Чтение онлайн

Да, бледнокожие уродцы затеяли не просто грандиозную облаву, а избирательную охоту на самых крупных обитателей равнины — носорогов и мамонтов. Преимущественно — мамонтов. Подло используя стадные инстинкты этих гигантов. Носороги, как закоренелые индивидуалисты, в своём большинстве сумели выскользнуть из живого потока и, прорвав цепь загонщиков, избежать рокового обрыва. По беглой оценке кружащегося над местом массовой бойни Зурха, на одного разбившегося носорога приходилось не менее семи-восьми мамонтов. Хотя, конечно, он, как хронический троечник, до сих пор не удосужился узнать не только точного числа, но даже соотношения тех и других, живущих на этой приледниковой равнине. Да что мамонты и носороги — Зурх даже двуногих носителей разума посчитал весьма приблизительно. Что вообще не лезло ни в какие ворота, ибо седьмая заповедь Куратора гласила: знай каждую разумную особь на контролируемой тобой территории.

Корчи многих десятков, если не сотен, поверженных гигантов, испускаемые

ими, исполненные смертельной муки, трубные вопли невыносимым состраданием сдавили оба драконьих сердца — Зурх, не выдержав, спикировал и на всю эту массу истерзанной, мучащейся, но ещё живой плоти фыркнул мощной струёй голубых молний, разом прекратив их бессмысленные страдания. Да, как Куратор, он не имел права действовать подобным образом, но… редкий из Драконов не срывался, выведенный из себя вопиющей жестокостью зарождающегося разума! Даже из тех, которые с отличием сдали все выпускные экзамены. Ну, а с хронического троечника — чего уж и спрашивать… Слава Великому Дракону хотя бы за то, что Зурх не ударил молниями по отвратительным бледнокожим убийцам. А ведь хотел… и, возможно, ударил бы… если бы страшно перепуганные двуногие носители разума не успели разбежаться… на своё и его — Зурха — счастье… ибо за всё время кураторской деятельности Драконов лишь семнадцать особей имели дерзость посягнуть на жизни разумных аборигенов опекаемых ими планет. И пополнить этот короткий, но исключительно позорный список своим именем Зурху, разумеется, не улыбалось.

А вот от соблазна ещё больше испугать разбежавшихся в страхе дикарей, молодой

Дракон удержаться не смог. На бреющем полёте пройдя над рекой, он мощными электрическими разрядами на протяжении нескольких десятков шагов вскипятил в ней воду — увы, совершенно не подумав о погубленной при этом рыбе. (Одно слово — троечник.) Затем, то взлетая к облакам, то стремительно пикируя, ослепительно яркими молниями в несколько приёмов буквально испепелил маленький пустынный — опять-таки, не считая мышей, леммингов, сусликов, не говоря уже о насекомых — островок и, опомнившись и устыдившись содеянного, полетел прочь, виновато махая могучими драконьими крыльями.

Только высоко в горах, на вершине окружённой ледяными торосами скалы Зурх окончательно пришёл в себя. И смог оценить первые семь дней своего пребывания на третьей планете звезды СХ 075 а 147 рх 4285. И поставить себе твёрдую единицу. Что вело к попаданию хоть и не в столь позорный, но всё равно — очень нежелательный для всякого Куратора список. И если бы Драконы могли краснеть…

…а так как краснеть они не могли, то Зурху волей-неволей пришлось крепко задуматься о своих последующих шагах. Да, дров он здесь наломал изрядно, но, слава Великому Дракону, последней черты не переступил — не спалил этих мерзких двуногих, которых, Антидракон его побери, так не хочется считать разумными существами. Увы — хочется или не хочется — но они разумны. Слишком разумны. Стоят на пороге Великой Технологической Революции. И, стало быть — самоубийства. Уж кто-кто, но аборигены этой планеты в бесконечных свирепых войнах истребят себя ещё до овладения атомной энергией. Химическими взрывчатыми веществами, ядовитыми газами, искусственно выведенными смертоносными бактериями и вирусами — да мало ли чем! Ведь они такие изобретательные… И?

Зурх понимал, что ему следует немедленно телепортироваться на родину — в конце концов ничего непоправимого он здесь не совершил и мог надеяться, что после пересдачи всех экзаменов ему доверят какую-нибудь третьеразрядную планету — но… услышанный сразу по прибытии зов этого мира вновь зазвучал в ушах Дракона! Да, именно он — троечник Зурх — призван спасти этих мерзких, жестоких, неуправляемых, но имеющих выдающийся разум аборигенов!

Спасти… да… а зеленокожая раса вышедших на седьмой уровень континуума разумных млекопитающих? За которыми Драконы закрепили эту область Галактики? И которые, очень возможно, занимаются на третье планете звезды СХ 075 а 147 рх 4285 строго-настрого запрещённой прогрессорской деятельностью? Ага… занимаются… или это — его фантазии?

Хорошенько продрогнув на ледяном ветру — уязвлённая совесть подтолкнула Дракона в качестве самонаказания отключить всю внешнюю энергетическую защиту — Зурх наконец-то вспомнил, что он хоть и троечник, но питомец одной из лучших Ферм и чего-то, стало быть, да умеет. И если, смирив гордыню, вернётся к тому, чему его обучали в школе…

…и Дракон, преодолев свою нелюбовь к газообразным образованьям, трансформировался в "пушистое" облако — уж если он самовольно назначил себя Куратором этой планеты, то в первую очередь надо было собрать о ней как можно более полные и точные сведения. А не вмешиваться с бухты-барахты в жизнь затерянного у кромки ледника племени аборигенов. Не торопиться с выводами, а уж тем более — с осуждениями. В конце концов сами Драконы происходили от хищных рептилий и вряд ли с неразумной фауной родной планеты обходились в древности лучше, чем бледнокожие двуногие с местным зверьём.

