Чтение онлайн

– Очень давние, - подтвердил он.
– Изначально Белинда была подружкой моей двоюродной сестры. Когда им было по двенадцать, а мне - два, они играли мной в дочки-матери наряду с соломенными куклами. Позже, повзрослев, кузина вышла замуж и уехала жить куда-то в одну из южных провинций, а Белинда перебралась сюда, в Виндсхилл. Когда мне стукнуло пятнадцать, именно она помогла мне найти мою первую работу в городе. В общем... Белинда мне почти как сестра. А я для неё, наверное, что-то вроде младшенького племянника.

Кэб дёрнулся, останавливаясь, и это избавило меня от необходимости ответа. Тем не менее

я успела отметить про себя, что рассказ Джера вызвал во мне странное чувство облегчения. Я не понимала точно, где крылись корни этого ощущения, но для себя решила, будто просто была рада за Джера: хорошо, что у него, такого сложного и противоречивого, всё же был близкий друг, да ещё такой, как Белинда.

Антикварная лавка на вид оказалась совсем невзрачной: если бы не точный адрес, я бы никогда не заприметила скромный знак, висевший над входом. Однако когда мы вошли, душа тотчас воспылала новой надеждой.

– А здесь у нас могут быть шансы, - озвучил мои мысли Джер.

Помещение было куда больше, чем его можно было вообразить снаружи, десятки полок буквально дышали стариной.

– Чем могу помочь?

За стойкой показался старичок, всем своим видом олицетворявший классического библиотекаря: седые до белизны бакенбарды и густая стриженая бородка, глубокая залысина на темени, круглые очки, жёлтый полосатый жилет и добродушная улыбка.

– Мы ищем рукописи, - отозвался Джер.
– Примерно столетней давности, преимущественно медицинского или натуралистского характера... и желательно на илае.

– Коллекционеры?
– понимающе улыбнулся старичок и пожевал губами.
– Начало века, медицина, илай?.. Хм... пожалуй, мне есть, что вам предложить.

С этим он провёл нас к одной из дальних полок и, немного поводив пальцами по корешкам, наконец бережно вытянул на свет журнал, обтянутый кожей. Я едва сдержала удивлённый и радостный вздох: томик был просто невероятно похож на те, что сейчас покоились где-то в тайнике у Акко.

– Не совсем медицина, к сожалению, но, кажется, натуралисты вам тоже подходят?
– уточнил хозяин лавки, передавая Джеру журнал. Тот раскрыл его на первой странице, и мы оба одновременно воскликнули:

– О, боги!..

– Чёрт меня дери!..

Старичок хмыкнул, обращая укоризненный взгляд на Джера.

– На вашем месте, молодой человек, я бы брал пример с жены, когда дело касается выражений.

– Я не...
– машинально начала я, но тут же осеклась.
– ...не могу научить его следить за этим.

Хозяин лавки был прав: если сопровождавшего меня мужчину трудно было назвать отцом или братом, то я неизменно должна была оказаться его женой. Других вариантов просто не существовало для приличной женщины. Вот только могла ли я в последнее время считать себя таковой?.. Перед глазами промелькнули бесчисленные купе, гостиницы, дни и ночи, проведённые с ним наедине. Джер, расшнуровывающий мой корсет, чтобы отыскать на моей спине дьявольские отметины; Джер, израненный и полуобнажённый, приникающий к моим губам...

– Дорогая, - здесь, в настоящем, он сжал мою ладонь, стремясь привлечь моё внимание. Не сразу я поняла, что его обращение было вызвано всего лишь предосторожностью и нежеланием раскрывать старику моё имя. А потом вспомнила, что именно увидела на титульном листе журнала,

и, всё ещё до конца не веря, перечитала рукописные строки: "Дж. Дж. Боуфорд. Кшахары, от истории до современности".

– Оригинальная рукопись?..
– с трепетом прошептала я, и старичок усмехнулся.

– Да, моя милая. У меня всё - только в оригиналах.

– Есть что-то ещё из его работ?

– А вы, я вижу, редкие ценители, - одобрительно качнул головой старик.
– Боуфорда немногие знают. К сожалению, у меня только одна его рукопись, но вы, наверное, и сами понимаете: у Боуфорда их вообще было немного.

"По крайней мере, тех, о которых известно", - мысленно поправила его я, а вслух сказала:

– Эту мы возьмём. Есть ли ещё что-то подобное?

Покопавшись на полках, старичок в конце концов выложил перед нами шесть разномастных журналов.

– Вот эти два - самое начало века, Огюст Уилфрен, натуралист. Изучал преимущественно фауну Северной Аркании. Здесь - Альфред Нолан, химик, а ближе к старости - уже алхимик. Если не ошибаюсь, он стремился раскрыть секрет эликсира молодости...

Пером Нолана было написано четыре журнала, и подпись его была достаточно неразборчивой, чтобы не суметь выделить среди закорючек хоть какие-то буквы. Да ещё алхимия, псевдонаука, боготворившая илай... Я воодушевлённо оглянулась на Джера, и тот согласно кивнул.

– Мы возьмём Боуфорда и Нолана, - вынесла вердикт я.

– Семьдесят норинов, - отозвался старик.

Джер аж вздрогнул от неожиданности:

– Сколько??..

Я шикнула на него и достала из-под плаща изрядно отощавший за последнюю неделю кошель. А отданные семьдесят норинов оставили в моём распоряжении и вовсе не больше пары десяток.

Старичок, пакуя наше приобретение, теперь всё больше посматривал на меня не то с непониманием, не то с осуждением. Запоздало подумалось, что мне стоило отдать Джеру деньги перед нашим походом: женщина, самостоятельно расплачивавшаяся за покупку в присутствии мужа, выглядела как минимум странно.

Видимо, решив как-то смягчить ситуацию, Джер приобнял меня за плечи и доверительно сообщил антиквару:

– Моя супруга - страстный коллекционер. Представьте себе, всё, что я выдаю ей на платья, она тратит на покупку древних рукописей.

Старичок улыбнулся.

– Ну, скажу вам, это всё же лучше, чем если бы ваш дом был сверху донизу забит шляпками. Я сам вырастил двух дочерей и знаю, что это такое...

До выхода Джер проводил меня под руку, будто заправский кавалер. И даже на улице он не прекратил свою игру до тех самых пор, пока мы не поймали кэб. Тогда он помог мне подняться на подножку и, лишь скрывшись в экипаже, отстранился от меня и непринуждённо уселся напротив.

– Каков наш дальнейший план?
– уточнил он, и я, сорвав с упаковочной бумаги печать магазина, вынула рукопись Боуфорда и протянула её Джеру.

– Пожалуйста, спрячьте это у себя на время, - попросила я.
– Ордену полагаются только журналы Нолана, и будет жутко обидно, если я вдруг собственноручно разоблачу свой обман перед ними.

– А настоящие рукописи? Думаю, их мне тоже будет лучше забрать у Белинды.

Я качнула головой.

– Они никогда не были у Белинды. Акко помог мне спрятать их в надёжном месте.