Чтение онлайн

Вот же вляпался!..

— Ты дал мне приказ: позаботиться о её безопасности и отсутствии мужчин вокруг, — тем не менее ровным тоном напомнил парень. — Мое заявление именно это и обеспечивает.

— Что-то незаметно, — по ту сторону голограммы что-то хрустнуло, словно бы его отец что-то с силой сжал. — Как я слышал, на неё напали.

— Именно я её спас, — тут же возразил Торрелин. — И к ней больше никто не лезет.

«Какие наблюдательные у отца шпионы, — подумал он между тем. — Всё-то они видят, всё знают!»

— Почему ты крутишься в компании фригуса и каркаремы впридачу?

Нет, Алатиэль —

это определенно не всё, что волновало Императора. Судя по всё ещё ледяному голосу, отцу ещё было что спросить. Но этот вопрос был проще.

— Фригус — мой сосед, каркарема — подруга Алатиэли, — пояснил парень.

— Повтори ту чушь, что ты рассказывал в прошлый раз.

О! Вот оно! Вот ради чего отец решил с ним связаться. Торрелин быстро прикинул в уме циклы активностей вулканов на Громарисе. Да, определенно сейчас был нужный момент.

— По тем данным, которые я слышал, выходило, что тебя, Црагга и Шионасса взорвут на одном из вулканов во время проверки, — напомнил Торрелин.

Вулканы Громариса были очень опасны. Каждый из них мог серьезно повредить и без того опасную и ненадежную планету. Поэтому, едва проходил пик их активности — как сейчас, — Император со своей семьей должны были изучить их кратеры, чтобы оценить, нет ли подозрительных трещин, заторов и каких-либо проблем. Конечно, это мог бы сделать любой ингис, но уже несколько поколений эту роль брали на себя именно императоры Громариса, сделав это традицией. Все прежние годы Торрелин сопровождал в этом действии отца и двух старших братьев, но в этот раз им придется справиться без него.

Это был определенно ещё один плюс обучения в Академии.

— Бред, — холодно возразил Император. — Ни один ингис не станет взрывать часть вулкана, рискуя спровоцировать на внецикловую активность.

— Я лишь передаю то, что услышал, — снова напомнил парень.

— Тратишь время на глупые слухи и бесполезные попытки что-то запомнить своим больным мозгом, — жестко припечатал Император.

И отключился. Резкий писк на несколько секунд наполнил комнату.

Торрелин медленно выдохнул, откидываясь на спинку стула, и нервно стал перебирать в руке металлические шарики. Мерный перестук немного успокаивал. Но, справедливости ради, совсем немного.

То, что отец считал его предупреждение бредом, было обидно, но, в общем-то, привычно: отец никогда не воспринимал его всерьез. Однако любую информацию он всегда проверял. В конце концов, Император был известен не только жестким нравом, но и умом и осторожностью: какими колкими словами он бы не награждал сына, его слова он услышал. Он ведь запомнил его предупреждение в прошлый раз, а не пропустил мимо ушей! Наверняка он позаботится о своей безопасности и безопасности любимых сыновей, его гордости.

Торр скривился. Для отца что Црагг, что Шионасс были почти гениями, а ещё сильными, решительными, с безукоризненной дисциплиной… ну и так далее. И прекрасные воспитатели для младшего брата — шрамы на боках и спине, полученные в детстве и юношестве от братьев, никуда не делись.

Как и шрамы после воспитания отца.

Ингисы не знают жалости и для вбивания дисциплины используют самые жесткие методы. Торрелину это, конечно, не очень-то нравилось, но что он мог изменить, будучи никем в глазах семьи?

Парень скрипнул зубами, снова медленно выдохнул.

Отец хотел информацию — что ж, он её получил. Впридачу Торрелину, кажется, удалось не выдать своих истинных — весьма собственнических — планов на Алатиэль. Пока что он мог облегченно выдохнуть.

Единственное, что его тревожило, — уже через три с небольшим месяца первому курсу придется высадиться на всех планетах по очереди для продождения практики. Ингис опасался, что отец может не отпустить друису обратно на корабль Астрокварты… И боялся, что заставлять её остаться он будет весьма сурово.

Как бы провернуть дело так, чтобы отец не узнал о присутствии Алатиэли в Империи? Особенно с учетом их планов покопаться в отцовской библиотеке. Хотя… скорее всего, никак. Это было невозможно. Видимо, в тот день, когда они спустятся на землю Громариса, ему придется начинать открытое противостояние с Императором.

— Звучит как абсолютно безнадежный план, — пробормотал парень.

В самом деле, что он мог противопоставить правителю всей Империи? После такого предательства отец явно решит избавиться от проблемного сына. Его угрожающий тон ясно дал это понять. Как бы и выжить самому, и защитить от Императора Алатиэль? Торрелин прекрасно понимал, что жизнь с его отцом попросту сломает девушку. Она привыкла быть рядом с теми, кто позаботится о ней, на кого она сможет опереться и положиться. На Орионте это была её семья и Наставник, в Академии — сам Торр, Вистра и, пожалуй, Амдир. Фригус хоть и оставался Ледышкой, но, будем честны, Ледышкой надежной.

Ещё было бы неплохо никого из них в это противостояние не втянуть…

Торрелин прикрыл глаза. Его внезапные чувства к друисе явно грозили им большими-большими проблемами. Но он, в отличие от Амдира, отказываться от них не собирался.

Впервые в жизни почувствовав тепло чужой души, девичье участие и нежность, он был намерен не выпускать из рук это сокровище.

Отец воспитывал его бойцом — вот пусть и разбирается с последствиями.

С этой мыслью ингис вернулся в комнату девушек, где его ждали.

Алатиэль встретила его взволнованным взглядом, трогательно приподняв брови.

— Всё хорошо?.. Торр, ты бледный…

Ингис через силу улыбнулся, усаживаясь рядом с девушкой, и слегка приобнял её.

— Он просил повторить то, что мы тогда услышали. Всё в порядке.

Амдир наградил его укоризненным взглядом. Фригус продолжал время от времени намекать парню на то, что Алатиэли стоит знать историю с Императором целиком, но Торрелин попросту боялся рассказывать ей, на краю какой проблемы они оказались. Да, когда-нибудь это придется объяснить, и, по-хорошему, до спуска на Громарис… Но не в этот момент.

Амдир, поняв, что сейчас ингис ничего не будет рассказывать, только поджал губы и снова уткнулся в ноутбук.

Вистра продолжала задумчиво царапать кусочек тенебрия, с большим интересом изучая остающуюся пыль. Кажется, отвлекаться на него она не собиралась.

— Он что-то ещё сказал? — тихо-тихо, почти касаясь губами его щеки, спросила друиса.

В её объятиях ингис потихоньку таял и расслаблялся после неприятного разговора. Хоть девушка и редко сама его целовала, она почти всё время (кроме занятий, разумеется) сидела с Торром в обнимку. Это оказалось для него неожиданно приятно и уютно.