Путями тьмы
Шрифт:
— Я услышал тебя, Старейший. — Асвель понимающе кивнул. — Я помогу. Вновь дам тебе божественной крови, подобной той, что некогда даровала тебе бессмертие и силы.
Он наотмашь провел острым ногтем по своей шее, и появившийся разрез набух темной кровью. Глаза Старейшего плотоядно расширились.
— И пусть вкус ее покажется тебе слаще вина, — добавил демон, улыбнувшись.
Он шагнул на встречу вампиру и распахнул свои объятья. Озахар, не в силах сдерживаться, бросился вперед и впился в шею Асвеля. Тот ласково его обнял, не без труда давя гримасу отвращения.
С глухим
Озахар выпил более чем достаточно, когда Асвель, уже не сдерживаясь, оттолкнул его. Вампир отступил, но дрожащие ноги не держали, и Старейший упал на колени. Он уже ничего не понимал, только мелко трясся и издавал сдавленные трудно различимые звуки.
— Переход в иное состояние почти всегда сопряжен с некоторыми неприятными моментами, — беспечным тоном сказал Асвель и повернулся ко мне.
— Идем, Хелла. Нам пора. Я даже оставлю жизнь этому жалкому вампиренышу, что сейчас нянчиться с тобой. Как извинение за то, что тебе пришлось отвлечь внимание Старейшего на себя.
Прежде чем Адриан среагировал на оскорбление, я вцепилась в его руку.
— Нет. Ты ничего не успеешь ему сделать, — сказала я.
— Не заставляй меня ждать, моя будущая королева, — повысил голос Асвель. — Старейший вот-вот умрет, а все его души нам необходимо сопроводить в ад лично.
Озахар действительно умирал. Он свернулся на полу, и кровавые пузыри взбухали и опадали на его губах. Амелия подняла голову, смутно понимая, что все идет не так, как надо, но Асвель коротко взглянул в ее сторону, и она вновь распласталась в поклоне.
— Я не хочу идти с тобой, ублюдок… — непроизвольно сорвалось с моих губ.
Я уже была слишком слаба, чтобы следить за изящностью формулировок отказа.
Довольно с меня дел Преисподни. Довольно демонов. Если до того, как Асвель спокойно наблюдал за моими мучениями и лишением крыльев, я, возможно, в свете предательства Андриана и могла бы дать слабину, могла повестись на безумные перспективы власти и манящие глаза демона, но сейчас я уже не хотела иметь с ним абсолютно ничего общего.
— Ты же видишь, что я ради нас сделал! — крикнул вышедший из себя Асвель. — Старейший — наш, и все благодаря мне! И ты не готова идти со мной?! Ты спятила?!
Он сел и приложил руку к груди умирающего вампира. И как раз вовремя, — тот испустил последний вздох и замер. Вокруг Асвеля начала закручиваться незримая, но ощутимая в воздухе энергетическая воронка. Ветер всколыхнул волосы, мазнул по лицу.
— Мне надоело. Хелла, иди же ко мне, — страшно произнес демон.
И разум застигла темная пелена.
Не помня себя, я оттолкнула Адриана и, покачиваясь, встала. Каждый шаг отзывался болью в покалеченном теле, но я упрямо шла вперед, оставляя за собой кровавые следы.
Нужно идти. Я должна.
Хозяин попытался мне помешать, но я ударила когтями наугад и те пропороли его плечо. Больше от изумления моим поступком, чем от боли, он осел, прижимая ладонь к ране.
Где-то глубоко внутри, про себя, я
просила у него прощения.— Хелла, — я слышала голос Адриана так, словно он был очень далеко, — Хелла… я умоляю… нет, я приказываю тебе, стой!
Приказываю…
Позвонки оледенели. Ноги остановились сами собой. Что происходит?
Кожу сдержанно обожгло, и в голове вспыхнул образ Нечестивейшей матери. Клятва именем Лилит, данная Адриану, эта необдуманная клятва послушания обошла все чары Асвеля и заставила меня повиноваться.
Воронка вокруг Старейшего бешено закрутилась и засияла голубоватым слепящим светом. Он застил фигуру Асвеля, а громкий гул поглотил все окружающие звуки.
Я инстинктивно прикрыла ладонью глаза, а затем ухнула назад, схваченная поперек живота сильными руками.
Адриан, извергая проклятья, оттаскивал меня подальше от неистовства силы у подножья трона. Мгновение, и мощным порывом ветра нас сбило с ног, а огромный столп нестерпимого света больно обжег глаза.
Мы рухнули, прокатились по полу, и я неожиданно оказалась прижата животом к торцу одного из саркофагов. Боли от удара я почти не почувствовала.
Свет потух. Зал погрузился в полный мрак. Светильники, увы, не выдержали испытание бедствием, а зрение все никак не могло восстановится после вспышки, и выдавало цветные расплывчатые пятна.
Асвелю пришлось провести передачу душ без меня. Что ж, пусть там, в аду, подбирает себе новую королеву. Я же найду укрытие и затаюсь. Не может же он искать меня вечно.
Я ощутила на своем плече слабый поцелуй. Адриан, все это время обнимавший меня сзади, спросил:
— Ты в порядке?..
— Какой, нахрен, здесь может быть порядок, — глухо отозвалась я.
Мне была приятна близость вампира, но останься у меня силы, я бы вырвалась из его рук. Слишком еще ярки воспоминания о Каиновых путах.
— Что это было?
— Демон по имени Асвель только что отправил в ад души, что скопил Старейший, и сам отправился туда же. Надеюсь, навсегда.
Больше вопросов вампир пока не задавал, но это был лишь вопрос времени. Но нужно ли мне теперь отвечать?.. Отныне я вольна разорвать контракт и навсегда исчезнуть из его жизни.
Мы лежали и терпеливо ждали, когда к нам вернется зрение. В зале стояла абсолютная тишина. Амелия, вероятно, или мертва, или еще не пришла в себя. Что ж, если она выжила и собирается стать для нас проблемой, я помогу ей отправиться к любимому Озахару.
Если мне хватит сил встать.
— Странно… — пробормотал вдруг Адриан.
— Что именно ты находишь странным? — уточнила я.
— Я уже чувствовал что-то вроде этого, когда лежал в саркофаге, но тогда не смог сосредоточить свое внимание… Мой амулет из оникса, который связан с Деви через кровь… Как будто со мной пытаются связаться… Как будто она… не так далеко.
— Или… Очень близко, но слишком обессилена, чтобы установить связь? — предположила я, криво усмехнувшись.
В конце концов, мы лежали около нескольких гробов, в которых держали вампирских преступников. Мое предположение просилось само собой, хотя смысл перевозки заключенной именно сюда пока оставалось загадкой.