Последний ключ
Шрифт:
– Я никогда не был в Лаките, леди Оливия. Мне доводилось часто бывать в горах Бутта, Заповедных горах, не раз приходилось спускаться в долины Хемсок, Сулем и Прунт. Я неплохо знаю восточное побережье и всю Ламу. Но в Лаките я не был. И в Думхерге не был. После Хосакка мы шли по карте на север с намерением при случае повернуть на восток, и вот здесь, как видите, есть указание на дорогу, ведущую через Думхерг. Ею я и собирался воспользоваться, потому что считал наилучшим путем до Лакита. Но увидев эту дорогу воочию, предпочел бы отказаться.
– Камни, леди, - в ответ на мое недоумение с улыбкой пояснил Лион.
– Там много камней?
– удивилась я.
– Как раз наоборот. Их там нет, - сдержанно ответил Паллад, - Заметили ли Вы вчера, когда смотрели вниз со скал, что от края,
– А они идут за нами, Вы уверены?
– Нет сомнений. И они близко. Будь это обычная погоня, вроде людей Вашего дяди, я бы не беспокоился, но спрятаться от колдунов Шолха не так-то просто. Магия в этом не поможет, а только помешает, они почуют ее, как осы сласти. Нам пришлось положиться лишь на мой опыт охотника, но он будет бесполезен, если придется несколько часов скакать по открытой равнине. Этот путь не годится.
– Тогда на юг?
Мне нужно было в Шел, на север, мое сердце рвалось именно туда, а не просто в Лакит, я понимала это. Но еще я понимала, что прямой путь не всегда скорейший.
– Думхерг на юге граничит с Сулемом, который, насколько я знаю, всегда прекрасно сносился с Шолхом и никогда не ладил с Лакитом, - Паллад вопросительно приподнял бровь, я уныло кивнула, - Не думаю, что у Ла-Ренейды в Сулеме найдутся ярые противники, они одного поля ягоды. Так что соваться туда сейчас вдвойне опасно. Можно попытаться пройти по Угойским горам, что между Думхергом и Сулемом, обогнуть Сопренту и вдоль Кэйкитского хребта спуститься к южной оконечности Лакита. Это займет недели две, а то и больше.
Паллад вопросительно-выжидательно посмотрел на меня. При мысли о Сопренте мне сразу же вспомнились слова дяди - ренейды хозяйничают там. Но где они не хозяйничали? Весь Лакит под их пятой. И есть ли вообще хоть один безопасный путь, если конец дороги ведет ровнехонько в гнездо стервятника? Не все ли равно, сколь долго мы сумеем уклоняться от опасности, если наша цель там, где опасность есть правило, а не исключение?
– Если мы прямо сейчас пойдем на север, по Малиборскому хребту, - продолжил Паллад, не дождавшись от меня ответа, - дорога будет куда длиннее, зато, полагаю, безопаснее. Правда, не могу пока предугадать, что ждет нас в конце хребта, в Субейских горах. Я их не знаю, а по слухам они коварны. Зато оттуда рукой подать до Шелвахары.
Субейские горы... Я смотрела на беспорядочное нагромождение волнистых линий, означающих на карте горы, которые будто свившийся клубок змей, отделились от огромного и внушительного Туманного хребта и вклинились в Лакит. Два хвоста, ведущих на юг, были у этого клубка - Малиборы и Кэйкиты. Между ними лежала долина Думхерг. За ними был Лакит. На карте расстояние от того места в начале Малибор, где мы стояли, до Субейи было не больше моей ладони - всего ничего. Но только на карте. А в жизни нам придется пройти по горам не одну неделю, чтобы попасть туда.
Я осторожно покосилась на лорда Лиэтта, который в задумчивости склонился над картой. Так ли уж я спешу, чтобы жертвовать жизнью Лиона, спросила я саму себя. Последние несколько дней дались ему с трудом и в немалой степени благодаря мне. Я ничем не могу ему помочь, мои титулы и мнимое богатство бессильны поддержать его в битве, в которой приходится сражаться один на один. Зато мое присутствие дает пищу для страсти угнездившейся внутри него твари. Чем быстрее он избавится от иффиша, тем будет лучше. Или чем быстрее мы расстанемся, тем проще будет всем. Да, так и нужно поступать. Разве не так я решила еще совсем недавно?
– Вам ведь нужно на юг Лакита, лорд?
– спросила я Лиона, и тот удивленно вскинулся, - Где то место, которое Вы ищете?
