, я постараюсь… не сердиться, — отвечал Гвинтис все тем же обиженным голосом.

— И еще. Насчет Орумланы — это не простой камень. Вы…

— Не надо, я все понял, — не дал ему договорить протектор. — Волшебный камень, конечно, должен быть в руках мага. В чистых руках. Я отдам его Вианору. И с прибавлением.

— Вы мудрый и мужественный человек, протектор Гвинтис, — поклонился Грэм.

Они стояли рядом со своим драконом, наблюдая, как тянется в пещеру многотысячная очередь. На земле не переставал пресмыкаться Уорф. Дождавшись, когда ушел последний ориссит, Грэм позвал:

— Уорф! Ты слышишь меня?

— Да, да! — живо откликнулся тот, не вставая с земли. — Уорф слышит и повинуется! Уорф…

— Помолчи, — оборвал его Грэм. — Мы с Дуанти давали тебе слово — отплатить услугой за услугу. Дуанти это сделал. Теперь мой черед. Я отпущу тебя сейчас — и мы будем в расчете.

— О, конечно, конечно, великий маг Грэм! В расчете!..

— Не надо, Грэм, — тихо попросил Дуанти. — Не отпускай.

Но Грэм не послушал.

— Все, Уорф, ты можешь идти. Помни — новая встреча — не для тебя.