Потерянный рай
Шрифт:
– Датчики радиации зашкаливают! – выкрикнула Квора, с трудом удерживаясь в кресле.
– Мы внутри джета! – объяснил пилот. – Под действием мощных гравитационных сил, создаваемых квазаром, вещество устремляется к его центру, но движется при этом не по радиусу, а по сужающимся окружностям – спиралям. При этом закон сохранения момента импульса заставляет вращающиеся частицы двигаться все быстрее по мере приближения к горизонту событий, одновременно собирая их в аккреционный диск, подобный кольцам Сатурна. В аккреционном диске скорости частиц очень велики, и их столкновения порождают мощнейшее излучение падающего вещества во всем диапазоне длин волн от радио до гамма. Оно такое сильное, что мы долго не протянем, кэп. Энергия щитов стремительно тает!
– Херня! Лучше держи
Связь с кораблем Новака была ужасной из-за помех. Хорошо еще поляризованный корпус вкупе с полем из темной энергии защищали от смертоносной радиации. На обзорных экранах с трудом проглядывался объятый молниями корпус «Аризоны». Преодолевая мощный газопылевой поток джета, «Аризона» испытывала те же неудобства что и «Левиафан».
– Командор Новак на связи…
– Какого черта происходит, Джон? Вы обещали, что мы выйдем прямо у цели.
– Не волнуйтесь, Нэш. Мы немного промахнулись с координатами, но не сильно! Болтанка не в счет, она прекратится, как только мы приблизимся достаточно близко к станции…
– Считаете, ее поле нас укроет? А если его не окажется там, где мы рассчитываем? Что тогда?
– Это единственное, во что остается верить. Без веры не стоило сюда вообще соваться. До станции – больше трехсот тысяч километров, а энергии кот наплакал. Если у нее не окажется надежной защиты, мы будем вынуждены совершить обратный варп-прыжок.
– Блажен, кто верует, Джон. Что же, попробуем. Ничего иного нам ведь не остается.
– Мои ребята первыми высадятся и подготовят плацдарм, – сказал Новак.
– Ну, уж дудки! Не переоценивайте себя командор. Мы и сами способны, о себе позаботится.
– В таком случае, действуйте самостоятельно, только не путайтесь у меня под ногами. Теперь эта станция собственность Альянса. Когда подоспеет пятый флот, мы окончательно закрепим ее за собой. В любой момент сюда явиться флотилия Рахни и вот тогда жди беды.
На экранах радаров появилась цель. Внутри потока скрывалось гигантское сооружение похожее на перекрученное восьмеркой огромной кольцо, каким-то непостижимым образом сохранившееся в превосходном состоянии без внешних дефектов. Во всяком случае, со стороны не было видно внешних повреждений корпуса. Приборы «Левиафана» к величайшему облегчению Нэша и Новака зафиксировали наличие гипермагнитного поля, а так же знакомое проявление энергетических сигнатур, что могли означать только одно – прибывшие ранее Рахни вместе с Камораном и его паствой, в данный момент на станции.
Как только оба корабля вошли внутрь энергетической оболочки древней станции, тряска и огромное энергопотребление тут же прекратились. Чтобы не расходовать энергию попусту, Новак распорядился отключить защитное поле. И сразу же после этого ожили защитные системы станции. На оба космических корабля обрушился такой безбожный шквал огня, что в первую секунду все подумали, что им пришел конец. Плазма направленного действия хлестала без перерыва, легко прожигая внешние слои поляризованной брони. Сенсоры ослепли после уничтожения внешних датчиков, отчего ответный огонь наемников велся практически вслепую. «Аризоне» повезло чуть больше – она находилась под прикрытием корабля наемников, благодаря чему не сильно пострадала. Сблизив звездолет с надстройкой, похожей по виду на стыковочный порт, Новак отдал приказ на экстренное расцепление кораблей и маневр уклонения в слепую зону, где их не достанут орудия станции.
– Какого дьявола он вытворяет! – взревел Нэш. – Он же делает нас легкой добычей!
– Он поступил мудро, кэп, – осторожно ответил пилот. – Если наш корабль взорвется, то и ему не поздоровится, а так появился великолепный шанс под прикрытием подобраться к станции…
– Но не за мой же счет, тысячу проклятий на его хитрожопую голову! Немедленно усильте поляризацию корпуса! Еще поглядим, кому выпадет честь, первым высадиться на эту развалюху!
