Чтение онлайн

Сегодня по темному небу плыли красноватые облака. Как будто блики углей от нашего костра долетали до них, слегка подкрашивая.

– Я где-то слышал легенду, - подняв глаза к небу, вдруг нарушил молчание водяной, - о том, что такие облака на краю земли лепят бессмертные короли из своей крови.

– Красиво... интересно - откуда эта легенда пошла?
– поинтересовался Владомир.

– Как и все легенды - из ниоткуда, точнее из людских фантазий.
– Единорог появился совершенно бесшумно за моей спиной и положил голову мне на плечо, чем подтвердил еще одну легенду.

– А говорят - единороги подходят только к невинным

девицам?
– я, улыбаясь, глядела на лешего снизу вверх.

Сагитт на это только раздраженно махнул хвостом, и отвечать на провокационный вопрос не стал.

– Ты знаешь легенду о королях?
– заинтересовалась я.

– Знаю, - Сагитт вздохнул.
– Это легенда о проклятых королях. Когда-то давно, в седой древности, нашим миром правили семь королей. Были они могущественными магами, жестокими, умными. Мир они поделили на части и договорились не вмешиваться в дела друг друга никогда. Так они и жили очень долго. Люди привыкли к своим жестоким правителям. Правда, без нужды, короли свою жестокость не проявляли.

Через какое-то время у них родились дети. По традиции, короли отобрали малышей от матерей как только те вышли из грудного возраста и стали воспитывать сами. Пятеро росли точными копиями своих папашей. Жестокими, беспринципными, короче - достойными приемниками власти. А вот двое. Молодой юноша и красивая девушка, никак не хотели воспринимать мораль своих отцов. Юноша хотел быть музыкантом, девушка писала чудесные стихи. Им не нужна была власть. Конечно, такое положение дел, не могло не раздражать королей. Им нужны были достойные приемники. Своих же детей они посчитали выродками. Возможно на этом все бы и закончилось, но остальные властьимущие товарищи в коронах решили, что такие дети угрожают самому существованию мира. Что это подрывает устои, рушит порядок, который был.

Пять королей потребовали смерти выродков. Иначе, пригрозили они, будет война. Двое против пяти не выстоят. Парня и девушку привязали на скале над морем. Им вскрыли вены, и они умерли. Не сразу конечно. Девушка читала свои стихи, пока не ослабела совсем, а юноша напевал музыку, которую сочинил.

Боги увидев такое непотребство уничтожили пятерых королей и их отпрысков, а вот тех двоих, которые подвергли страшной и медленной смерти своих детей, они оставили в живых. Им дарована веяная жизнь. С их рук постоянно капает кровь, и они постоянно слышат голоса своих детей. Девушка читает стихи, а юноша напевает музыку.

Короли давно сошли с ума, сидя на скале, они собирают руками туман, и лепят из него облака. А кровь, текущая с незаживающих ран, окрашивает их красным.

– Страшная легенда, - я поежилась.

– Да ладно тебе, Таша - это же легенда, - единорог мотнул головой. Его жестокие короли не трогали совершенно, как и их страшное наказание.

– Интересно, а короли эти наказаны так навечно, или когда-нибудь срок этого кошмара истечет?
– Савка запрокинув голову, смотрел в небо на плывущие облака.

– Легенда умалчивает об этом, - леший тоже посмотрел на небо.

Облака плыли поодиночке, медленно. Слишком светлые на фоне черного ночного неба.

– А правда, уважаемы, насколько легенды про вас правдивы?
– прервал молчание наволог, обращаясь к Сагитту.

Леший недовольно глянул на Каратеса.

– Ровно настолько, насколько в эту легенду верят люди!
– отрезал единорог.
– У нас что - научный диспут о проблеме правдивости

легенд касаемых единорогов?

– Да ладно, не ворчи, - садись рядом. Сейчас картошка поспеет.
– Савка палочкой стал аккуратно раскапывать слегка подернутые пеплом угли.

Шкура единорога засветилась, на мгновение он превратился в сверкающее и искрящееся облако, а через секунду, уже в человеческом обличие, он сидел рядом с нами у костра. Владомир, хоть и видел процесс превращения на пляже и в лесу - но смотрел во все глаза, ночью все выглядело гораздо эффектнее.

– Интересно - сколько девиц-красавиц в твоей родной стране, Сагитт, убегают по ночам в лес, чтобы их осчастливил своей любовью какой-нибудь единорог в мужском обличии?
– как бы, между прочим, поинтересовался Марес.

– Не знаю.
– Буркнул единорог.
– Я ни кого не осчастливливал. Да и не принято в наших семьях это, с человеческими женщинами якшаться.

– А, ну-ну, конечно... слышала бы тебя сейчас твоя жена - оборотень клыкасто усмехнулся. Сагитт сверкнул на него налитым кровью глазом, но ввязываться в перепалку не стал. Хотя обычно эта парочка не упускала случая повздорить. Так сказать спустить пар на заклятом друге. Я улыбнулась глядя на них - ну чисто дети.

Картошку водяной наконец-то выкопал и поделил между нами почти поровну. Почти - потому, что себе при этом дележе он отложил самые крупные клубни. А вот навологу от Савки достались самые мелкие картошечки. Надо будет потом поинтересоваться у водяного - чем ему уже успел насолить Каратес. У Сагитта оказался с собой хлеб, который бесподобно пекла его жена, соль принес из дома Пушистик, а кроме того еще и свежие огурцы с помидорами. В общем, настоящий пир.

За поздним ужином обсуждали проблему поимки пресловутой нави. Я покаялась в том, что не успела предупредить старосту, заодно рассказала о попытках найти и призвать к ответу Степана Козлодоева. Выяснилось, что коллеги были очень даже курсе, так как читали утренний выпуск газеты.

Наволог попенял мне на плохую оперативную работу, но быстро замолчал, после предложения Владомира остаться работать на периферии, дабы эту самую работу наладить. Марес ничем не порадовал - изучение останков совершенно не помогло продвинуться в поимке мерзавца.

Мы топтались на месте, точнее это Марес с Каратесом топтались, а если быть совершенно справедливой - то один Каратес. Ведь это он ведет расследование официально, а оборотень у нас вообще в добровольной отставке, и помогает ему просто от скуки, а дело участковых - вообще маленькое, не лезть куда не просят и делиться информацией, буде таковая появится.

Разговор незаметно сошел на нет. Картошка кончилась, и Пушистик торопливо закапывал в угли вторую порцию. Присутствующие взирали на его хлопоты с молчаливым одобрением. Откуда-то потянуло дымом.

– Надо же, еще кто-то решил теплой ночкой костерчик разжечь и побаловать себя печеной картошечкой, - принюхавшись, сказал единорог.

– Да, нет, не картошечкой - поведя носом, ответил оборотень, - там шашлычки жарят. Чуешь, как мясом пахнет?

– Шашлычок - это хорошо, это даже лучше чем печеная картошка, - мечтательно прикрыл глаза Савка.

Я сидела, прислонившись спиной к Охотнику и вдруг почувствовала, как он напрягся. Владомир закрутил головой, и начал с беспокойством принюхиваться. Его тревога мгновенно передалось мне, от былой безмятежности не осталось и следа.