Чтение онлайн

Отряд действительно двигался на удивление легко, Майорин с Лютой даже начали переживать, что же Цитадель так прохладно относится к своим врагам, не кидается в оборону, не подстерегает в кустах. Вон те ивовые, как раз хорошо подходили для засады. Вслух ничего не говорили естественно - боялись сглазить. Впрочем, отряд двигался пока по нейтральной территории, которую Владычица сейчас почитала за Инесскую. До Уралакского хребта еще было верст сто, и то если напрямую, а напрямую можно было исключительно лететь, не перелезать же через каждое болото или речушку.

Первая

неожиданная встреча состоялась в маленькой деревушке, которой даже на карте не было. Они подъехали к ней около полудня и Люта сообщил, что так уж и быть, здесь они останутся до завтрашнего утра.

Деревушка дано была занята инессцами, в охрану селянам выделили старичка-колдуна, который не мог скакать на лошади или весь день вышагивать по лесу, но вполне бодро размахивал руками и произносил заклятия. Поговаривали, что отсутствие зубов и особенности речи, сделали его колдовство непредсказуемым, а от того еще более страшным.

– Теплая вода!
– мечтал Льерк, сползая с коня и потирая спину.

– Теплая постель!
– вожделел другой чародей, примериваясь к чересседельным сумкам.

– Куда!
– оборвал их мечтания Люта.
– Так, с коней не слазить, ждите, и на открытое место не лазьте. Майорин, Борец проверьте дома и дворы, если что сигнал выпустите и бегите оттуда. Остальным стоять. Льерк со мной, округ обойдем. А ты куда?

Девушка, которой казалось, что она весьма незаметно скатилась с лошади, потупилась и насуплено вздохнула.

– В седло живо! Следите, чтобы смирно сидела.

– Надо будет, затащим назад.
– Хихикнул один из колдунов, - могем даже к себе в седло взять.

– Ну!
– одернул его Люта, мельком глянув на Майорина, тот, как ни в чем не бывало, привязывал повод к луке седла соседа. Айрин фыркнула и влезла на лошадь, глядя на командира волчицей.

Борец, который большую часть дороги шел в звериной ипостаси, уже что-то вынюхивал у ворот. Майорин прикрыл меч плащом, надвинул на брови шапку и махнул рукой. Оборотень тут же подобрался и потрусил следом, ни дать не взять верный пес, сопровождающий одинокого путника. Только больно этот пес походил на крупного волка.

Деревенька была в одну улицу, тянущуюся вдоль реки. На снегу виднелись следы лошадиных копыт и саней, снег не сыпал уже дня три, так что сложно определить степень свежести.

У каждого дома - свои ворота, будто селяне опасались больше друг друга, нежели пришлых.

– А мы взяли и пришли.
– Сообщил воротам колдун, берясь за дверной молоток. Лавт так увлекся игрой в собаку, что задрал лапу и пометил воротный столб. За этим занятием их и застал хозяин двора.

– Эй! Чего это твоя псина делает?

"А она не моя!", - чуть не брякнул колдун, но одумался:

– Борец, нельзя.

"Я тебе покажу нельзя, очень даже можно", - прочитал он во взгляде оборотня, тот задрал хвост и потерся боком о ноги колдуна, одновременно наступая лапой тому на мысок сапога.

– Здрав будь, отец.
– Вежливо начал Майорин, спихивая оборотня, Борец послушно убрал одну лапу и тут же взгромоздился другой, - на постой возьмешь?

– А кто

просится?
– спросил хозяин, оглаживая седую бороду.

– Путник пришлый, набрел вот на вашу деревеньку, спокойно ли ныне?

– Да чего уж нет... Все как обычно, вот уже месяц как никто не заглядывал.

– А чьи же сани?

– Дык за хворостом ездили, да за зверем пуховым.
– Это вполне могло быть правдой, подобные деревеньки жили в основном охотой, тут особо не посадишь да не посеешь, на болотине.
– Вчерась мужики как раз вернулись, соболя добыли, лису, рысь... Хороший год вышел - зверья много.

– Эй! А куда девка делась?
– встрепенулся кто-то из спутников "девки", обнаружив пустое седло.

Услышав это, Айрин замерла в кустах, а потом плюнула и пошла дальше. Последнюю версту она мужественно терпела, а на столь желанной стоянке Люта посадил ее обратно в седло. Не сообщать же двадцати четырем мужикам, что ей приспичило в кусты. И не именно сейчас, а еще полчаса назад, вот только заговорить об этом... она не то чтобы постеснялась... просто из-за нее они и без того останавливались уже трижды. Живот безжалостно крутило - естество напоминало, что она женщина.

Не успела Айрин затянуть, как следует, пояс и оправить рубаху, позади хрустнула ветка. Девушка торопливо одернула доху, присела и лишь тогда оглянулась.

– А с чего бы им не пропасть!
– досадливо вещал голос.
– Не люди, а звери какие!

– Не обижай зверя! Зверь он полезен и нужен.
– Произнесено было то таким тоном, будто в продолжении замолчали: в отличие от тебя. Айрин напряженно всмотрелась в лес, снег больно мерцал в дневном свете. Два парня шли бок о бок, один тащил на себе санки, другой беззаботно шагал рядом, продолжая рассуждать.

– Зверь он что... шкура, мясо, сало, кожа. Сколько пользы...

– И красивый... бить не жалко?

– Сразу видно, городской ты, не обвыклый к лесу. Жалко у пчелки, а у нас надобность! Ну ка тихо! Там кажись стоит кто!

– Кажется...
– буркнул второй, но примолк. Айрин понимала, говорят про нее. Сочла, что таиться дальше глупо, выпрямилась и не таясь пошла к ним. Она признала голос "не обвыклого к лесу" парня, вот только гадала, что он тут делает.

– А...

– Весса.
– Представилась девушка, протянув менестрелю руку, Валья недолго постоял с открытым ртом, потом составил мысли одну на другую и пожал девушке ладонь.
– Давно не виделись...

– Ага, очень, даже имя забыл.

Валья приехал два дня назад с братьями Фотиевичами. Выяснилось, что воевода отправил их наперерез - предупредить: на подступах к Гаарскому перевалу видели магов, Ерекон просил если не разминуться, то быть готовыми. А сегодня поутру менестрель напросился с одним из местных парней на рыбалку, клянясь написать балладу. Теперь Валья клял себя, рыбалку и свой вертлявый зад, неспособный усидеть на месте, но к полудню изрядно подмерзший. Ему оказалось чуждо ленивое ожидание клева и неторопливое вылавливание лещиков, подлещиков и плотвы. Он и различал их с трудом - в супе все равно куски плавают.