Активно включившись в гонку с Новаком, Нэш не сразу обратил внимание, как позади обоих кораблей вынырнул из молочной пелены звездолет
Р’льех, отдаленно похожий на гигантского ската без хвоста. Километрового диаметра приплюснутый корпус выстрелил всего одной торпедой с антиматерией, но этого оказалось более чем достаточно – торпеда уничтожила кормовую часть «Левиафана», пробив обшивку и серьезно повредив охлаждающую систему реактора. Теперь звездолет был лишен мобильности и стал напоминать карася в луже. Рахни всегда нуждались в пленных для проведения ужасающих генетических экспериментов, поэтому не стремились уничтожить корабль, а только обездвижить чтобы, потом спокойно взять на абордаж. Экипаж «Аризоны» видел все, но помочь ничем не мог – если бы они вмешались, то долго бы не протянули, сражаясь одновременно против вражеского корабля и орудий станции.– Кэп, от корабля Рахни отделилось три десятка шатлов. Они летят в нашу сторону!
Нэш яростно стиснул кулаки. Все происходило слишком стремительно:
– Проклятье! Значит, хотят взять живыми. Амбициозно. Разблокируй нижние уровни и открой доступ в грузовой отсек! Кажется, я знаю, кто нам поможет выиграть немного времени.
– Капитан! Там же некроморфы! Они разбегутся по всему кораблю…
– Не сразу. Сначала отправятся в грузовой отсек встречать свежее мясцо.
– Это слишком опасно, капитан! – заволновался Кайден. – Как бы нас самих не сожрали.
– Делай, как приказал! Объяви по общей связи, чтобы экипаж срочно эвакуировался на станцию. А пока дай залп «Скорпионами» и системой ПОЛК. Поглядим, на что еще способно корыто рахни, кроме как трусливо и подло бить в спину. А пока активируй на полную мощь темные дефлекторы, пускай в ход фазированную плазму и квантовое подавление!
– Не могу, повреждены приводы нитевовой индукции…
– Выпускай ремонтные боты, пусть чинят нуклеарный гальватрон!
Стим с благоговением наблюдал за пуском ракет из носовой части «Левиафана». Никогда прежде он еще не видел дуэль двух звездолетов, этот бой целиком захватил его эпичностью и размахом. Не уступающие друг другу по силам противники сошлись в смертельном поединке.
Ракеты с антиматерией «Скорпион» представляли собой блок из девяти торпедных аппаратов, прикрепленных при помощи магнитов к корпусу корабля. Торпеды выстреливались по сходящейся траектории и взрывались в четко установленное время, что позволило создать резонанс энергии, которая выделяется в результате взрыва боеголовок. Это усиливает эффект пространственно-временной деформации. Эти ракеты были в ближнем бою единственным действенным средством против сильно бронированных звездолетов. В процессе полета торпеды используют поле, увеличивающее их массу; по этой причине кинетические барьеры не могут их отразить. Увеличение массы снижает скорость торпеды, что делает ее легкой мишенью для системы ПРО. По этой причине торпеды выпускают лишь с очень короткой дистанции.
Противокорабельный Оборонный Лептонный Комплекс (ПОЛК) состоял из более чем двенадцати кинетических турелей излучающих концентрированные пучки темной энергии. Хотя Темная Материя отличается возможностью проникать незамеченной сквозь стандартные материалы, при помощи же манипуляции квантовых компонентов она может быть использована для кинетики, которая проходит сквозь броню, а затем материализуется и повреждает внутреннюю часть вражеского корабля. Комплекс полностью управлялся информером искусственного интеллекта, офицеру-стрелку требовалось лишь включить систему и обозначить вражеские цели. Поскольку пучки частиц двигаются со скоростью света, ни один известный космолет не сможет уклониться от них. Луч всегда поражает цель, за исключением случаев неверного выбора цели. Поврежденные корабли, получив повреждения, как правило, прекращают огонь и поспешно отступают. Ограничивающим фактором этих излучателей является рассеивание, и как следствие, энергетическая плотность воздействия на цель уменьшается. У системы ПОЛК есть еще одно ограничение: тепловыделение. Излучателям военного класса требуется время на «остывание», в течение которого тепло поглощается радиаторами. В процессе стрельбы температура внутри ускорителя быстро растет, при этом значительно снижаются урон, дальность и точность.