– Мы не знаем, леди, - не задумываясь, ответил он. И
опасливо оглянулся на Паллада.– Не знаете?
Лицо Паллада непроницаемо застыло.
Во мне медленно, но верно, начал закипать гнев. Если он сейчас опять начнет про то, что большего мне знать не полагается, что это ради "Вашей же, леди, безопасности", клянусь, не сдержусь, и плевать на приличия и разницу в силе.
Наверное, он прочел это в моих глазах, потому как взгляд его внезапно дрогнул, ресницы несколько раз быстро хлопнули, а уголок губ странно дернулся.
– Да, леди Оливия, в конечном итоге нам совершенно неизвестно место, куда мы должны попасть, - голос Паллада был холоден, спокоен и тверд, - Оно, это место, очень опасное, особенно для непосвященных. Случайный человек погибнет там сразу, подготовленный имеет небольшой шанс выжить. Тот, кто знает об этом месте, не станет кричать на каждом углу о том, где оно. Иначе нашлось бы немало дураков, которые бросились бы на его поиски, прельстившись неограниченной силой, что дает это место. И погибли бы. Человек, побывавший там, - а мне известно только об одном таком человеке и было это не одну сотню лет назад - вернулся совершенно седым и сломленным. Он вожделел силы, заключенной в этом месте, но ушел, так и не воспользовавшись ею. Только потому он и остался жив. Этот человек оставил нам смутные указания о том, как попасть туда. Рассказал, что шел по цепочке подсказок, ключей, каждый из которых приводил к другому, но обойтись хотя бы без одного из них нельзя. Именно так и мы собираемся туда попасть, - маг поднял на меня глаза, безмолвно уверяя в твердой решимости сказать "нет", если мое любопытство перейдет за грань дозволенного.
Я задумалась. Теперь становился понятным странный маршрут их движения. Но спрашивать я не собиралась. Мне достаточно было самой сделать кое-какие выводы.
– Один из ключей вы взяли в Харвизе, другой - на Хосакке, - скорее утвердительно, чем вопросительно сказала я, - Подозреваю, что еще один - в Шолхе.
Красноречивое молчание подвердило мои догадки.
– Но Шолх?
– с некоторым сомнением продолжила я, воодушевленная тем, что мне никто не перечил и не остановил, - Украсть ключ у Писцов? Как вам это удалось?
Паллад долго молчал, а потом ответил просто и бесстрастно:
– Я сам был Писцом.
Впервые я не нашлась, что сказать. В первый момент мне нестерпимо захотелось отодвинуться, спрятаться, укрыться. Страх и интерес, всегда определявшие мое отношение к Палладу, быстро превратились в один страх. И я понимала, что моя интуиция никогда меня не подводила - подспудно я с самого первого взгляда боялась этого человека, волею судеб оказавшегося моим проводником. Все эти дни я дразнила змею-погремушку и только сегодня обнаружила, что это не безопасный ужик. Про Писцов ходили разные слухи, но никогда - хорошие. Обычные маги по сравнению с ними были что спаниели против волкодавов. Люди боялись их куда больше любой другой твари, бродящей по земле, даже больше иффишей, и молили богов, чтобы внимание колдунов Шолха никогда не обратилось на них самих и их близких. Отец, сколько мне помнится, на эту тему предпочитал не говорить вообще. Скрытая угроза с юга, которую представляло братство колдунов, всегда беспокоила его, она была подобно горшку с кипятком, опасно накренившимся на краю стола, но пока горшок не опрокинулся, пока старинный договор, скрепленный во времена Найсала-колдуна, еще держался, отец предпочел ничего не предпринимать. Неужели это придется делать мне? Я видела воочию всего троих из Писцов, не считая, само собой разумеется, самого Паллада, но успела понять, какой силой они обладают. До той памятной стычки в узкой скальной горловине маги для меня были равнозначны обычным фокусникам - обман, ловкая иллюзия и ничего более. На Саванном озере Паллад впервые заставил меня задуматься над тем, что магия куда более действенна, чем я представляла, а Писцы быстро убедили в том, что магия - лучшее оружие, которое мне доводилось видеть. После этого я безропотно принимала все, что делал Паллад для нашей безопасности, потому что понимала: если за нами идут Писцы, помешать им может лишь тот, кто обладает подобной же силой, пусть и меньшей. Но то, что Паллад может быть или был одним из них, привело меня в ужас.