Помни
Шрифт:
Ши'нтар вернулась с серебряным подносом, на котором красовались хлеб, холодное жареное мясо, сыр, фрукты и подогретое вино с пряностями. Подтолкнув к камину маленький столик, она поставила на него поднос и, налив вина в высокий чеканный кубок, протянула его Катриэлю.
– Выпейте это, - произнесла она, опускаясь в соседнее кресло.
– Это старый рецепт Гордеи. Нет ничего лучше для того, чтобы избавиться от холода.
"С кем ты проводишь здесь вечера, моя госпожа?
– подумал он неожиданно для самого себя, принимая кубок из ее рук.
– Кто тот счастливчик, что сидит с тобой у камина? Для кого все это предназначено на самом деле? Или... неужели я могу позволить себе поверить в то, что небезразличен тебе? Нет, - напомнил он себе, - ты для нее никто. Она всего лишь пытается быть вежливой
– Что-то не так?
– она нахмурилась, думая о том, что возможно зря воспротивилась своему первому порыву там, у фонтана, когда уже решилась было высушить его одежду с помощью той силы, что была ей доступна. Но что-то остановило ее... что-то в его взгляде, в том, как он повел себя... и в ней самой, потому что - теперь она могла признаться себе в этом - ей почему-то не хотелось расставаться с ним.
"Я ревную, - с удивлением осознал Катриэль, глядя в ее глаза.
– Но ведь она мне не принадлежит! И все же я ревную - к своим собственным фантазиям. Боги!" Он улыбнулся одними уголками губ, покачал головой и, отпив глоток, почувствовал, как по телу разливается блаженное тепло.
– Это честь для меня, Мастер, - сказал он тихо, - оказаться здесь. Но не думаю, что в этом городе нашелся бы кто-нибудь еще, поступивший по отношению ко мне подобным образом.
Она едва заметно прищурилась, не отводя взгляда, и он вдруг ощутил, что ее глаза видят гораздо больше, чем ему хотелось бы открыть. Видят слишком многое. Колдовские глаза... и, совершенно точно, не глаза человека.
– У вас неприятности, маг, - произнесла она со вздохом.
Это не было вопросом и не требовало ответа.
О да, можно сказать и так. Неприятности... Просто он в очередной раз столкнулся с Верховным Магистром. Но стоит ли объяснять ей, что Изидор Вьерат слишком давно знает его семью, и так же, как отец, не может простить ему и Амориль смерти матери? И что он сделает все, чтобы Катриэль никогда не прошел Испытание и не стал Мастером? И что его сестра, с которой они одновременно поступили в Академию, стала Магессой два года назад, а его и на этот раз отстранили? И что, как и в первый раз, он сам дал Вьерату повод для этого, когда разнес все в проклятом павильоне - снова! Он до сих пор не понимал, как это могло произойти! И что лишь один из Мастеров, с которыми он частенько спорил по поводу методов использования силы, осмелился выступить в его защиту перед Советом Академии? Один голос против десяти! Его не допустили к Испытанию - такого никогда еще не бывало, чтобы кому-то отказали в доверии дважды, и он вынужден остаться в Академии еще на год - или покинуть ее стены навсегда без надежды на возвращение! Но он готов пройти Испытание! Готов!
Однако, в следующее мгновение он вспомнил, как обрушился на него свод павильона, и стиснул зубы, сдерживая стон. Он даже не успел защитить себя от летящих обломков... лучше бы они убили его!
Буря чувств отразилась на его потемневшем лице, а пальцы, сжимающие кубок, побелели. Наблюдавшая за ним Ши'нтар помрачнела, с удивлением осознав, что ей передалось его настроение. Прежде она ощущала подобное лишь рядом с теми, кто был ей по-настоящему дорог, а год назад, казалось, вообще утратила этот дар.
– Неприятности в Академии, - произнесла она утвердительно.
Он вскинул голову, с вызовом глядя на нее.
– Тут вы не можете мне помочь, - его улыбка резала, словно нож, - это не столь просто, как высушить одежду.
Его тон не задел Ши'нтар - на самом деле, удар был направлен не в нее. Он был прав, конечно - в этом она не могла ему помочь. Вообще-то, признанный Мастер Клинка, возможно, и смог бы повлиять на решение Совета Академии, касательно судьбы выпускника. Но только не в этом конкретном случае. До нее уже успели дойти слухи о его баталиях с Мастерами и о новых разрушениях в Башне Магики - а ведь она вернулась лишь несколько часов назад! Нет, сам Хиар не убедит их, если они настроены против него. И только глупец возьмется защищать того, кому уже однажды отказали в Испытании... погодите, так вот оно что!