В виде серебристого облака несколько дней покружившись над планетой, Зурх получил

столько разнородной и противоречивой информации о населяющей её расе разумных существ, что для осмысления своих открытий вернулся в естественный драконий образ — в трансформированном состоянии ему всегда думалось как-то не так, чужеродная структура мешала сосредоточиться. Конечно, осознав недопустимость своего вмешательства в жизнь аборигенов третьей планеты, Зурх стал вести себя не в пример осторожнее — перелёты отныне он совершал только ночью, а днём прятался на недоступных горных вершинах. И всё-таки… туземцы иногда его всё-таки видели! Ранним утром или поздним вечером — на фоне зари. А иногда и ночью — освещённого волшебным светом полной луны. И рассказывали невероятные истории об огромном летающем существе. Невообразимо страшном, и чарующе прекрасном одновременно. Извергающем пламя и необыкновенно мудром.

Об испепеляющем пламени — ладно. Хотя Зурх, находясь на этой планете, больше ни разу не метнул даже самой хиленькой молнии, но в памяти жителей приледниковой равнины могли сохраниться впечатления о первой и единственной демонстрации его ужасающей силы и, передаваясь из поколение в поколение, дойти до далёких потомков… Но вот откуда взялись легенды о его необыкновенной мудрости? Не могли же в самом деле живущие исключительно в четырёхмерном мире, почти лишённые телепатических способностей носители хоть и мощного, но совершенно ещё дикого разума прозреть мудрость существа принадлежащего к расе, вышедшей на девятый уровень континуума? С которым к тому же по-настоящему — в его истинном обличии — им довелось столкнуться один единственный раз? Разумеется — не могли, но… если бы Зурх не был хроническим троечником, он бы наверняка задался вопросом: а не являются ли его усилия, направленные на спасение аборигенов третьей планеты звезды СХ 075 а 147 рх 4285, той самой прогрессорской деятельностью, в которой он заподозрил зеленокожих семипалых Управляющих этого уголка Галактики? Деятельностью — строго-настрого запрещённой не только десятой заповедью Куратора, но и Высшим Советом расы Разумных Драконов.

Ибо после нечаянной телепортации Зурха на третью планету, населяющие её носители пусть и мощного, но совершенно ещё дикого разума атомной энергией овладели не через пятьсот тысяч обращений этой планеты вокруг материнской звезды и даже не через сто, а всего лишь — через восемнадцать. И при этом — не самоуничтожились. Хотя только Великий Дракон знает, сколько драгоценной психической энергии пришлось затратить Зурху, чтобы удержать лидеров противоборствующих ядерных держав от рокового шага.

Февраль 2006

("Порог", N 11, 2007 г.)

От советского информбюро…

…тяжёлые бои в районе города…

Надежда Васильевна вздрогнула и во всю ширину распахнула приоткрытые створки окна. Голос Левитана зазвучал отчётливее — замелькали названия городов, фронтов, армий, направлений… сведения о сбитых самолётах, уничтоженных танках и убитых солдатах врага… и, разумеется, ничего о старшем лейтенанте Иване Окладникове — лётчике-истребителе, не вернувшемся с задания в мае тысяча девятьсот сорок третьего года. И все десять лет, прошедшие с той поры, Надежда Васильевна вторую половину весны, лето и начало осени держала приоткрытым выходящее в палисадник окно. Хотя была уверена, что это, мучительно ожидаемое ею сообщение может прозвучать только в мае. Но ни в мае сорок четвёртого, ни в мае сорок пятого — вплоть до этого, уже заканчивающегося мая пятьдесят третьего — оно так и не прозвучало.

Весна выдалась холодная, однако сегодня с утра проглянуло солнце, и Надежда Васильевна решила оставить окно широко распахнутым — не апрель, не замёрзнет.

Да, в тысяча девятьсот пятьдесят первом году гражданам первого в мире Социалистического Государства разрешили иметь запрещённые в начале войны радиоприёмники, но самый дешёвый "Рекорд" стоил почти пятьсот рублей, и при зарплате учительницы начальных классов в 450… и всё-таки, отчаянно экономя, Надежда Васильевна в течение года собрала бы, пожалуй, нужную сумму… если бы не знала совершенно точно, что необходимые ей сведения она может получить только из расположенного на городской площади мощного репродуктора! А когда за 75 рублей сдающая ей отдельную горницу товаровед Анна Степановна приобрела дорогущий аппарат и пригласила Надежду Васильевну его послушать, то сразу выяснилось, что полированный ящик — всего лишь увлекательная игрушка для взрослых. А может — не только игрушка. Может — что-то похуже. Вражеская провокация. Конечно, трудно допустить, чтобы в районном универмаге в открытую продавали товары сомнительного происхождения, но ведь диверсанты — они же повсюду! А разоблачают их, к сожалению, далеко не сразу. Ведь даже в кремлёвскую больницу сумели пробраться убийцы в белых халатах! И сколько времени прошло, пока этих мерзавцев вывели на чистую воду! Хотя…