Чтение онлайн

Я замерла, словно перепуганный зверек. Хранитель остановился на секунду — всего на одну пропущенную ударами сердца секунду. Но мне хватило этого мига, чтобы ощутить, как в груди взрывается дикое, неконтролируемое волнение. Сердце разрывалось от страха за него, от ужаса перед тем, что он сейчас сделает.

Тело перестало слушаться. Руки сами потянулись к нему. Я схватила его ладонь, запечатанную в холодный металл экзоскелета, и крепко сжала, чувствуя под сталью живое, теплое биение.

Хотелось что-то сказать, но губы не слушались. В его глазах мелькнуло удивление, и это встряхнуло меня. Я разжала пальцы, опустила взгляд, поклонилась в немом поклоне, пряча красное

лицо от его зоркого взгляда.

Через маску доносилось его ровное дыхание, нарушаемое лишь шипением фильтров. Тихий гул сервоприводов почему-то успокаивал бурю в моей душе. Собрав всю волю, я выпрямилась и снова встретилась с ним взглядом.

И тогда он ушел.

Я выскочила в коридор, застыв в центре и не в силах оторвать взгляд от его удаляющейся спины. И лишь тогда осознала тяжесть десятка любопытных глаз Ев и Валл, следивших за мной из каждой щели.

Меня вырвало из оцепенения, когда Валла 73, запыхавшаяся и сияющая, влетела из купе, размахивая своим потрепанным планшетом.

— Я подключилась к системам поезда! — выпалила она, и ее глаза горели. — Камеры работают. Мы можем всё видеть!

Смысл её слов дошел до меня не сразу. Но прежде, чем я успела опомниться, вокруг нас сгустилась толпа девушек — испуганных, но одержимых жаждой увидеть всё своими глазами. Меня оттолкнули, и я едва удержалась на ногах, лишь цепкая рука Валлы 73 спасла меня от падения.

И вот мы все, затаив дыхание, уставились в экран её планшета. Казалось, никто даже не шевелился.

Первая камера показала Хранителя в декомпрессионной камере. В тесном помещении, залитом алым светом аварийных ламп, он в своём костюме и маске выглядел могучим зверем в клетке. Раздался нарастающий гул — из шлюза выкачивали воздух. Синие огни вспыхнули вдоль его экзоскелета, и тот ответил мощным, глубоким гулом.

— Активирован вакуумный кокон, — прозвучал из планшета механический голос системы.

— Ты… даже звук подключила? — прошептала я, не веря своим ушам.

Валла 73 хитро улыбнулась и подмигнула. У меня от удивления сам собой открылся рот. Я всегда знала, что моя подруга гениальна в технике, но сейчас её умение наполняло моё перепуганное сердце гордостью и крошечной надеждой.

На экране планшета высветились данные с его костюма.

«Вакуумный кокон: 100%. Время: 6:50»

— Что? — вырвалось у меня. — Но… но говорили, у него есть двадцать минут! Шесть минут?.. Он не успеет!

Я до боли закусила губу, пытаясь сдержать новую волну страха, подкатывающую к горлу.

Наружная дверь шлюза с тяжелым лязгом отъехала в сторону. Хранитель шагнул в абсолютную тьму туннеля. Магнитное поле его экзоскелета было почти осязаемым даже через экран.

Валла 73 переключила вид на внешнюю камеру. В туннеле царила кромешная тьма, которую пронзал лишь тусклый луч фонаря на шлеме Хранителя. Громадные обломки бетона и арматуры завалили магнитный путь. В одной из трещин мерцал тусклый голубоватый свет — вакуумный слой, отделявший нас от смерти. Одна мысль о том, что он может лопнуть, заставляла леденеть кровь.

Перед Хранителем возвышалась сплошная стена из обломков. Он поднял руку, и из предплечья экзоскелета с шипением вырвался клинок чистой плазмы. Лезвие с ревом вонзилось в преграду. Металл и бетон плавились, раскаляясь докрасна, осыпая его снопами ослепительных искр. Он работал с пугающей, ритмичной точностью. Мы, затаив дыхание, следили за каждым его движением.

Разрез. Скоба. Удар. Отбросить обломок.

Таймер: 3:10.

Первая

стена была прорвана. Он, не замедляясь, принялся за следующую. Арматурные прутья, толщиной в руку, сплелись в стальной частокол. Плазменный клинок стал короче, но резал быстрее, с треском перерубая сталь. Каждый удар сопровождался фейерверком искр и напряженным гулом поля.

Таймер: 1:55.

Сердце упало куда-то в бездну.

На голову Хранителя посыпались обломки. Он мгновенно извлёк из-под рясы небольшой круглый предмет.

— Что это? — выдохнула я.

— Кажется… гравитационная граната, — пробормотала Валла 73.

Словно в подтверждение, Хранитель метнул её в груду обломков. Яркая вспышка на мгновение ослепила камеру, а поезд содрогнулся, заставив всех ахнуть от ужаса.

Громадный фрагмент стены сжался в небольшой, плотный шар, который Хранитель отшвырнул в сторону. У меня болезненно сжалось сердце при мысли, что могло бы стать с ним, окажись он на месте этого бетона.

Открылся узкий проход.

Таймер: 0:40.

Всё происходило слишком быстро. Хранитель рванул вперёд. Искривлённая балка угрожающе нависала над ним. Его клинок плавно, словно в воду, вошёл в неё. Уши заложило от нарастающего гула, мир потерял краски. Тяжёлое, хриплое дыхание Хранителя доносилось из динамиков, напоминая, что это реальность.

Экзоскелет взвыл, протестуя против чудовищной нагрузки. Хранитель, собрав все силы, рванул вперёд, всем телом навалившись на балку. Та с оглушительным треском разломилась пополам, и он, используя инерцию, отшвырнул обломки.

Таймер: 0:18.

Он развернулся и помчался к поезду.

А я, не помня себя, рванула прочь, расталкивая девушек. Кто-то кричал мне вслед, но сознание не улавливало слов. В голове стучала лишь одна, пронзительная мысль: «Надо ему помочь!»

Тело действовало само. Я подбежала к панели шлюза, и мои пальцы сами протанцевали по клавишам, набирая код, которого я не знала. Система считала мои данные. Дверь с шипением отъехала как раз в тот миг, когда в проёме показалась его мощная фигура.

В лицо ударил едкий запах гари и расплавленного металла. Хранитель, тяжело и прерывисто дыша, шатаясь, сделал шаг вперёд — и его могучие ноги подкосились. Я кинулась вперёд и поймала его на лету, но не выдержала чудовищной тяжести экзоскелета. С глухим стоном мы оба рухнули на холодный пол.

Белоснежное платье матери развевалось, словно крылья птицы. Её пальцы, тёплые и нежные, крепко сжимали его маленькую ладонь. Поток волос цвета топлёного молока струился по плечам до самых бёдер, и в этой золотистой россыпи сияла заколка-флёрдоранж, похожая на хрупкую звезду.

Она шла через просторную площадь Содомара, высоко подняв голову, а ветер ласково трепал наряд. На неё смотрели все — восхищённо, почтительно, завистливо. Но ей было всё равно.

Она являлась лучшей из лучших.

У мраморного фонтана служанка бесшумно расстелила на траве плед. Мать опустилась первой и мягко увлекла за собой сына. Взяв у девушки шёлковый платок, она принялась вытирать кровь с его разбитой губы.

— Зачем ты вмешалась? — мальчик вырвался, не дав ей закончить. — Я бы и сам победил того зазнайку!