Чтение онлайн

Мэлтби беспрепятственно вернулся на борт корабля.

Ральф Ханстон капитулировал к концу двадцатичетырехчасового срока. Он поставил единственное условие: подробности его домашнего ареста необходимо предать гласности.

Таким образом Пятьдесят Солнц избегли немедленного обнаружения, поскольку одному кораблю без посторонней помощи не под силу отыскать так хорошо укрытую цивилизацию. Мэлтби был убежден в этом. Но оставалась проблема неминуемого их обнаружения, когда через несколько лет из Главной Галактики сюда прибудут другие корабли. Теперь, когда основная опасность осталась позади, эта проблема начала всерьез тревожить Мэлтби.

Выведя линейный корабль

Пятидесяти Солнц «Атмион» на изначальный курс, Мэлтби принялся размышлять над тем, что можно сделать для безопасности обитателей Большого Магелланова Облака. И вдруг ему в голову пришло настолько простое решение, что Питер невольно поднялся с кресла. Как он раньше не додумался до этого?

Он все размышлял над тем, каким образом удобнее сдать «Атмион» противнику, когда по кораблю разнесся звон колоколов громкого боя.

— Госпожа Лор, контакт с местным кораблем установлен.

— Взять его!

Когда с едой было покончено, я наконец решился открыть своим товарищам тайну этого странного гостеприимства, прекрасно отдавая отчет в степени риска, на который шел. Офицеры были умными людьми, и если хоть один из них свяжет случившееся здесь со страхом населения Пятидесяти Солнц перед мезоделлианами, — его рапорт может ужаснуть командование больше, чем земной корабль.

(«Послание самому себе» Питера Мэлтби)

Мэлтби так толком и не понял, что произошло. Когда лучевые захваты уже подцепили «Атмион», времени разбираться, как именно вражеский корабль пленил их линкор, уже не было.

Питера словно засасывал гигантский смерч; во всем теле чувствовались странные напряжения и искривления, как будто сама материя, из которой состоял его организм, подвергалась неведомому воздействию. Но все разом кончилось, как только силовые захваты повлекли линкор Пятидесяти Солнц к далекому сгустку тьмы, скрывавшей земной корабль.

Мэлтби внимательно наблюдал за приборами, которые могли дать хотя бы некоторое представление о чужом корабле. По прошествии нескольких минут он начал понимать, что увидеть вражеский линкор невозможно. В этой безбрежной ночи даже ближайшие звезды казались только неясными светлыми точками. Определение характеристик любых объектов вне корабля требовало немалого времени. Объекты же настолько малые, как космический корабль, вообще были подобны пылинке, затерянной в невообразимой тьме.

Как только «Атмион» оказался в нескольких световых минутах от своего победителя, мышцы капитана скрутила острая пульсирующая боль. «Парализующий луч», — только и успел подумать он. Питер рухнул на пол рубки, и тьма сомкнулась над ним.

Мэлтби очнулся — напряженный, предельно внимательный. Он должен овладеть ситуацией, какова бы она ни была. Наверняка земляне располагают методами управления его сознанием, и им известны способы заставить его говорить. Мощь «двойного» сознания будет, вероятно, преодолена, если противник догадается о его скрытых способностях.

Расслабив мышцы век, он чуть-чуть приоткрыл глаза. Это еле заметное движение послужило своеобразным сигналом.

— Отлично, сбавь ход в шлюзе, — произнес на странном, но понятном языке стоявший поблизости человек.

Мэлтби открыл глаза, но не раньше, чем удостоверился, что все еще находится в рубке «Атмиона» и что, по-видимому, процесс принятия линкора Пятидесяти Солнц на борт земного

корабля подходит к концу. Мэлтби лежал там же, где упал, значит, офицеров и команду «Атмиона» пока не допросили.

Волна возбуждения окатила Мэлтби. Пойдет ли все и дальше так же легко и просто? Возможно ли, чтобы вся задача свелась сначала к осторожному зондированию разума окружающих с помощью его мезоделлианского сознания, а потом — к полному подчинению своей воле всех, с кем Мэлтби вступит в контакт? Возможно ли взять на себя управление земным кораблем?

Возможно. И будет именно так.

В окружении других членов экипажа «Атмиона» Мэлтби вели длинным коридором, уходящим далеко вперед. Вооруженные земляне — мужчины и женщины — шли впереди и сзади вереницы пленных. Так это выглядело внешне. На самом деле подлинными пленниками были офицеры, командовавшие конвоем. Капитан третьего ранга — коренастый мужчина лет сорока — спокойно приказал главной колонне пленных следовать дальше по коридору. Мэлтби же вместе с другими офицерами — астронавигационной и метеорологической служб — другим коридором ввели в обширное помещение с несколькими рядами кресел.

— Здесь вам будет хорошо, — деловито сказал офицер. — Сейчас подберем вам подходящие мундиры, и вы сможете свободно разгуливать по кораблю когда и сколько угодно — при условии, что не станете слишком много болтать с нашими людьми. Кстати, у нас на борту целый набор диалектов, но ни один не похож на ваш.

Мэлтби, как никогда, чувствовал себя внутренне собранным и спокойным. Его задачей — как он ее понимал — сейчас было знакомство с кораблем и распорядком на его борту. Вне всякого сомнения, корабль огромен, а людей здесь куда больше, чем может держать под контролем единственный мезоделлианин. Наверняка, имеются ловушки для неосторожных и нежеланных гостей. Но рискнуть стоило. Как только у него сложитс я общее представление о корабле и порядках на нем, он быстро разберется и со всеми подстерегающими его неприятностями.

Когда конвоиры удалились, Мэлтби принял участие в набеге на кухню, предпринятом несколькими его коллегами-астронавигаторами. Как он и предполагал, земные продукты не слишком отличались от привычных: тысячелетия назад деллиане и нон-деллиане, спасаясь бегством из Главной Галактики, захватили с собой и домашних животных, и семена культурных растений.

Вернулся контролируемый офицер-землянин со стопкой мундиров в руках — искренне убежденный, что главная его задача — установить дружеские отношения с наиболее ценными специалистами захваченного корабля. Более того, у него сложилось впечатление, что неблагоразумно делиться этими соображениями как со своими подопечными, так и с сослуживцами. Он был готов снабдить Мэлтби и его товарищей информацией, которая позволила бы им более или менее свободно ориентироваться на борту «Звездного Роя».

— Каковы размеры вашего корабля?

— Я не понимаю, о чем вы спрашиваете. — Офицер недоуменно смотрел на Питера.

— Сколько человек находится на его борту?

— Что вас интересует?

Дальше спрашивать было бессмысленно. Этот человек не поддавался его мысленному контролю всякий раз, как только дело доходило до сведений о корабле. Он хотел, но не мог поделиться своими знаниями. Некий внутренний запрет, возможно также гипнотический по своей природе, — препятствовал ему. В конце концов стало очевидно, что вопросы придется задавать офицерам более высокого ранга, располагавшим свободой воли. Младшие офицеры этой свободы не имели, и метод, примененный для защиты их сознания, был таков, что на изучение и преодоление его Мэлтби не хватило бы времени.