Чтение онлайн

На все мои уговоры дать волю эмоциям она лишь молча кивает головой. И успокоительные в совокупности со специальными снадобьями, которые должны быстрее помочь оправиться от подобных тяжелых последствий, не помогают ей выплеснуть скопившиеся чувства наружу.

Ни Стейндмонд Рейнхарт, не отходящий от Елены ни на шаг и все время убеждающий ее в ее же невиновности; ни Хедвиг Палм, делающий тоже самое — никто из них не пробивает эту стену молчания и глубокой печали в некогда ярких, живых голубых глазах, ныне ставших похожими на два блеклых осколка неба.

Чьи-то всхлипывания разбудили меня. Сонными глазами осматриваю местность. Стен крепко спит, Лена плачет, а Хедвиг,

который несет ночную вахту, успокаивает ее и нежно прижимает к себе.

— Я убийца. Жестокая и бездушная убийца. Я вас всех убила, — сдавленно бормочет девушка.

— Успокойся, это был кошмар. Сон. Не явь. То что нереально и никогда не происходило, — мягко убеждает ее охотник, не выпуская из своих рук.

Пристально смотрю на них. Он заметил меня и жестами просит не беспокоиться об Избранной и ложиться спать дальше.

Ложусь обратно, а на сердце неприятный осадок. Хедвиг в последнее время стал слишком нежен и заботлив по отношению к Избранной. Порой мне кажется, что это он делает не из сострадания, а из любви к девушке. И это сильно тревожит, поскольку я не хочу его отдавать Избранной. Он слишком дорог мне, чтобы я позволила ему достаться той, кому он безразличен. А со мной будет счастлив.

******

Я окружена. Инбер, Белли, Стен, Кейв, Хедвиг — все обращаются в оборотней и громко рычат. Миг, и они накинулись на меня. Громкий хлопок взрыва. Дым рассеивается, и я вижу окровавленные покаленные трупы. Но не в виде оборотней, а в их обычных человеческих обличьях. Я их убила. Становится трудно дышать, сердце сжимается от боли, и я резко просыпаюсь. Уже в которой раз этот кошмар мучает меня. Ночь за ночью я вижу один и тот же сон, где убиваю всех. И ни одно из успокоительных снадобий Белли не помогает прекратить это.

Ком в горле мешает дышать, взор затуманивается, и я начинаю плакать, уткнувшись в подушку. Когда поток слез наконец-то иссяк, а подушка основательно промокла, я попыталась успокоиться и уснуть.

Утром я впервые проснулась бодрой и отдохнувшей, поскольку после моих ночных рыданий стало легче. Значительно легче. Я поняла, что прошлого не изменить, а мои страдания не вернут Инберу жизнь. Он был убит оборотнем, а лишь уничтожила нечисть. Бездушную и жестокую. Ту, для которой уже не существовала ничего, кроме жажды крови.

После подобных мыслей, впервые посетивших меня после всего случившегося, я впервые вздохнула полной грудью и поняла, что кризис миновал. А здравый смысл, утверждающий, что я должна быть сильной, дабы не допустить появления смертельной опасности для оставшихся членов экспедиции, наконец-то восторжествовал. Теперь я буду сильной и буду защищать тех, кто мне дорог. Я буду сражаться не только за Тэлум и шанс вернуться домой, но и за Стена, за Белли, и даже за Хедвига, который так дорог целительнице и который все это так время искренне заботился обо мне.

С улыбкой на лице желаю ребятам доброе утро, и горячо благодарю их за поддержку. Быстро провожу все необходимые утренние ритуалы, а затем интересуюсь, сколько дней я была в столь неблаговидном состоянии.

— 5 дней и одну ночь, — ответила целительница и заботливо предложила укрепляющий отвар.

Я поблагодарила за проявленную заботу и отказалась, сказав, что я уже полностью восстановила свои силы.

Утро прошло в приятной атмосфере всеобщей радости и веселья. И радовались не только моему возвращению в прежнее состояние, но и тому, что уже к вечеру мы должны выйти к окраине Темного леса и вступить на равнину, где будет гораздо меньше трудностей и препятствий.

Время до полудня тянулось долго, однако сразу после обеда оно полетело

стремительно. И к вечеру, когда солнце находилось на середине расстояния между горизонтом и зенитом, сквозь стену деревьев показалась равнина. Бескрайняя и чуть холмистая местность с зеленой травой, редкими кустарниками и бескрайним простором. Она была освещена приветливыми лучами дневного светила, которые после мрачного Темного леса с его серым светом, делали равнину такой изумительно красочной и прекрасной. Темный лес заканчивается, порадовав в последние дни полным отсутствием разломов, и уступает дорогу открытому пространству, где даже дышать было проще и приятнее, а воздух казался чище.

Привал с ночлегом мы устроили уже на территории равнины. И даже смогли разбить палатки с полноценными условиями для комфортной жизни в походе. Сделать это было легко, поскольку палатки, как еда, запасное оружие (стрелы, кинжалы, мечи и многое другое), карты, лекарства и все необходимое для осуществления нашей экспедиции хранилось в особых металлических капсулах-брелках. Эти небольшие по своим размерам артефакты служили чем-то вроде пылесосов, которые затягивали вещи к себе во внутрь, не причиняя им абсолютно никакого вреда. Пользоваться этим достижением научной мысли Светлого королевства может абсолютно любой, вне зависимости от наличия у него магии, поэтому вся поклажа членов экспедиции хранилась только подобным образом. Каждый участник мероприятий по поиску артефакта имеет по нескольку таких небольших помощников и хранит их подходящим для него способом: на поясе, на браслете, на цепочке. Я предпочла браслет, на котором серебристые брелки, некоторые из которых были украшены чеканкой, смотрелись как шармы. Ну а что? Девушка всегда остается девушкой. При любых условиях, будь то бал во дворце или поход по поиску очень важного артефакта.

Желая разнообразить атмосферу усталости от постоянных сражений, моего недавнего уныния и в целом, чтобы сделать эмоциональную разгрузку, предложила сделать сегодняшний ужин праздничным, а затем поиграть в какие-нибудь игры, шарады. Все одобрили мою инициативу, и поэтому наша вечерняя трапеза исключительно разнообразными вкусностями, праздничными блюдами, и буквально немного — самая малость — пряным напитком с низким содержанием алкоголя. Он то и придал нам легкости, раскрепощённости и немного озорства.

Когда шарады и различные интеллектуальные игры всем наскучили, мы перешли к более интересным вариантам. Первым выступила игра, очень схожая с земной игрой «Правда или действие», только здесь называлась она по-иному. Но суть одна и та же, поэтому мой мозг упорно отодвигал на задний план слова «правда» и «действие» на языке Светлого королевства и заменял их на привычные земные.

Партеры выбирались произвольно, по желанию самого игрока. От идеи использовать жеребьевку, посредством артефактов, оставшихся еще со времен наших утренних тренировок, которые сейчас уже никто не проводил, большинством голосов отказались.

Начали с Беллавии, которая и предложила провести эту игру. Она выбрала Хедвига, который на вопрос «Правда или действие» выбрал первое.

— Брюнетка или блондинка? — спросила целительница.

— Блондинка, — не задумываясь, ответил тот и посмотрел на меня.

Странно, мне казалось, что ему нравятся брюнетки. Он ведь даже как-то об этом сам обмолвился. Но сейчас это не важно, поскольку Охотник, сидящей возле Белли, задает мне заветный вопрос. Я выбираю правду, ибо страшно представить, какое действие может придумать мужчина, до недавних пор недолюбливавший Избранную в моем лице.