Глаза Ши'нтар мгновенно превратились
в расплавленное золото - как всегда, когда ее эмоции грозили вырваться из-под контроля. Ему вновь запретили проходить Испытание - она готова была прозакладывать свой меч, что так оно и есть! Она неожиданно почувствовала знакомое жжение повыше локтя левой руки. Татуировка. Она так и не смогла узнать, что это за зверек, но их духовная связь сомнению не подлежала. Тотем проснулся, сила гнева переполняла ее - сила Измерений, управлять которой способен лишь Мастер - или тот, кто был рожден с этой силой, но сейчас Ши'нтар с трудом удалось взять ее под контроль. Все еще слыша плач о непролившейся крови и далекий звон стали, она посмотрела на Катриэля невидящим взором. Весь этот год она пыталась научиться быть самой собой, но это до сих пор плохо ей удавалось.А Даини смотрел на изменчивый танец пламени, избегая встречаться с ней взглядом. Он явно пожалел о своей грубости - но сказанного не воротишь. Взгляд Ши'нтар, между тем, стал более осмысленным, скользя по его лицу. Как похож он был на того, другого! Темные крылья ресниц оттеняли прозрачную глубину его глаз - удивительных глаз цвета изумруда. Четкий профиль, резкие тени на скулах, блеск серебра в вырезе рубашки... Почему, собственно, ее должны волновать трудности этого мага?! "Почему вообще он взволновал тебя настолько, что ты вспомнила о том, что жизнь все еще продолжается? Может потому, что Вьерат и тебе отказал в доверии? Может, если бы он не сделал этого, ты научилась бы владеть своей силой и все было бы иначе год назад?"
Но ведь, так или иначе, их с Соланом смертоносный тандем был известен теперь по всему побережью. Ей нечего было больше доказывать - разве что самой себе. Но еще до того, как ее клинок обрел свою жуткую славу, а ее сознание необратимо изменилось, Верховный Магистр лично поздравлял ее на Осеннем Балу в год ее выпуска, хоть и не был обязан этого делать. Лучшие воины Айрнрода сражались в ее честь. Она почти смирилась с тем, что не сможет использовать силу так, как это делают ее родные, - смирилась, потому что Дамир Солан показал ей другие возможности... очень странные возможности. Сейчас она, пожалуй, смогла бы поспорить с магами. Но Даини... для него магия - это все. Она припомнила - Льерд рассказывал ей, что у Катриэля есть сестра-близнец, и что сила - и контроль над ней - были у них разделены на двоих. И что он рискнул жизнью - своей и сестры - чтобы разорвать их связь - ради Искусства, ради того, чтобы оба могли использовать силу независимо друг от друга. Он не смирился после того, как ему отказали впервые... и никогда не смирится, поняла она, глядя на него. Но какое до этого дело Мастерам Академии? Он использует какие-то нетрадиционные методы, он сам себе враг. Стал бы Мастером, а уж потом демонстрировал свои безумные идеи - так говорил Льерд, но в его голосе презрение мешалось со страхом и уважением. Эксперименты Катриэля Даини - слишком опасные для окружающих эксперименты - далеко не всегда оказывались неудачными. "Вот что их пугает", - подумала Ши'нтар, припомнив слова брата.
– Да, действительно, - проговорила она негромко.
– Это не так просто.
Он вздрогнул - слишком много времени прошло между его заявлением и ее ответом. Она отпила глоток из своего кубка и уставилась в огонь, избегая другого пламени - в его взгляде, обратившемся к ней.
– Не так просто, как сдаться, - добавила она, все еще думая о нем.
Эти ее слова оказались для Катриэля последней каплей. Уже не владея собой, он вскочил, расплескав вино, и гневно уставился на нее сверху вниз.
– Что?..
– переспросил он хрипло, так как голос внезапно отказался ему служить.
– Сдаться?! Да что вы можете знать об этом! Вы, Мастер!
Она подняла голову, удивленная его реакцией, и его гнев неожиданно угас, не встретив сопротивления. В ее взгляде было лишь сожаление. Он посмотрел на свою руку, по которой стекало вино, поставил кубок на столик и, на мгновение прикрыв глаза, нарисовал в воздухе замысловатый знак одной рукой. Капли вина исчезли с его руки, с туники и с пола, вернувшись в бокал. Он открыл глаза и насмешливо посмотрел на успевшую вскочить и обнажить меч Ши'нтар. Это был всего лишь инстинкт, выработанный годами тренировок, но все же она осталась недовольна собой.