Чтение онлайн

Вианор и Трор обменялись взглядами, и Трор произнес:

— Мы остаемся.

— Что ж, как вам угодно. Сеньор рыцарь, — обратился корсар к Трору, — свое первое обещание я сдержал. Но я готов выполнить и второе, особенно теперь, когда я снова побывал в Ориссе. Если ты вновь пойдешь к стенам Атлана — а я так догадываюсь, ты пойдешь — то капитан Хорс готов сопутствовать тебе со всем морским народом, что согласится за мной последовать.

Рыцарь кивнул:

— Согласен на твою помощь и благодарю за нее, капитан Хорс. Я дам тебе весть в свое время.

— Так что же, сеньоры, тогда до встречи!

Капитан Хорс уже было

повернулся, и тут юнга окликнул его:

— Капитан! Скажи «до встречи» и мне. Я остаюсь с этими людьми.

Корсар не поверил своим ушам:

— Дуанти! Неужели ты бросаешь меня?

— Нет, капитан, — возразил Дуанти. — На пути этих людей опасностей ещё больше, чем на нашем. Ты ведь сам обещал свой союз сеньору рыцарю и магу. А я лишь немного опережаю тебя с этим, вот и все.

— Что ж, — пожал плечами корсар, — люди Ай-Крео свободны, и мы уже не в походе… Но ведь ты даже не спросил, согласны ли тебя с собой взять!

— Как, Грэм? — Трор и Вианор посмотрели на оруженосца.

Грэм тихонько подмигнул юнге и кивнул.

— Мы согласны, капитан Хорс, — произнес Вианор.

Капитан Хорс развел руками и повернувшись пошел прочь.

— Я никогда не забуду своей службы у тебя, капитан! — крикнул ему вдогонку юнга.

Но Хорс больше не оборачивался.

— Он выкупил меня на невольничьем рынке в Куманчире три года назад, — проговорил Дуанти, глядя вслед капитану. — Я думал, что всю жизнь проплаваю бок-о-бок с Хорсом.

— А что же помешало? — спросил маг, внимательно глядя в лицо Дуанти.

Дуанти пожал плечами.

— Не знаю… Когда я увидел вас троих там, на палубе нашего корабля, мне как-то сразу захотелось быть с вами вместе… И позже, когда сеньор маг рассказывал про Астиаля и этого изверга Сэпира… я поклялся сам себе, что не отстану от вас… И потом, может быть, здесь, на материке, мне удастся узнать что-то о своей семье. Вообще-то, сеньоры, — вдруг признался Дуанти, — я не ожидал, что вы так легко согласитесь принять меня в свою компанию.

Вианор и рыцарь рассмеялись:

— Сэр Вианор ещё не начал своего рассказа, — сказал Трор, — когда мы заметили, что в дверь скользнула одна рыжая мышка. Еще тогда, Дуанти, когда ты подрался с Грэмом, я понял, что ты попросишься к нам.

Меж тем Стагга Бу отошел в сторонку и с загадочным видом принялся шарить за полой своей куртки. Вианор легонько толкнул Грэма:

— Гляди, Грэм, — я готов поспорить, что у Стагги в запасе ещё одна табличка с пророчеством.

— Эй, Стагга! — окликнул и рыцарь. — Где четверо, там и пятый, — ты это нам хочешь прорицать, верно?

— Смейтесь, смейтесь, — пробормотал гном.

Наконец он вытащил свою шпаргалку и с дурацки-торжественным лицом принялся декламировать, воздев вверх руку:

— Три прорвы. Путнику опасность. Если первую пасть проглотит вторая, то третья может выплюнуть великое царство. Дорога — к богатству.

Все так и покатывались, глядя на ужимки гнома, но Дуанти, которому все это было внове, вытаращил глаза:

— Вот это да! Впервые слышу прорицателя. А что все это значит?

— А ты спроси у Стагги, — посоветовал Трор.

