Принцип "Земля"
Шрифт:
Во второй половине дня он заметил, что за ним следят. Чтобы убедиться в этом он вспомнил киношные трюки и остановился у торговки, затем возле чистильщика обуви, отойдя от которого он втерся в поток людей, пересекающих мост. Однако у самого начала моста, он заметил сбоку ступеньки, ведущие на набережную. Аккуратно вымешавшись из толпы, он скользнул вниз. Но на набережной совсем не было многолюдно, оставалось только свернуть под мост. Однако и здесь его ждало разочарование: пройти под мостом было нельзя. Основание моста, переходящее в округлый свод, сужалось,
Не то, чтобы идти назад, но даже выглядывать на лестницу Ярику не хотелось. Стоять — означало играть против времени. Выход был один. Несколько метров он преодолел крабиком по узкому выступу фундамента и оказался на другой стороне опоры. Здесь он надел кофту, которую после испарения утренней зяби таскал в руках, шапку напротив скомкал в карман и пошел вдоль набережной. По первой лестнице он снова поднялся вверх и нырнул в толпу, стекающуюся в подземку метро.
Однако уверенности, что он сбросил хвост, еще не было, и на метро он не поехал. Выйдя через противоположные двери, он поймал карету и уехал из Мехико в соседнюю Джакарту. Теперь ему казалось, что он, наконец, оторвался.
Вечером снова пришлось искать отель, поскольку город так и не выпустил его из своих цепких закоулков.
Позвонил Егор. Пришлось оправдываться и настаивать, чтобы они его не ждали и выдвигались сами. План работ все знают.
— Ты сам-то где есть? Не пойми не правильно, но мы уже за тебя начинаем волноваться, — напирал Егор. — Ты собираешься сюда лететь?
— Уже пробовал, но из одного аэропорта вылетел, в другой сюда же приземлился.
— Это ты надо мной сейчас прикалываешься или это над тобой так пошутили?
— Да я не знаю, здесь сплошные приколы, — уже не выдерживал и Ярик. — И вообще, сам не могу понять, что это за дыра. Как сюда попал, толком не помню, выбраться не могу.
В этот момент Ярик вспомнил пустыню, бегущего себя, жидкие заросли и город вдали. Еле восстановив в памяти, что был еще и истеричный якобы спаситель, он зафиксировал факт, что в этот город он вошел пешком из пустыни.
«Значит, можно и выйти! Обратно в пустыню? А там что…?» — ну успел додумать мысль Ярик.
— То есть ты не в Париже уже? — продолжал разговор Егор.
— Я там и не был, — удивленно ответил Ярик. — Кто вам сказал, что я в Париже?
— Как это не был? Мы решили что ты…
— С чего это?
— Ну, Эйфелева ба…
— Здесь есть не только Эйфелева башня, но и Кёльнский собор, и Музей Гуггенхайма и даже филиппинский Воздушный рай, который реально уже лет пять, как развалился во время землетрясения.
Егор стал подозревать, что Ярик не в себе, и только хотел сказать ему, что он бредит, но Ярик перебил мысль.
— Слушай, попробуй ты найти меня через Око. У тебя же есть мой идентификатор? Я сейчас подключусь к системе. Я сам себя не вижу. Потом позвони, расскажешь, что получиться.
Сам же Ярик за ужином стал перебирать в голове все мысли и события за последние
два дня.«Одуреть. Два дня уже!» — думал он.
Вспомнилась торговка со своим странным ответом по поводу аэропорта «Смотря вам куда, туда или обратно». Теперь ее многозначительный жест не выходил из головы Ярика и казался весьма конкретным.
«Не могла же она без основания задать такой вопрос? — думал Ярик. — Значит, все-таки есть возможность отсюда выбраться. Хотя, кто знает, что она имела в виду?»
Но сомнения меркли, перед мыслью, уже ставшей мечтой, выбраться отсюда. Вырисовывался план действий на утро.
Егор позвонил и сообщил, что не может точно определить его место нахождение.
— Яр, а ты откуда летел? — спросил он.
— Я летел с пересадкой через Каир, — сообщил Ярик.
— Ну, тогда ты потерялся где-то на полпути.
— Это я и сам знаю. Только это самое «где-то» уж больно растяжимое. Я не вижу себя даже с точностью до пяти градусов широты.
— А что ты там делаешь?
— Пытаюсь разобраться, где я, и придумать способ выбраться отсюда. За мной, кстати, уже была слежка.
Позавтракав, Ярик вышел на улицу и подошел к первой же попавшейся коробейнице:
— Не подскажете, как добраться в аэропорт?
— А вот, на метро, две станции всего. Или хоть на автобусе.
— Только мне в аэропорт, чтобы туда, — многозначительно уточнил Ярик, попытавшись повторить жест той самой, первой булочницы.
— То есть? Что значит «туда»? — подозрительно прищурив глаза, спросила коробейница.
— Нет, нет. Ничего. Благодарю Вас, — поспешил закончить разговор Ярик и удалиться.
«Хм, значит, „благодарю“ у них здесь как валюта не котируется! — мысленно отметил он. — И торговки разные. Эта либо не в теме, либо не из простых, больно подозрительная».
На другой стороне площади он попытался еще раз узнать то же самое, но снова нарвался не на того собеседника.
«Ладно. Поедем туда, откуда я прилетел в Париж», — решил Ярик.
Как назло, он не мог припомнить ни одной известной достопримечательности с того места.
«Там мне предлагали метро и автобус. Шестьдесят первый автобус! — вдруг он вспомнил. — Это то, что нужно».
По схемам города он определился, куда ему нужно попасть, чтобы сесть на шестьдесят первый автобус. И таким образом он снова оказался в той самой точке, где этот навязчивый город ему стал казаться странным. Он вспомнил, с чего все началось.
На картах город выглядел вполне обычно: прямые улицы, площади, дома… Из них нельзя сделать вывод, что, идя прямо, можно попасть в то же место, откуда начал идти.
«Я либо сойду с ума, либо выберусь отсюда! — подумал Ярик. И эта мысль его напугала еще больше, чем мысль, что он жив. — Те люди, что здесь есть. Они здесь откуда? Не смогли выбраться и сошли с ума? Торгуют теперь булочками за спасибо!»
Но к своему сожалению, Ярик не встретил здесь той булочницы, которая в прошлый раз посоветовала ему взять карету.