Чтение онлайн

На вершине городского холма он увидел своего знакомого пациента-скейтбордиста Бэнни Дрэйка с парочкой друзей. Один из них был тот мальчик Макклечи, который обеспечил прямую видеотрансляцию ракетного обстрела. Бэнни махал руками и что-то кричал, очевидно, желая, чтобы Расти остановился поговорить. Расти помахал ему в ответ, но не притормозил. Ему не терпелось увидеться с Линдой. Заодно и послушать, что она скажет, конечно, но главное - увидеть ее, обнять ее, окончательно помириться с ней.

12

Барби хотелось отлить, но он терпел. Имел опыт проведения допросов в Ираке и знал, как это

делалось там. Неизвестно, дошла ли и сюда тамошняя практика, но это вполне возможно. Такие вещи распространяются очень быстро, а Большой Джим проявлял жестокую способность не отставать от времени. Как и большинство талантливых демагогов, он никогда не преуменьшал готовности своей целевой аудитории поверить в самое абсурдное.

Барби также мучила жажда, и он не очень удивился, когда перед ним вновь появился офицер со стаканом воды в одной руке и листом бумаги с прикрепленной к нему ручкой во второй. Итак, так это и происходит; именно так делается в Фаллудже, Таркете, Мосуле, Хилле и Багдаде. А теперь, значит, и в Честер Милле.

Этим офицером был Джуниор Ренни.

– Ну что, взгляни на себя, - начал он.
– Похоже, ты сейчас уже не тот хуй, который был способен кого-нибудь побить с помощью своих армейских трюков.
– Он поднял руку, в которой держал лист, и потер себе левый висок. Бумага явным образом дрожала.

– Ты и сам не очень хорошо выглядишь.

Джуниор резко опустил руку.

– Я чувствую себя преотлично, как рыба на дне.

«Что-то здесь не так, - подумал Барби.
– Люди по обыкновению говорят «как рыба в воде», а в других случаях кое-кто говорит «как камень на дне». Возможно, это ничего не значит, однако…»

– Ты уверен? Глаза у тебя совсем красные.

– Я чувствую себя офигительно классно. И пришел я сюда не для того, чтобы обсуждать это.

Барби, зная, для чего сюда пришел Джуниор, спросил:

– Это вода?

Джуниор, словно только сейчас вспомнив о стакане в своей руке, взглянул на нее.

– Эй, шеф сказал, что ты, вероятно, хочешь пить. Как говорят, так пить хочется, что едва не уссыкаешься, - заржал он с такой радостью, словно сам только что придумал этот парадокс.
– Хочешь?

– Да, пожалуйста.

Джуниор протянул ему стакан. Барби хотел было его взять. Но Джуниор отвел свою руку назад. Ну конечно, все, как запланировано.

– Почему ты их убил? Мне интересно, Бааарби. Разве только Энджи больше не хотела с тобой трахаться? И тогда ты попробовал Доди, но оказалось, что ей более по душе жрать крэк, чем глотать твой хер? А Коггинс случайно увидел что-то, чего ему не следовало бы видеть? А Бренда начала подозревать. А что? Она и сама давно превратилась в копа, ясная вещь. Через впрыскивание!

Джуниор зашелся визгливым смехом, но под его весельем пряталась черная внимательность. И боль. В отношении последнего у Барби не было сомнений.

– Что? Нечего сказать?

– Я уже сказал. Я испытываю жажду. Я хочу пить.

– Ой-ой, да, конечно же, так. Газок в глаза - проклятая штука, не так ли? Понимаю, ты моментально увидел свой Ирак. Как там?

– Жарко.

Джуниор вновь залился смехом. Немного воды со стакана выплеснулось ему на запястье. Похоже, у него чуточку дрожат руки?

И горящий левый глаз понемногу слезится. Мысленно: «Джуниор, что с тобой не в порядке, черт тебя побери? Мигрень, или что-то похуже?»

– Ты кого-нибудь убивал?

– Только своим кашеварством.

Джуниор улыбнулся, словно говоря: «Вот молодец, вот

брехло».

– Поваром ты там не был, Бааарби. Ты был офицером по особым поручениям. Так, по крайней мере, написано в твоей служебной аттестации. Мой отец прогуглил тебя в интернете. Хоть там и немного, но кое-что есть. Он думает, что ты там был дознавателем. Возможно, проводил тайные операции. Ты был чем-то наподобие армейского Джейсона Борна [316] ?

Барби молчал.

– Ну, расскажи, ты кого-нибудь убил? Или мне лучше спросить, скольких ты убил? Я имею в виду, кроме тех, которых ты захреначил здесь.

Барби молчал.

– Чувак, а вода такая хорошая. Прямо с холодильника наверху. Чилли Вилли [317] !

Барби молчал.

– Вы так оттуда и возвращаетесь, с кучей разных проблем. Такое впечатление я вынес из того, что видел по телевизору. Правда это или ложь? Истина или сказки?

«Это не мигрень принуждает его к такому поведению. По крайней мере, я с такой мигренью никогда не сталкивался».

– Джуниор, а голова у тебя очень болит?

– Совсем не болит.

– Давно у тебя боли в голове?

Джуниор осторожно поставил стакан на пол. В этот вечер он был вооружен. Он извлек пистолет и нацелился им через решетку на Барби. Дуло слегка дрожало.

– Ты все еще желаешь продолжать играться во врача?

Барби смотрел на пистолет. Пистолета в сценарии не было, в этом он не сомневался - Большой Джим имел на него планы, скорее всего, неприятные, но в них не входила сцена, в которой Дейла Барбару могут застрелить в подвале полицейского участка, притом, что кто-то мигом прибежит сюда сверху на выстрел и увидит, что двери камеры заперты, а жертва безоружная. Однако ему не верилось, что Джуниор будет руководствоваться планом, потому что Джуниор болен.

– Нет, - ответил он.
– Я не врач. Искренне извиняюсь.

– Конечно, извиняешься. Одним извинениям не откупишься, казарма.
– А впрочем, похоже было, что Джуниор удовлетворен. Он засунул пистолет в кобуру и поднял с пола стакан с водой.
– У меня есть своя теория: ты насмотрелся там всякого, сам делал всякое такое, а потом прибитый впечатлениями вернулся сюда. Посттравматическое стрессовое расстройство, неурядицы с сексуальным напряжением, зуд пениса. Моя теория говорит, что ты просто сорвался. Я прав?

Барби молчал.

А впрочем, похоже было, что Джуниора это вообще не касается. Он продвинул стакан через решетку.

– Бери, бери.

Барби потянулся за ним, ожидая, что его вновь обманут, но нет. Попробовал. Ни холодное, ни стоящее питья.

– Пей, пей, - ободрил его Джуниор.
– Я натрусил туда только полстакана, для тебя это ничто, разве нет? Хлеб же ты себе солишь, не так ли?

Барби на него только взглянул.

– Ты солишь себе хлеб? Солишь его себе, ты, уёбок? А?