Стагга Бу быстро спрятал табличку и проговорил как ни в чем не бывало:

— Не знаю, Дуанти, ни малейшего представления не имею. Мое дело предупредить вас, а там уж смекайте сами.

— Стагга, — напомнил маг, — ты вроде бы говорил, что зачитал уже все таблицы!

— Я

тоже так думал, — отвечал гном. — Честное слово, Вианор! Я только неожиданно почувствовал какое-то шевеление у себя под курткой. Честно, я не брал с собой этой таблицы!

— Хм… Может быть… Интересно, интересно, — проговорил маг. — Во всяком случае, пора выбираться из Ориссы.

Они пошли пустой улицей, все дальше от моря, и вышли на главную площадь, где была знаменитая Палата Ориссы. И тут Грэму показалось, что по крыше здания скользнула какая-то серая тень.

— Капитан… То есть, сеньор Вианор, — поправился Дуанти. — Кажется, я видел какую-то серую птицу вон там на крыше.

— И я! — подхватил Стагга Бу.

— Дуанти, а ты не мог бы попробовать вместе с нашим замечательным прорицателем поймать эту птицу? — попросил Вианор.

— Чур, я главный! — тут же выпалил Стагга.

— Это почему же? — возмутился Дуанти.

— А потому, что мой кузен Вигга — птицелов, и я ему не раз помогал, вот почему!

— Ну, тихо, вы, — урезонил Вианор. — Птица непростая, предупреждаю. И помните — что бы ни случилось в ближайшее время, ваше дело — ловить птицу. Поняли?

— Есть, сеньор маг! — отсалютовал Дуанти.

И они со Стаггой, шепотом споря и ругаясь, скрылись в здании Палаты.

А Трор уже стоял с обнаженным Свенталем в руке, глядя куда-то в дальний угол площади, а Вианор уже поднял свой жезл, — и Грэму вновь, как на корабле Хорса и раньше, в Эшпоре, почудился звук трубы и ржание скачущего табуна. А вслед за тем послышалось какое-то надвигающееся чавканье и шум. И с той стороны, откуда все громче неслись эти звуки, появилась наконец — Грэм не поверил своим глазам — исполинская пасть. Она была лишь немного ниже домов на площади и такой огромной, что могла ухватить добрых два этажа. Челюсти её были оснащены клыками в рост человека, и меж них свешивался до земли синий слюнявый язык. Пасть плыла по воздуху без всякой поддержки — у неё не было не только ног, но даже глаз или ушей, — одна пасть, и только вверху виднелись провалы ноздрей. Время от времени синий язык шлепался на мостовую, слизывая разный мусор, и Пасть с чудовищным клацаньем зубов глотала, чавкая, свою добычу, роняя на землю отвратительные желтые слюни.

— Вот и объяснение, почему в городе нет никакой живности, не говоря о мародерах, — произнес маг. — Трор!

— Да?

— Это тварь из геенны одного нижнего мира. Нам надо загнать её обратно.

— Как с ней биться?

— Язык! У ней уязвим только язык. Задержи её, а я попытаюсь открыть дверь.

А Пасть уже учуяла добычу. Шумно втягивая воздух в громадные ноздри, она повернулась в сторону людей и с громким урчанием потащилась через площадь. От неё со страшной силой смердело.

— Укройся, Грэм, — коротко бросил Трор.

Рыцарь выждал, пока Пасть не оказалась в десятке шагов, и сам кинулся ей навстречу. С молниеносной быстротой он подскочил к волочащемуся языку, полоснул по нему мечом, и тотчас отпрыгнул в сторону. Урчание сменилось яростным ревом, и челюсти бешено клацнули, хватая воздух в том месте, где миг назад находился Трор.

И тут Грэму стало плохо. Он даже не испугался, он просто физически не мог уже выносить этого чудовищного рева-урчания. От зловония Пасти у него мутилось сознание, и не выдержав, Грэм, согнувшись, повалился на мостовую и в корчах покатился по ней, зажимая руками уши.