Риелтор от бога
Шрифт:
— Если ты замёрзла, то стоит теплее одеваться, — зевнул я, с трудом ворочая языком.
— Действительно, выглядишь так, как будто всю ночь не спал, — заметил Леон, уже одетый и с кружкой отвара в руке. — Опять тренировался?
— Нет. Меня отвлекли, — зевнул я снова.
— Отвлекли? — заинтересованно подняла бровь Ари.
Я отмахнулся от её вопроса, давая понять что не собираюсь обсуждать это прямо сейчас:
— Давайте завтракать и отправляться в дорогу.
Виндхольм
Генрих стоял у окна и смотрел
— Сколько ещё? — спросил он, не оборачиваясь.
— Сколько понадобится, — ответил Варус из глубины комнаты. Бывший военный сидел за столом и чистил клинок. Методично, привычно, как делал это каждый вечер.
Генрих стиснул зубы. Ему было девятнадцать лет и последние недели он провёл, прячась по чужим домам, убегая из города в город. Он не для этого родился. Не для этого его отец, король, готовил к престолу.
— Я должен быть в столице, — тихо сказал он. — Каждый день, что я прячусь тут, заговорщики укрепляют свою власть.
— А каждый день, что ты живой — у нас есть шанс всё изменить, — не поднимая головы, ответил Варус. — Мёртвый наследник никому не нужен. Я поклялся королю что защищу тебя и я сдержу данное слово.
Генрих хотел возразить, но в этот момент в дверь постучали. Три коротких удара, пауза, два длинных. Условный сигнал.
Варус мгновенно поднялся, убрал клинок за пояс и открыл дверь. В комнату вошёл высокий худощавый человек в длинном дорожном плаще с глубоким капюшоном. Он двигался бесшумно — ни один половица не скрипнула под его шагами.
— Рад видеть тебя, друг, — Варус крепко пожал ему руку.
Гость откинул капюшон и Генрих увидел лицо, которое не смог бы забыть — узкое, с высокими скулами и внимательными серыми глазами. Но больше всего его внимание привлекли уши. Длинные, острые, чуть выступающие из-за гладко зачёсанных тёмных волос.
Эльф.
— Новости плохие, — без предисловий сказал гость, усаживаясь за стол. — За вами идут. Королевская стража, отряд из пяти человек во главе с молодым рекрутом, которого лучше не недооценивать.
— Мы знаем, — кивнул Варус. — Из Тира пришло предупреждение.
— Это не всё, — эльф помолчал и посмотрел прямо на Генриха. — Есть кое-что похуже стражников.
Генрих выдержал его взгляд:
— Говори.
— Среди нашего рода есть один представитель, — медленно начал эльф. — Никто точно не знает кто это — мужчина или женщина. Это наёмный убийца. Без чести, без принципов, без привязанностей. Берётся за любую работу, если цена подходящая.
Варус нахмурился:
— И какое отношение это имеет к нам?
Эльф снова посмотрел на Генриха:
— По моей информации, этот наёмник взял заказ. Цель — не убийство. Заказчику нужна информация: где прячется твой отец. И этот наёмник должен выбить её из тебя.
В комнате повисла тишина. Генрих почувствовал, как по спине прошёл холод. Не от страха — от злости. Заговорщики воспринимали его не как наследника, не как будущего короля, а как информатора.
— А ты хоть что-нибудь знаешь про этого наёмника? — спросил Варус
у эльфа, и в его голосе впервые за долгое время прозвучало напряжение.Эльф помолчал, словно взвешивая стоит ли говорить.
— Только то, что его или её псевдоним «Лаванда», — наконец произнёс он.
Глава 22
К вечеру второго дня пути нам навстречу попался торговец на гружёной телеге. Невысокий мужичок с кислым лицом ехал в обратном направлении от Виндхольма и выглядел так, будто его развернули не по доброй воле.
— Туда лучше не соваться, — буркнул он, когда я спросил про дорогу. — На мосту через Арну стоят солдаты, проверяют всех подряд. Документы, повозки, мешки — всё перетряхивают. А у меня и так пара золотых осталось на весь путь и отдавать этим трогродитам свои кровные я не собираюсь.
Он бубнил про Короля, налоги, сектантов, пока я не остановил его и не спросил:
— Какие солдаты? — перебил я. — Ищут кого?
— Обычные, городская стража из Виндхольма, — пожал он плечами. — Но ходят слухи, что королевская стража направляется в город.
— Золотые доспехи? — я переглянулся с Ари.
— Да хоть навозные, — выругался мужик. — Никто моих золотых не получит!
С этими словами он толкнул меня плечом и запрыгнул на свою телегу.
— Они знают про нас, — сухо произнесла Ари.
— Или про наследника, — нахмурился я.
На мост соваться было нельзя. Узкое место, толпа, проверка документов — нас опознают мгновенно. Да и если рядом действительно маячат люди в золотых доспехах, то это ловушка, в которую нас приглашают войти добровольно.
— Нужна переправа, — сказал я. — Обойдём мост и пересечём реку в другом месте.
— Арна глубокая, — заметила Ари. — Лошади не перейдут вброд.
— Лошади — нет. Но если я сделаю дамбу выше по течению, а ты отведёшь воду в сторону, то на какое-то время уровень упадёт достаточно, чтобы перейти.
Ари задумалась, прикидывая:
— Это потребует много сил. От нас обоих.
— Знаю, но это лучше чем идти прямо в капкан.
Леон слушал наш разговор молча, сидя на Ромашке с каменным лицом. Когда мы закончили обсуждать план, он лишь коротко кивнул и ничего не сказал. Меня это насторожило — обычно он либо спорил, либо восхищался. Молчаливое согласие было на него не похоже. Впрочем, и сам Леон мало был похож на себя прежнего.
Мы спешились у излучины реки, в паре километров выше моста. Арна здесь была шире, но берега пологие — хорошее место для переправы, если удастся понизить уровень воды. Я присел у кромки и начал изучать дно, прикидывая где ставить дамбу.
— Ари, подойди, посмотрим как тут течение, — позвал я, не оборачиваясь.
Она подошла и мы начали обсуждать детали. Я показывал где создам земляную стену, она объясняла куда отведёт поток. Работа требовала точности: слишком маленькая дамба — вода перельётся, слишком большая — я потрачу все силы до того, как мы переправимся.
Мы провозились минут двадцать, когда Ари вдруг замолчала и посмотрела назад.
— Где Леон? — спросила она.
Я обернулся. Место, где стояла Ромашка, было пустым. Сумка Леона лежала на траве, но ни его самого, ни лошади, ни доспеха не было.