Чтение онлайн

— По данным вычислительного центра «Звездный Рой» находится на расстоянии около трети светового года.

Неточность формулировки заставила Мэлтби нахмуриться. Она означала, что корабли сблизились на такую дистанцию, при которой каждый из них находился в пределах надрезонансных полей друг друга — своего рода затухающее эхо с практически неограниченным распространением. В этих условиях точную дистанцию до земного корабля определить было невозможно: однако она не могла превышать треть светового года. «Звездный Рой» мог находиться даже в нескольких милях от «Атмиона», хотя такая ситуация и представлялась маловероятной — для обнаружения

близких целей служили специальные радары.

— Мы уменьшили скорость до десяти световых дней в минуту, — между тем продолжал вахтенный офицер. — Поскольку мы следуем курсом, указанным в радиопослании земного корабля, и не теряем противника из виду, можно предположить, что наши скорости равны.

Это утверждение также не являлось вполне точным. Скорости кораблей, движущихся быстрее света, можно сблизить, но невозможно уравнять. Разница станет заметна сразу после разделения надрезонансных полей обоих кораблей.

Пока Питер размышлял об этом, светлая точка на экране замерцала и погасла. Мэлтби ждал. Наконец вахтенный растерянно произнес:

— Отбой тревоги. Контакт с противником временно утерян.

Прошло около часа, но световое пятно больше не появлялось. Время от времени Мэлтби поглядывал на экран, вспоминая слова адмирала Дрихана о возможных размерах «Звездного Роя». Он понимал, что командующий беспристрастно проанализировал ситуацию, чреватую множеством опасностей. Вряд ли судно было так велико, как заявила госпожа Лор. Похоже, командир земного корабля блефовала. Однако проверить справедливость ее утверждения можно будет лишь по количеству сброшенных «Звездным Роем» бомб.

Лишь шесть дней спустя «Атмион» снова вошел в надрезонансное поле земного корабля. На этот раз контакт удерживали до последней возможности; после чего, выверив курс вражеского корабля, обследовали планеты ближайших солнц. Только на одной из них были обнаружены следы уничтожения. По всей вероятности, неудачно нацеленная бомба ударила по одной из внешних планет системы, на которой какая-либо жизнь отсутствовала. Теперь она превратилась в клокочущий огненный ад. Но это зрелище не испугало экипаж «Атмиона». Вероятность того, что одна из сотен бомб обрушится на населенную планету, была настолько близка к нулю, что считаться с ней не имело смысла.

На шестой день поисков экран внутренней связи в каюте Мэлтби ожил; на нем появилось лицо вице-адмирала Дрихана.

— Капитан Мэлтби, прошу вас явиться ко мне.

— Есть, сэр.

Питер сразу же отправился. Дежурный адъютант приветливо кивнул ему и проводил в кабинет Дрихана. Командующий, сидя в кресле, изучал документ, внешне похожий на радиограмму. При виде Мэлтби он положил бумагу на стол текстом вниз и указал капитану кресло напротив себя.

— Какое положение занимаете вы среди мезоделлиан?

Вот и прозвучал, наконец, главный вопрос.

Ни о каком страхе не могло быть и речи. Питер Мэлтби, изобразив на лице полнейшее замешательство, внимательно смотрел на сидевшего за столом адмирала.

— Не могу с уверенностью определить их отношение ко мне. По-видимому, считают почти изменником. Всякий раз, когда их эмиссары обращаются ко мне, — о чем всегда мною информировано начальство, — я пытаюсь передать через этих агентов лишь один совет их руководству: придерживаться политики примирения и объединения.

— Что думают мезоделлиане о нынешней ситуации? — помолчав, поинтересовался Дрихан.

— Не знаю. Мои контакты

с ними слишком нерегулярны.

— Пусть так, но не могли бы вы поделиться со мной собственными соображениями?

— Насколько я понимаю, — начал Мэлтби, — меньшинство рассчитывает на то, что земной корабль рано или поздно обнаружит Пятьдесят Солнц; значит, необходимо воспользоваться преимуществами сложившейся ситуации. Большинство же, уставшее от необходимости постоянно скрываться, решительно стоит за взаимодействие со всеми народами Пятидесяти Солнц.

— Каково процентное соотношение между этими группами?

— Около четырех к одному, — без колебаний солгал Мэлтби.

Дрихан, помедлив, задал следующий вопрос:

— Существует ли вероятность, что меньшинство начнет действовать в одностороннем порядке?

— Они хотели бы, но не смогут, — быстро ответил Мэлтби. — В этом я абсолютно уверен.

— Почему?

— Среди них нет квалифицированных метеорологов.

Это тоже было ложью. Истинная причина заключалась в стремлении Ральф Ханстона получить власть над мезоделлианами законным путем. Пока Ральф Ханстон верит в такую возможность, он не станет игнорировать закон — по крайней мере, так считали информаторы Мэлтби. Именно на их сообщения он и опирался, сплетая в своих словах правду и ложь.

Возникла долгая пауза. Очевидно, Дрихан тщательно обдумывал каждое услышанное им слово. Наконец молчание было прервано.

— Правительства Пятидесяти Солнц встревожены некоторыми положениями последнего ультиматума — вы слышали его текст. Создается впечатление, что он непосредственно адресован мезоделлианам. Они именно такая оппозиция, на которую могут опереться земляне.

Сказать на это Мэлтби было нечего — разве что слегка перефразировать свою предыдущую ложь.

— Соотношение четыре к одному — в пользу тех, кто стремится к единству с народами Пятидесяти Солнц.

На протяжении очередной паузы Мэлтби напряженно размышлял об истинной причине этого допроса. Не могут же те, кто стоит за адмиралом, основывать свои надежды единственно на уверениях капитана Питера Мэлтби!

Похоже, Дрихан принял какое-то решение. Он взял со стола радиограмму и протянул ее Мэлтби.

— Адресовано вам, — сказал адмирал и ворчливо добавил: — Если это шифр, то мы не смогли с ним справиться.

С первого же взгляда Мэлтби стало ясно, что это действительно шифр. Сообщение гласило: «Капитану Питеру Мэлтби, борт линейного корабля «Атмион». Правительственный совет мезоделлиан благодарит за посредничество в переговорах с правительствами Пятидесяти Солнц. Заверяем, что соглашение будет неукоснительно соблюдаться, поскольку сообщество мезоделлиан крайне заинтересовано в получении обещанных привилегий». Подписи не было — это означало призыв о помощи. Мэлтби сделал вид, что не придает этому посланию никакого значения, в то время как его мозг лихорадочно искал решение задачи.

— Здесь нет подписи, — недоуменно сказал он. — Ее опустили намеренно?

— Я знаю не больше вашего. — Вице-адмирал Дрихан выглядел разочарованным.

На мгновение Мэлтби стало жаль командира. Никто из деллиан или нон-деллиан не смог бы разгадать шифра этого послания. Прочесть его можно было, лишь обладая такими, как у него, двумя совершенными разумами. Обучение этому начиналось в раннем детстве, и Мэлтби успел в полной мере освоить необходимые приемы, прежде чем был захвачен в плен двадцать лет назад.