Полина
Шрифт:
Резюме не заставило себя долго ждать. Как ни крути, часть тела, в которой я очутилась, не входит в положительный рейтинг эстетических категорий.
Итак, я – на высоте две тысячи метров, вокруг – никого. Что делать?
Решение пришло мгновенно, самое очевидное из всех.
Чтобы не копаться с кнопками, я переключилась на голосовое управление.
– Вниз!
Грав, не успевший добраться до нужной высоты, начал снижаться. Гораздо медленней, чем поднимался.
– Быстрее!
Перегнувшись через борт, я начала разглядывать диспозицию.
"Вот бы оттуда вышел кто-нибудь с ружьём и перестрелял этих мошенников!"
Мой грав приземлился одновременно с остальными. Теперь я имела возможность рассмотреть своих противников и мои подозрения подтвердились. Этих ребят было двое и их совокупный возраст едва ли дотягивал до четверти века. И, вроде бы, одного из них я встречала где-то в нашей "Штуке".
Первый пацан, неприятный блондинчик лет двенадцати, стоял перед охранником, засунув руки в карманы и криво ухмыляясь. Второй – полненький розовощёкий шатен – обеими руками держал громадный пистолет, дуло которого уставилось на моего охранника.
– Ну? – спросил блондин. – Деньги отдавать будем без спецэффектов или пару лишних дырок в ком-нибудь из вас проделать? – Он стрельнул глазами в мою сторону и добавил. – Полина Германовна пару дней успела проучиться в нашей школе и может подтвердить, что шутить мы не любим.
– Деньги мои, – сообщила я, легко спрыгивая на землю. – И только я могу ими распоряжаться. И вообще – заканчивайте этот спектакль. – Я в упор взглянула на Андрея. – Ты ведь с ними заодно?
После несколькосекундной паузы ребята разразились хохотом, даже мой телохранитель изволил еле заметно улыбнуться.
– Нет, ты слышал, – сквозь смех проговорил блондин, обращаясь к своему напарнику. – Мы! С ними! Заодно!
– Время! – Напомнил тот.
Главарь сразу посерьёзнел.
– Через шесть минут тут будут Патрульные. У вас две минуты. Думайте.
А шатен, никого не предупредив, вдруг взял да и выстрелил. Благо, поверх голов. Это было неожиданно даже для его подельника, который, пригнувшись, бросился в сторону, потом выругался и вернулся обратно.
– Кончай с ними!
– Бросил он.
– Почему я?
– Потому что я сказал.
Ситуация, скажем так, складывалась совсем непозитивно. Но я почему-то абсолютно не боялась – наверное, понимала идиотизм сложившегося положения. Всё-таки, какой бы отсталой в техническом отношении не была Австралия, но здесь всё-таки не средневековье, чтобы можно было безнаказанно похитить полтора миллиона и оставить после себя два трупа. Они же должны понимать, что их ждёт Клатра. А тюремная планета даже для взрослых здоровых мужиков – это не сахар, а для малолетних суперов…
Охранник сбросил
с себя рюкзак:– Берите деньги и проваливайте отсюда!
– Не сметь!! – Взвизгнула я. – Только попробуйте до них дотронуться!!
За считанные мгновения я представила себе, что последует за моим приездом, когда я не привезу ни копейки, с огромным долгом в активе, – и поняла, что будет лучше, если я останусь здесь, в этой самой траве.
– Полина, не глупи, – тихо сказал Андрей.
– Не глупить?! И это говоришь ты?! – Я добавила пару непечатных выражений. – У тебя хоть оружие есть?! Тоже мне – телохранитель!!
– Минута – сказал мальчишка с пистолетом.
И тут мой охранник сделал то, чего я от него никак не ожидала – заломил мне руки за спину и весьма больно упёрся своим коленом в мою в спину.
– Берите деньги – сколько раз повторять – и проваливайте! – Он сказал это не очень громко, но так внушительно, что ребята тут же подчинились.
Я вырывалась из железных объятий предателя, рвалась, кусалась, что-то кричала – а самым унизительным при всём этом было то, что на меня никто не обращал внимания. Шатен подхватил рюкзак с земли и перебросил его блондину. Тот, повозившись с замком, вытащил наружу довольно увесистую купюру. Я забилась сильнее и завизжала так отчаянно, что Андрей попытался прикрыть мне ладонью рот – я укусила его за палец.
– Тихо, придурочная! – Услышала я его громкий шёпот.
"Это я-то – придурочная?! …"
Последующее я помню плохо – и даже не представляю, сколько длился этот провал в памяти. Очнулась же, когда гравы с мальчишками скрылись из вида. Я полулежала в своём граве, а надо мной хлопотал мой несбывшийся телохранитель. Лицо у него было донельзя печальным и таким постным, словно он обмывал труп.
Я раздражённо отбросила со лба какую-то холодную тряпку и тут же вскочила на ноги.
– Я тебя ненавижу!! Трус!! Предатель!! Трус!! – Мой словарный запас ужался до этих двух слов – ничего другого в голову почему-то не приходило.
– Успокойся, Полина!
– Не успокоюсь! И не смей называть меня Полиной!
Меня снова начали душить слёзы бессильной ярости. Не представляя, что можно сделать, я заколотила кулаками в широкую и твёрдую как сосна грудь охранника. А потом разрыдалась, обняв его за плечи.
– Как ты мог так поступить… Я с папой поссорилась… Я не могу теперь у него деньги взять… А ты взял – и всё отдал этим… Этим…
– Успокойся, – он мягко отстранил меня. – Все деньги у меня, в целости и сохранности. ЭТИМ я отдал "куклы". Дипломат с настоящими деньгами – у меня под сиденьем.
Я тут же перестала плакать и подняла глаза:
– Это правда?
– Не веришь – посмотри сама. Только давай быстрее, не хватало ещё объясняться с Патрульными.
Смотреть я не стала. Общаться с представителями закона тоже не входило в мои планы. Не хватало ещё впустую потратить остаток дня.
Мы взлетели очень даже вовремя – на горизонте мелькнула голубая точка служебного грава.