Путь Долга
Шрифт:
– Это не армия мятежников, - влезать было боязно, но если сейчас не перебить Карла, он так и будет себя накручивать, уж это Фолио знал доподлинно. Но все равно взлетел повыше и подальше от разгневанного монарха, откуда и пояснил: - Это праздник в честь очередной годовщины Гаэсского Чуда.
– Вот как? То есть столько лет не праздновали, а тут вдруг спохватились. И, видимо на радостях, забыли, что до годовщины еще как минимум два месяца. Что за бред?! Геквертиш, Поль, как ты вообще допустил подобное? И не рассказывай мне сказки про мирный праздник! Ты должен был раздавить этих мерзавцев сразу, пока
– Ваше величество, я виноват и прошу принять мою отставку, - медленно и торжественно канцлер снял с шеи медальон, служивший одновременно и знаком власти и печатью и еще кучей всего, - я не смогу справиться с ситуацией.
– Поль, ты заболел?
– Карл обескуражено взглянул на первого помощника.
– Там Рик, - тихо промолвил тай-Гивер, не отрывая взгляда от столешницы, - я не смогу отдать приказ.
– Великолепно!
– король выглядел скорее обиженным, чем рассерженным, - что вы скажете, сэр Дитрих?
– Как лорд-хранитель Доужа, я должен напомнить, что арестован мой вассал, которого я обязан защищать, - меланхолично протянул тай-Мориц, - Да и я ему жизнью обязан, если кто забыл.
– Жалкие предатели!
– не выдержал маг, - Ваше величество, возьмите королевский полк и сделайте это сами!
– А как лорд-маршал, - тай-Мориц словно бы и не заметил выпад Фадиуса, - я должен напомнить, что возглавляет мятежников один из сильнейших магов страны. А если там и дружина Ривертэйна, то королевский полк ляжет полностью. Поверьте, я видел черно-синих в бою.
– Разрушитель сбежал?
– Я имел в виду леди Тианамирею тай-Ривертэйн, - пояснил герцог.
– Откуда она только вылезла, - проворчал уязвленный маг, - год о ней ничего слышно не было, и тут на тебе.
– А я, между прочим, предупреждал, - не удержался Фолио.
– И чего она хочет?
– хмуро поинтересовался король, - с ней вообще хоть кто-нибудь разговаривал?
– Разумеется, - кивнул маршал, - а хочет она справедливого разбирательства. Пока что ничего большего.
– А где Разрушитель? И что это вообще за авантюра с обвинением? Кто посмел?
– Разрушетель до сих пор в подземелье королевской тюрьмы, - пояснил Хранитель Традиций, - Приказ об аресте подписан королевским прокурором и скреплен малой печатью.
– Что за бред? Да если бы Даркин хотел устроить переворот, то разнес бы дворец по камню, а не сидел себе преспокойно в камере!
– взорвался тай-Мориц.
– Не скажите, - возразил хранитель из глубины кресла, - обвинения выглядят достаточно весомо. Если они подтвердятся, это государственная измена, вполне. Одни только записи тай-Шергана, недавно обнаруженные в материалах дела...
– Бред!
– лорд-маршал вскочил, - Я вел это дело, растопчи вас дракон! И никаких свежих записей там быть не может! Мы нашли все, что только возможно!
– И, тем не менее, записи подлинные, - продолжал настаивать герольдмейстер, - почерк опознали. И там прямо говорится о стремлении свергнуть династию и активном участии в этом барона Ривертэйна.
– А что с доказательствами?
– вмешался тай-Тирон, пытаясь прекратить ненужный спор.
– А ничего, - старичок развел руками, - насколько я знаю, получить признания самого барона так и не
удалось. Но, возможно, моя информация устарела.– Приведите сюда прокурора!
– Карл раздраженно подергал себя за ус.
Вспомнив, что комната защищена от прослушивания и вообще любой магии, король выругался и, разомкнув заклинание на двери, передал приказ страже снаружи.
– Итак, у нас есть Разрушитель в темнице, войско мятежников под Гайтстатом, волнения в Киане и недоказанное обвинение в государственной измене. Что делать будем, господа советники?
– Ситуация, конечно, неприятная, - осторожно начал главный казначей, - и, думаю, канцлер меня поддержит, неприятная, скорее, в политическом смысле.
Лорд-канцлер (уже бывший, поправился Фолио) хмуро кивнул на амулет, что так и лежал посреди стола, а затем откинулся в кресле, скрестив руки на груди.
– Хм, ну тогда я поясню. Война нам, конечно, не нужна, это сплошное разорение!
– всплеснул руками Хомяк, - а вот то, что имущество мятежников отходит короне... это хорошо. Таким образом, наша задача - доказать виновность тай-Ривертэйна. И доказать на открытом суде, чтобы ни у кого не возникло сомнений. Тогда эти... празднующие сразу становятся мятежниками, да и сторонников потеряют изрядное количество. Конечно, потом их можно будет простить.. некоторых, и даже вернуть земли... возможно. Но не всем. Лучше всего, конечно, чтобы барон во всем признался сам - это будет беспроигрышный вариант.
– Не дождетесь!
– злобно бросил тай-Мориц.
– Да, - кивнул герольдмейстер, - с этим, боюсь, не выйдет. Маг спрятался в камере и окружил себя каким-то облаком так, что к нему подойти невозможно. Таким образом, наиболее действенные средства получения признаний исключаются. С другой стороны, его ведь можно использовать как заложника.
– Не уверен, - тай-Тирон в задумчивости крутил на пальце кольцо лорда, - вполне может быть, что это провокация. Я слышал, леди Ардивенто и сэр Кат в ссоре и последний год она пряталась не только от нас, а в первую очередь, от мужа.
– А сейчас тогда чего вылезла?
– Фолио тоже слышал, более того - знал доподлинно, и потому недоумевал.
– Хороший вопрос. Вполне может статься, что взяв Лорда Разрушения в заложники, мы сыграем на руку огненной леди. Она разом избавится от мужа и получит явное основание для мести.
– Это если ваши предположения верны, - заметил король.
– Это если мои предположения верны, - кивнул Паук.
Дверь тихонько скрипнула.
– Эван тай-Моррингейн, королевский прокурор, по вашему приказанию доставлен, - гвардеец коротко поклонился и скрылся за дверью.
Вздохнув, Фолио вновь пошел ставить защиту. То есть не ставить, конечно, а всего лишь активировать. Заклинания дворца создавались вместе с самим зданием и являлись его неотъемлемой частью.
– В..вы звали, ваше величество?
– прокурор выглядел... бледно.
– Звал!
– рявкнул Карл, - объясните, какого стрикха вы арестовали барона тай-Ривертэйн?! Или вы не знаете, что все обвинения в государственной измене подписываются лично мной? Что это за самоуправство?!
– Н-но... его высочество... лично, - лепетал несчастный придворный, - да и все знают, что вы э-э-э...