Плата за власть
Шрифт:
Фаанир запнулся. В его горле встал комок, но он твердо решил докончить рассказ:
– Через час голову Арвела мой отец нанизал на пику, а еще через неделю его замок вместе со всеми подданными был сожжен дотла. Над твоим братом суда не было, никакого. "Он был пьян, он не отдавал себе отчет в своих деяниях", - говорил твой отец. Мой же хотел объявить войну. Войны не было, а все из-за Лейна. Он всегда ходил повсюду со своим воинством. Если бы не его личная охрана, которая заперла нас в замке, мы бы еще тогда убили бы Эймара после долгих и весьма изощренных пыток. А так... Его взяли под стражу в одном конце крепости, а нас в противоположном. Твой отец заставил нас подписать договоры
Эйден замолчал, его брат Эймар был мерзавцем, и он это знал. Ему было искренне жаль молодого лорда, он это не заслужил.
– Мне дали должность верховного судьи, а твоего брата заслали служить в пограничные войска, отправляя на самые сложные задания. На деле все просто: он отсидел в казарме, командуя даже теми, кто был старше по званию, ведь он, видите ли, у нас принц! Всей нашей провинции предоставили множество уступок в политике и экономике. Мы стали более самостоятельны, нам понизили налоги и так далее... Но это разве наказание? Это справедливо? Меня и мою родню обесчестили на всю страну, на весь Аэдор! Видят боги, твоему брату Эймару нужно было умереть еще тогда! И в этом случае я бы не присоединился к заговору против твоей семьи, никогда.
Карета вновь пошатнулась, дорога была ужасной. Затянулась долгая тишина. Эйден не знал, что и добавить. Он проникнулся в историю Фаанира, но отчасти тот виноват в смерти Аренора и его отца. Выбора не было...
– Теперь я понимаю. Но и ты задумайся, Фаанир, настолько ли ты доверяешь Дейгону? Он связался с каннибалами из Лор-Таурона, а его личный охранник - реверант. Ты уверен в своем выборе? И не боишься ли ты, что гнев аламарцев обрушится на всю остальную страну?
– Каннибалы? Реверант? Насчет этого я не знал... А проблема аламарцев проста. Лейна сегодня должны казнить. На Собрании Земель его засудили насмерть. Твоего брата же лишили права на трон, как это и было закреплено еще на моей свадьбе... Скоро и его тоже засудят за то преступление, и его голова покатиться по плахе в Валиндоре.
– А что с Дейгоном? Что будет делать этот предатель?
– колко спросил Эйден.
– Дейгон и дочь лорда Рейвина поженятся, тогда Вергард с Саргардом объединятся семейными узами. Вергард был единственным противником Саргарда. Теперь уж нет... Мой отец и я изначально поддержали план Дейгона, поэтому мы также поддерживаем Жемчужный остров. Кто остается? Лорд Мерсер? Филин уже слишком стар, чтобы видеть далеко, как в былые времена, поэтому он лишних вопросов на Совете не задавал. Он и лорд Рейвин единственные, кто не знают о заговоре. Аэдор наконец-то по-настоящему объединится, и мы пойдем одним огромным войском на Селлатор, одержав победу. Ты не нужен этой стране, Эйден. Не вмешивайся, сиди тихо, и я сдержу обещание.
– Может ты и сдержишь, но в планах Эсберна я ему нужен лишь на время.
– Эсберн? Он ничего не значит. Времена чародеев давно кончились, а этот лишь подобие магов старины, которые олицетворяли древнее величество и мудрость. Советник запросил слишком много, целый Аламар. Но пока двимеритовые кольца существуют, чародеи не играют важной роли. Не для того люди разрушили Обсидиановую Империю, чтобы освободится от оков рабства и вновь идти на уступки чародеям.
– Но ты же заодно вместе с Эсберном? Дейгон ведь обо мне не знает?
Я бы тогда был мертв, - подытожил принц.– Дейгон не знает. А Эсберн сильно свято верит, что у него наибольше денег. Я заплатил наемникам плату лучше, и они отдали тебя мне. А Его Чародейство считает, что ты сейчас едешь в карете одного торговца. Торговец тоже куплен мной, поэтому Эсберн и не догадывается.
– Предатели предают предателей. Интересно, - вслух сказал принц.
– Этот старый обманщик заслуживает смерти. А я, Эйден, делаю все, чтобы ты жил. В память Аренора! Поэтому будь добр, перестань меня оскорблять, - возмутился Фаанир.
Эйден замолчал и, отворив штору, стал глядеть на быстро сменяющиеся поля и деревья, зеленые луга и мельницы... Остаток пути до ближайшего места ночлега они просидели в молчании, каждый думал о своем. Затем краски сгустились, на караван надвинулись сумерки, и он остановился в небольшом городке.
На принца вновь надели серый мешок и натянули плотную повязку на рот, чтобы он не мог кричать. Завели же его в небольшую комнатку с черного входа двое громил. Так закончился первый день путешествия.
***
Кончалась первая неделя пути. Все было спокойно, разбойных нападений или еще каких-либо происшествий не происходило. Торговцы и их охранники всегда становились отдельным лагерем, сторонясь лорда Фаанира и его людей.
Часто ночевали в трактирах, но иногда приходилось разжигать вереницу костров и останавливать все телеги и карету лорда, делая остановку под звездным небом. Много кто коротал время за картами и костями, кто-то просто спал и дежурил, а другие вели ночные беседы у огня.
В дороге же и вовсе ничего не замечалось. Торговцы обменивались между собой байками, которые услышали в том или ином поселении, а солдаты осторожно поглядывали по сторонам, взирая на любую странность и шорох. Фаанир же перестал ехать в уютной карете, поэтому он оседлал боевого коня и ездил вместе со своими воинами, оберегая конвой.
Было скучно. Эйден не знал, куда себя деть и поэтому часто на месте остановки отходил от основного лагеря и смотрел на звездное небо, вспоминая Келя и Сребролесье. Позади всегда стояла пара верзил, которые следили за принцем. Но он старался не обращать на них внимания, углубляясь в свои мысли.
А во время езды он поглядывал из-за штор на пробегающие мимо деревья и маленькие деревянные дома, которые косились в разные стороны. Это были дома мельников, охотников и обычных крестьян, коневодов и кузнецов. Все жилища излучали бедность, которая переходила всевозможные пределы.
"В эту ночь все должно быть по-другому, - подумал Эйден.
– Мы приближаемся к дубовому бору, который кишит разбойниками, если верить торговцам..."
Нападение даже на столь вооруженный караван было вполне вероятным, уровень разбоя в Хелстроме достиг своего апогея. Банды постоянно обезвреживали, но на месте одной появлялось несколько более мелких.
Местное население было заодно с разбойниками, прикрывая их и давая приют, ведь часто на кривой путь грабителя ступали именно крестьяне, которым не по душе лизать ботинки местного лорда и работать целыми днями на его землях...
Дорога резко увильнула в сторону. Колеса дилижанса зашатались, и Эйдена кинуло в сторону. Хорошая дорога на этом закончилась, и теперь двигаться они будут намного медленнее.
Принц вновь поглядывал через окошко. Огромные дубы сменялись один за другим, громоздко возвышаясь над дорогой. Сквозь листву этих исполинов почти не проходили солнечные лучи, и даже перед закатом здесь было мрачно, холодно и серо.